Бандиты осторожно подошли к арке и остановились. Ветер приносил обрывки из фраз. Бандиты перестроились в два ряда, чтобы миновать арку четко и слаженно, совсем по-армейски. —Ими кто-то командует, – предположил я. —Наверное тот с бычей шеей из трактира, – догадался опцион. Уж слишком все организованно для такой толпы. —Что же тем почетнее будет наша победа для императора, – ответил я опциону. Солдаты на арке закопошились.

– Лежите тихо! —свирепо пробурчал Марк. Они думают, что мы все спим и сейчас они перережут нас как свиней. Клянусь Гадесом им придется здорово заплатить за свою тупость.

Тени меж тем приближались к арке и их становилось все больше. Были уже отчетливо различимы очертания мечей в их руках. Наконечники их копий словно птицы взметнулись вверх над головами. Марк осторожно стараясь не издавать ни звука вытянул свой гладиус из ножен. —Командир по твоей команде! – подал мне Марк знак. Лучники на арке набрали в легкие воздух и замерли. Галлий преподал им урок тишины и сейчас они были готовы, как только бандиты шагнут в пространство отделяющую арку от территории казарм, натянуть тетиву и пустить смертоносные подарки прямо бандитам в спину. —Вот денек! – пожаловался опцион. Не успели мы толком здесь расквартироваться, а уже приходится обнажать мечи и где: на территории Рима. – Заткнись Марк! – осадил я опциона. К этому все шло. Марк скривил улыбку. – Это я понял командир, как только увидел ночью всадников на Фламиниевой дороге. Но теперь уж ничего не попишешь. – Это точно, – поддержал опциона Луций. Сейчас порежем им глотки, по чарке вина и на боковую. Легионеры были уверены в своей победе и это внушало мне оптимизм. Не забыли еще, как мечом махать, а главное не просто махать, а крушить врага направо и налево.

– Обижаешь командир! – ухмыльнулись легионеры. Сделаем все, как надо. Клянемся Митрой! —Никаких букцин и прочих сигналов парни! – напомнил я. Не будем поднимать панику среди граждан. Трупы бандитов после свезем на своих мулах подальше от города. Опцион согласно кивнул. —Луций и Катон войдут в похоронную команду. —Есть командир! —отрапортовали легионеры. Бандиты меж тем начали осторожно заходить в арку. Мы с Марком слышали их хриплое дыхание. В ночной тишине можно было даже расслышать их некоторые фразы и слова. Кто-то из этой шайки хриплым голосом произнес: —Теций, держи свой нож наготове. Тот, кто был тем самым Тецием, ответил ему: – Не беспокойся Вальт, мы перережем их всех до того, как они проснутся. – Заткнитесь скоты! – рявкнул кто-то в ответ. Ваши кишки, надолго запомнят мечи легионеров, если что-то пойдет не так. Бандиты замолчали. Один из бандитов, шедший впереди всех, неожиданно присел и положил раскрытую ладонь на камни. – Что делает этот недоумок? —удивился Луций. – Слушает наши шаги! – осторожно пробурчал Марк. – Так мы никуда не идем, – усмехнулся Луций. Мы сверху друзья! —Тише придурки! – прорычал опцион. Они могут услышать. —Они не только глухи, но и слепы, клянусь Гадесом! – съехидничал Галлий. За колоннадой у входа в казарму явно проступало темное пятно. С высоты арки это пятно было похоже на большой скутум, положенный на камни боком. Бандиты собрались на площади перед казармой. Темная масса людей сгрудилась в одну кучу ощетинившись мечами и копьями. —Хвала Юпитеру, это свора бродячих собак не знает, что такое боевой порядок, – прошептал мне опцион. Он осторожно, чтобы не звякнули, поправил плечевые пластины на лорике и поцеловал лезвие своего гладиуса. – Проверьте застежки на калигах парни! – тихо скомандовал я. Легионеры ощупали свою обувь. —Все в порядке командир! – доложили они. —Начинай Галлий толкнул я легионера в бок. Марк командуй. Галлий встал и выпрямился во весь рост, вслед за ним рядом вырос Марк и остальные лучники. – Лучники натянуть тетиву! Легионеры укрывавшиеся наверху арки в одно мгновение натянули тугие нити тетивы луков и прицелились вниз. —Лучники поджечь стрелы! Вспыхнувший во мраке ночи факел, быстро прошелся пламенем по кончикам стрел. —Пли! Десятки горящих стрел устремились вниз. В толпе бандитов раздались крики и стоны. Некоторые из бандитов, вырвавшись из толпы, попытались бросить копья в сторону арки. Горящие стрелы вгрызались в плоть бандитов не хуже гладиусов. Они поджигали одежду и оставляли на теле ожог сравнимы с раной от самого наконечника стрелы. —Это засада! – заорал кто-то из бандитов. Они наверху. У этой толпы не было щитов и им нечем было прикрыться от разящих ударов с высоты. Горящие стрелы со свистом срывались с тетивы и летели вниз. Ошеломленные таким напором бандиты издали вопли отчаяния. —Возьмите штурмом арку! – скомандовал кто-то из них. Остальные к казармам бегом.

