из Узбекистана. Специально для них он построил общежитие, оформил им разрешения на работу. Но и это не сработало. Узбеки, конечно, были потрезвей и поактивней, но эксперименты с эффективностью тоже встречали тихим саботажем.
В итоге Шерзод понял, что нужно принимать радикальные меры. Из-за того, что завод постоянно строился, трансформировался, был убыточным и сидел на бюджете «Евродизайна», ко дну могли пойти все вместе. И первое, что он сделал, — перерезал пуповину между прибыльным и убыточным предприятиями. Он перестал гонять из Москвы «мешки с картошкой» и на полгода переехал в Смоленскую область, чтобы полностью перетряхнуть все процессы производства, оптимизировать и подчинить их Системе, по логике которой был выстроен бизнес в «Евродизайне».
Система. Система. Система. И еще раз