И вдруг в его сознании, четко, ясно и неумолимо, прозвучал голос. Сухой, немного занудный, с интонацией диктора, зачитывающего инструкцию к сложному прибору. В нем не было ни капли эмоций.

«Задание пять. Правильный ответ – два. Задание шесть. Правильный ответ – один. Задание семь. Правильный ответ – три…»

Эд замер, глаза его расширились от изумления. Он повернулся и встретился взглядом с Тимом – тот сидел с точно таким же ошеломленным, немного испуганным выражением лица, застыв с ручкой в воздухе. Оба одновременно посмотрели на Алису. Та сияла, как новогодняя елка, и едва заметно кивала им, мол, да, пишите, чего ждете-то?!

Голос тем временем продолжал вещать:

«Задание пятнадцать. Соответствия: А – один, Б – три, В – два. Задание шестнадцать. Соответствия: А – три, Б – один, В – три…»

Эд отставал и не успевал записывать за голосом и вдруг внезапно для себя и всех окружающих проговорил вслух, заметно громче, чем планировал:

– Будьте добры, помедленнее, я записываю!

Ирина Сергеевна подняла на него удивленный взгляд поверх очков. По классу пробежало сдержанное хихиканье.

– Хороший фильм, Эдуард. Мне тоже нравится, – сказала она без тени улыбки. – Но на уроке физики я бы рекомендовала сосредоточиться на задачах, а не на цитатах из советского кино.

Эд притих и снова уткнулся в листок, чувствуя на себе взгляды одноклассников. Алиса жестами показала ему успокоиться. Голос тем временем начал повторять ответы с самого начала и в этот раз чуть медленнее.

Заполнив последний пункт, Алиса первая встала и понесла работу учительнице. Проходя мимо парт Эда и Тима, она лукаво подмигнула. Ребята переглянулись, тоже встали и последовали ее примеру.

– Алиса, что это было? – прошептал Тим, едва они вышли в пустой коридор. Его глаза блестели от возбуждения и недоумения.

– Как что? – она продолжала улыбаться, очень довольная собой и произведенным эффектом. – Ответы на тест.

– Это мы поняли! – не выдержал Эд. – Но что это был за голос?! Или кто?!

– Комп Сергевны, конечно, – ответила Алиса, как нечто само собой разумеющееся. – А кто же еще?

Тим поправил очки, его аналитический ум уже вовсю работал, перебирая варианты и строя гипотезы.

– Я в принципе догадался. Рациональных объяснений немного. Но… как? Каким образом?

– Как? Я его просто попросила. И всё.

– Как попросила? – всё ещё не понимал Эд.

– Вежливо, Эдик. Ве-жли-во, – растянула она, все так же сияя. – И с уважением.

В этот момент прозвенел звонок, и коридор мгновенно наполнился шумной толпой. Обсуждение пришлось отложить.

– После уроков, – коротко бросила Алиса, отходя в сторону. – Всё объясню. Не переживайте.

Остальные уроки прошли на удивление спокойно и почти незаметно, словно в тумане. История с бесконечными датами и войнами, английский с неправильными глаголами, которые никак не хотели укладываться в голове, литература с обсуждением летнего чтения – Тим с жаром доказывал превосходство Стругацких над всеми остальными, а Алиса цитировала на память куски из «Мастера и Маргариты». Обычная школьная рутина, которая после утреннего потрясения казалась почти лекарством от безумия. Они с нетерпением ждали окончания дня, когда можно будет, наконец, все обсудить.

Последний звонок прозвенел, завершая первый учебный день. Они вышли из школы на залитый слепящим солнцем двор. Воздух уже потерял утреннюю свежесть, наполнившись теплом и сладковатым запахом увядающих цветов из ближайших клумб.

– Ну, что, пошли? – спросила Алиса, видя, что друзьям не терпится, и они буквально подпрыгивают от нетерпения. – Буду отчитываться по поводу несанкционированного доступа к компу Сергевны.