–Вперед солдаты! – взревел я, взывая к легионерам, укрывшимся за колоннадой казармы. —За императора! —За Домициана! – в небо взметнулись десятки рук, крепко сжимающих меч. Центурия бросилась вперед. Легионеры уже видели обезумевшие от страха лица бандитов и это только распыляло их ярость к врагу.

Она превратилась в бушующее море, сотканное из криков и стонов умирающих. Плотный строй сомкнутых щитов никак не хотел треснуть и развалиться. Бандиты раз за разом накатывали на него волной, но получая смертоносные колющие удары мечей откатывались назад. Лучники на арке по приказу опциона прекратили стрельбу, боясь попасть в собственных товарищей. Сражение, а точнее избиение дерзких и наглых бандитов продолжилось внизу у казармы. Вперед командир взревел опцион Марк, спускаясь по лестнице арки. Сейчас Марк хотел выплеснуть на этих мерзавцах всю горечь своих неудач за вчерашний вечер. Ему даже пришлось отодвинуть Галлия и Валерия, чтобы первому спуститься по лестнице на площадь перед казармой. Это конечно удивило бывалых легионеров, но вовсе не огорчило. Первый так первый. Во всяком случае Марк опцион и их командир. Несколько бандитов оглянулось на яростный и победный крик опциона и устремилась к лестнице на встречу спускающимся по ней легионерам. Не дожидаясь, когда их застигнут в неудобном положении, легионеры просто спрыгивали вниз, обнажая мечи и вступали в общую свалку. Бандит здоровяк с отрезанным ухом метнулся в сторону Марка. По комплекции тела он был намного больше его и мог бы просто задавить опциона своим весом. Марк, уклонившись от удара мечом, ловко поднырнул под здоровяка и всадил ему в бок свой гладиус. Здоровяк взревел и стал бешено размахивать мечом, надеясь ранить кого-нибудь из легионеров. Галлий, изловчившись, разрезал здоровяку икру на левой ноге и тот издав рев повалился на одно колено. Тут уже Валерий Квинт не стал медлить и всадил сзади меч в шею бандита. Еще несколько ублюдков размахивая мечами и кинжалами бросились в сторону опциона. Пришла и моя очередь помочь своему заместителю. Я ловко спустился по лестнице и напал сразу на двух из них.

Один из бандитов был в кожаной лорике и солдатских калигах, но на них не было шипов, которыми обязательно оснащалась обувь каждого легионера.

Бандиты тяжело дышали и скалились. И в их грязных мечтах было желание разделаться с безоружными спящими солдатами, но это превратилось в настоящий бойню, которую они не ожидали и не были готовы. —Ну, иди же сюда императорский прихвостень! – прохрипел свои угрозы один из нападавших. Жаль я не зарезал тебя еще в Риме. Бандит сделал резкий выпад мечом, который я несмотря на некоторую усталость от событий беспокойного дня, все же сумел отбил. Я попытался вспомнить, где же я видел этого урода в Риме. Его изъеденное язвами лицо напоминало одного мерзкого типа из таверны «Трезубец Посейдона» в районе Исиды и Сераписа, где я неспешно сопровождал двух уважаемых римских матрон, наслаждаясь их обществом и беседой.

– У тебя должно быть рабское клеймо на лбу? – предположил я. Бандит оскалился, обнажив ряды гнилых зубов. —Ты прав римлянин. Оно на месте, – оскалился бандит. Вижу, что ты узнал меня. Я тот сириец, которого ты помог задержать вигилам, когда я ограбил того богатого старика с толстым кошельком у трактира. Бандит задрал челку черных волос обнажив и демонстрируя мне свое рабское клеймо на лбу. – Смотри же и запомни кто тебя убил. Сириец вновь замахнулся мечом, намереваясь в этот раз точно покончить со мной. – Ты задолжал мне центурион и свой долг ты отдашь здесь! – мерзко проревел он. Я невольно рассмеялся, хотя причин этому было немного. —Теперь-то тебя точно распнут раб. Или сбросят со Тарпейской скалы в Тибр. Уж я прослежу за этим мерзкий раб. Я приготовился сделать выпад гладиусом, хотя у меня всплыла мысль, что было бы неплохо повредить ему ногу, ударив по ступне шипами солдатских калиг. Не смотря на мою задумку возле меня оказались опцион Марк и Галлий. – Спокойно ребята. Этого раба нужно обязательно оставить в живых. – Давние счеты командир? —переспросил опцион. —Он задолжал империи опцион, – бросил я в ответ. Его участь будет сдохнуть на кресте под палящим солнцем. Как преступника и заговорщика. – Заметано командир! – подмигнул нам Галлий. Давайте скрутим его покрепче парни.

Остальная часть нашей центурии продолжала бой у самой колоннады казармы. Прямые колющие удары гладиусов просто дырявили тела наступающих. Без щитов бандиты не могли защищать свое тело, как это делали легионеры.

Кровь лилась на камни казармы Ютеция потоками лавы Везувия. Через полчаса резня заговорщиков была закончена. Остатки бандитов были прижаты к черному кованному забору у арки. Их затравленные глаза бегали вдоль строя легионеров пытаясь найти хоть какую-то лазейку для спасения. Некоторые из них ухватились за прутья решетки, пытаясь выломать их и просто сбежать.

–Кто тут вожак в этой грязной стае? —громко рявкнул я, глядя на кучку сгрудившихся у решетки мятежников. Выходи сюда вперед. Вы все проиграли. Бандиты в ответ только злобно оскалились. Их затравленные карие глаза бегали в разные стороны, ища спасения. —Мы еще сможем пустить вам кровь! – прорычали они. —Легионеры несите сюда луки! – спокойно приказал я своим солдатам.

– У вас нет ни единого шанса, – отметил я их незавидную участь. Бандиты перебрасывались между собой взглядами и злобно скалились на меня и окруживших их легионеров. – Быть рабом на каменоломнях или рудниках лучше, чем быть мертвым, – отметил вслух опцион. Бросайте оружие и не усложняйте вашу участь. —Не уверен, что ты прав опцион, —прорычал один из бандитов.