Они двинулись в сторону дома, и Алиса начала объяснять, понизив голос, хотя вокруг никого не было:

– Я просто решила попробовать. На авось. Я же одна сегодня сидела, вот тихо шёпотом, глядя на его монитор говорила: «Слушай, друг, ситуация аховая. Лето еще в головах. Выручай, а? Подскажи, что там у тебя насчет ответов на этот тест припасено». Он… помолчал секунду, погудел и таким деловым тоном: «Запрос принят. Обработка. Вы уверены в целесообразности данного действия? Это противоречит протоколам конфиденциальности и пункту 7.3 инструкции пользователя». Я ему: «Очень уверена!» Он пожужжал, словно вздыхая, и выдал: «Что ж, ладно. В виде исключения. Но предупреждаю, системный администратор может заметить несанкционированную активность. Задание первое. Правильный ответ – три…» Ну, а дальше вы сами слышали. Я потом попросила повторить, когда Эд не успевал. А потом еще раз некоторые номера, чтоб уж наверняка, потому что у меня самой уже в глазах рябило от этих А, Б и В.

– Любопытно, – задумчиво произнес Тим. Он остановился, достал из внутреннего кармана свой блокнот и что-то быстро в него записал, водя ручкой с сосредоточенным видом.

– Послушай, – обернулась к нему Алиса, с любопытством наблюдая за его действиями. – Ты уж определись: ты Фандорин – «Это раз. Это два. Это три.», или ты лейтенант Коломбо, который вечно что-то записывает в свою потрёпанную книжечку? – она шутила, и в глазах ее плясали озорные огоньки. – Лично я – за Фандорина – он хотя бы молодой и красивый.

Тим и Эд рассмеялись.

– И вообще, – не унималась Алиса, – что это за манера – в век цифровых технологий писать в бумажный блокнот? Тебе что, планшет не разрешают, потому что ты ещё маленький? И вообще-то в телефоне есть приложение, оно так и называется – «Блокнот»? Хочешь, покажу? – Алиса была явно в хорошем настроении.

– Мне так удобнее, – пожал плечами Тим, пряча блокнот обратно. – И потом, тут можно не только писать, но и рисовать… Мысли по-другому структурируются. Тактильные ощущения. И вообще, отстань. Мне нравится. Это мой инструмент.

Незаметно они дошли до своего двора и, не сговариваясь, уселись на лавочку, ту, что была подальше от фонарей и любых других потенциально говорящих объектов.

– И так. – сказал Тим. Ответы – это, конечно, хорошо. Спасибо, Алиса. Но… это как-то неэтично. Неправильно это все. – В его голосе прозвучала суровая, даже слишком взрослая нотка.

– Да ладно, Тим. Неэтично, – фыркнул Эд. – Мы нервные клетки поберегли в первый учебный день, для будущих великих открытий. Социально ответственный поступок, можно сказать, совершили. – попытался отшутиться он.

– Я серьёзно, – Тим замялся, смотря куда-то вдаль. Он подбирал слова, как всегда, тщательно и взвешенно. – Мы же не просто списали. Мы… воспользовались своими способностями.

Алиса нахмурилась, перестав улыбаться.

– В каком смысле? Я всё равно не понимаю, к чему ты клонишь.

– Ну, мы только вчера узнали, что вообще можем такое. И первое, что нам пришло в голову – использовать это, чтобы сжульничать на тесте. Это как-то… мелко. Неправильно в квадрате. Не по-честному.

Повисла пауза. Тим продолжал, уже более уверенно, глядя прямо на друзей:

– А что дальше? Будем у банкоматов выпрашивать чужие пин-коды? А у чужих компьютеров – пароли? Это как… – он искал сравнение, – …как супергерой, который использует свою суперсилу, чтобы в магазине без очереди пройти.

– «Это какой-то позор», – процитировал Эд задумчиво, вспомнив фразу из фильма «Собачье сердце».

– Мне кажется, так распоряжаться своими… эмм… талантами – нельзя, – твердо заключил Тим.

– А как можно? – тихо спросила Алиса, и вопрос повис в воздухе, обращенный ко всем сразу и ни к кому в частности.

– Я не знаю, – честно признался Тим, разводя руками. – Пока не знаю.

– Ладно, – сказал Эд. – Это всё, конечно, глубокомысленно и похвально. Философия, этика… и всё такое. Но у вас это впервые, а у меня – с детства. И ничего, как-то дожил, не натворил делов. Не надо сразу апокалипсис рисовать. Но, я, кстати, с Тимом согласен – способности – штука серьезная. Шутки с ними плохи. Но есть проблема поважнее, о которой вы, похоже, не подумали. – И он с хитрой улыбкой посмотрел на Алису. – Вернее, о которой не подумала ты, моя дорогая.