– Тогда умрите, как жалкие черви, – ответил Марк. —Стой опцион! – один из нападавших, осторожно опустил оружие на землю. Ты обещал нам жизнь, если мы, сдадимся. Опцион ехидно усмехнулся. —Ну, было такое, сейчас-то я уже не уверен. Бандит наклонился и что-то быстро зашептал на ухо своему товарищу. Тот, довольно выслушав эти предложения, кивнул косматой головой. – Нам нужно кое-что обсудить с остальными нашими друзьями, —прохрипел бандит, обращаясь ко мне. Я вложил гладиус в ножны и отвернулся от них. —У вас есть всего несколько минут. Бандиты принялись шептаться между собой, пытаясь найти выход из безнадежной ситуации который бы устроил всех.

Но меня и моего опциона Марка, как, впрочем, и других легионеров устраивал только один исход прошедшей битвы. Мятежники в цепях и на коленях предстанут перед самим Домицианом. Третьего не дано.

– Что вы решили? – сквозь зубы процедил я. Я и так к вам слишком любезен. —Вот мой опцион, – я посмотрел на Марка. Он утверждает, что вас просто не нужно оставлять в живых. Марк прохаживался вокруг кучки бандитов, оцепленной легионерами, и нервно сжимал, и разжимал ладонь на рукояти гладиуса.

– Мы все сдаемся! – прорычали налетчики. Марк довольно улыбнулся: —Сразу бы так, глядишь и другие живы бы остались. Бандиты, озираясь по сторонам, стали кидать оружие на землю. Его звон заставил подойти к нам и остальных легионеров. Мечей и ножей на земле оказалось достаточно. Конечно, они были жалким подобием оружия легионера, но ими вполне можно было резать добропорядочных римских граждан. На площади от арки до колоннады у входа в казармы Ютеция валялось множество трупов в самых причудливых позах. Одному из бандитов сильным ударом гладиуса просто снесли голову с плеч. Она валялась неподалеку от его тела с остекленевшим взглядом открытых глаз. У других были отрублены кисти рук или полностью рука. Кровью были залиты многие камни на площади. Когда взойдет солнце кровь высохнет и превратится всего лишь в бурые пятна. В том нет никакой доблести и отваги. – Галлий! – приказал я, – посчитай солдат, скольких же ублюдков мы сегодня убили? Галлий вернулся с докладом через несколько минут. —Восемьдесят пять! – радостно отрапортовал он. —Это ж почти целая центурия! – довольно присвистнул Марк. – Давайте вязать этих ублюдков парни, – предложил нам Галлий. – Чего мы на них любоваться будем? —Ты обещал командир! – нервно напомнил мне один из бандитов.

Я криво усмехнулся и направился в сторону казарм. С бандитами нужно было поступить жестко, но кто может проявить эту твердость, как не сам император, зная, что эти ублюдки хотели покуситься на его священную персону. —Итак решено! – Я довольно хмыкнул, представляя, какая участь их ждет. —На суд императора! —вслух бросил я, перед тем как скрыться внутри казармы. На улице за решеткой появились встревоженные лица горожан Лавиниума, выражавших обеспокоенность произошедшим ночью побоищем. Они буквально приникли лбами к железным прутьям, желая получше рассмотреть всех задержанных. Многие жители города надеялись, что среди мятежников не окажется их близких и знакомых. Некоторые особо патриотичные граждане Лавиниума сыпали проклятия на головы бандитов. —Откуда они черт возьми узнали о битве? – разорялся Квинт. —Звон твоего меча, приятель Квинт разлетелся до Рима! – опцион Марк похлопал своего солдата по плечу. Кто еще был так отважен в бою. Квинт недоуменно пожал плечами. К казармам прибыл магистрат Лавиниума. Они не поленились подняться со своих мягких постелей и проделать этот путь пешком. Жирные нобили с удивлением осматривали место стычки и с удивлением всматривались лица бандитов, искаженные яростью своей неудачи. —Центурион! – с восхищением произнес один из нобелей. Вы очистили наш город от этой гнили. Она медленно копилась в нашем теле и вот ее вырвало наружу. Нобиль поправил тунику на плече и задумчиво уставился на связанных к этому времени бандитов. Он пристально вглядывался в их лица, что были искажены одновременно злобой и отчаянием, но не находил в них знакомых ему черт. —Их участие в мятеже, будет стоить им жизни. Нобиль обошел пленников, рассматривая каждого из них. —Не думал, что в нашем городе собралась такая банда отъявленных мерзавцев и негодяев! – с омерзением произнес он. Они все, будут отправлены в тюрьму и дожидаться в ней прибытия императора. Нобель отдал салют, хотя и не был военным. —Да будет так центурион. —Вам знаком кто-нибудь из пленных бандитов? – ненароком поинтересовался я. Нобиль отрицательно помотал головой. —Здесь нет ни одного жителя нашего города, – осторожно боясь ошибиться, добавил он. Хотя в его голосе и прозвучали ноты сомнения, я предпочел их не заметить. —Должно быть мятежники все из самого Рима, – утвердительно предположил он. – Такое возможно, – с сомнением ответил я. Не каждый провинциал решится на мятеж против императора.

–Мой славный центурион!

Толпа сановников вокруг Домициана моментально поредела. Чиновники и писцы, судорожно перебирая руками свои пергаментные свитки, поспешили разбежаться по укромным углам большого императорского шатра. Преторианцы же напротив стали еще более собраны и внимательны к происходящей вокруг персоны императора суете.

Домициан поднялся с походного кресла и устремился к выходу из шатра, где ожидал, переминаясь с ноги на ногу совсем неприметный в разноцветии императорского двора центурион.

– Я ожидал твоего появления мой храбрый центурион, – продолжил свой монолог Домициан. Я склонил голову и не поднимал ее до тех пор, пока император не оказался совсем рядом со мной. —Твоя скромность любезный Гай, – продолжал изливать потоки похвалы Домициан. —Твоя скромность делает тебе честь, как и та услуга, что ты оказал нам тремя днями ранее. Я поднял голову и посмотрев императору прямо в глаза произнес: – Я всего лишь выполнил поставленную мне задачу. Мой долг служить своему императору! Задачу, ты выполнил ее с блеском, – согласился император, переводя взор на присутствующих в шатре сановников. Их реакцией была восторженная улыбка и притворные кивки головой в знак согласия со словами Домициана. – Вина центуриону Гаю! – воскликнул император, поднимая вверх правую руку, в которой он держал золотой кубок с вином. Шатер наполнился ликующими криками: – Вина центуриону Гаю Метеллу. – Слава центуриону! – Играйте музыку! – крикнул император. Шатер тут же наполнился тонкими волшебными звуками. Сановники двора императора, словно тараканы стали выползать из своих щелей, протягивая слугам руки с

кубками. Вино вновь полилось рекой.

За троном императора покрытым золотой фольгой стояли несколько искусных копий золотых аквилл: VII- Клавдиева, I- Италийского, V- Македонского и V- легиона Жаворонков, вексилуммов и сигнумов преторианской гвардии и кавалерийской алы.

Красный тугой бархат этих грозных полотнищ говорил всем созерцающим на них: – Смотрите вот сила Рима. Смотрите и повинуйтесь.

Я прошел в центр шатра. Императора уже успели увлечь своими проблемами некоторые сановники и теперь я был вновь предоставлен сам себе. Вокруг меня в почти невесомом танце кружилась пара из рабыни и раба в тонких кремовых туниках. Они так ловко танцевали на таком ограниченном пространстве, где от людей не было прохода, что я просто залюбовался их танцем и не заметил, как кто-то ловко подхватил меня за локоть и повлек за собой. – Император ждет тебя центурион. Он желает знать подробности происшествия у казарм Ютеция. В толпе нарядных дам тонких голубых туниках я узнал Марсию. Она была прекрасна. Мне кажется, что именно она затмевала всех женщин, что сейчас находились в шатре императора. Марсия тоже заметила меня и прислонила два пальца к губам, послав мне жест воздушного поцелуя.