Отзывы на книги автора «Владимир Гиляровский»

Вот так чудесная книга мне попалась, с каким большим удовольствием я её послушала, жаль не успела это сделать до моей первой в жизни поездки в столицу, случившейся в середине апреля. Тогда бы я с ощущением некоторого предварительного знакомства гуляла по улицам центра Москвы. Но безотносительно моего посещения белокаменной, книгу прочитала с огромным интересом, так автор увлекательно смог рассказать про особенности жизни разных уголков Москвы второй половины девятнадцатого века. Именно этому промежутку, в который автор проработал московским хроникером и бытописателем, посвящено больше всего внимания, хотя иногда, для более полного представления текст обращается к более ранним, вплоть до начала века, временам, а бывает и до времен власти Советов добирается, в которые немало изменений произошло с постройками и населением столицы.
Книга показалась мне изумительно увлекательной, интересно было слушать про личные впечатления автора, разбавлявшие обширные и подробные статьи, посвященные отдельным объектам, районам, структурам и объединениям людей Москвы, таким как Хитровка и Сухаревка, трактиры и бани, студенты и пожарники, и все остальные, и прочие. В книге звучит много имен, в том числе знакомых, вроде Чехова и Левитана, приводятся очень объемные описания отдельных персонажей, много включено интересных эпизодов из жизни разнообразных граждан, так что обобщающие части сменяются личными и за счет этого чередования не успеваешь заскучать на всём протяжении книги.
Было крайне интересно узнать подробности о том, как жили люди 120-150 назад, в какой-то момент даже отправилась на просторы интернета смотреть картины и фотографии старинной Москвы. Особенно поразили судьбы мальчишек, отдаваемых в ученики мастерам, а также рассказ о преступной среде столицы позапрошлого века. Описание обедов купечества, а также самого автора с друзьями вызывало слюноотделение. Про бедных студентов, имевших на четверых два костюма и две пары обуви, так что ходили на учебу по очереди, запомнилось. Букинисты Сухаревки впечатлили, как и описание антикваров, а также мошенников на рынке. Да в целом, всё-всё-всё понравилось.
Слушала книгу в исполнении Михаила Козакова и Артема Карапетяна, ранее если и слушала их, то не запомнила, так что не различала кто есть кто, только разные голоса. Но оба читали книгу замечательно, на высший балл. Правда заметила, что по сравнению с электронной версией в аудиокниге упущены некоторые абзацы, что печально. Но не удивительно, ведь книга толщиной в 500, а то и больше страниц уложилась менее чем в 11 часов.

Вот так чудесная книга мне попалась, с каким большим удовольствием я её послушала, жаль не успела это сделать до моей первой в жизни поездки в столицу, случившейся в середине апреля. Тогда бы я с ощущением некоторого предварительного знакомства гуляла по улицам центра Москвы. Но безотносительно моего посещения белокаменной, книгу прочитала с огромным интересом, так автор увлекательно смог рассказать про особенности жизни разных уголков Москвы второй половины девятнадцатого века. Именно этому промежутку, в который автор проработал московским хроникером и бытописателем, посвящено больше всего внимания, хотя иногда, для более полного представления текст обращается к более ранним, вплоть до начала века, временам, а бывает и до времен власти Советов добирается, в которые немало изменений произошло с постройками и населением столицы.
Книга показалась мне изумительно увлекательной, интересно было слушать про личные впечатления автора, разбавлявшие обширные и подробные статьи, посвященные отдельным объектам, районам, структурам и объединениям людей Москвы, таким как Хитровка и Сухаревка, трактиры и бани, студенты и пожарники, и все остальные, и прочие. В книге звучит много имен, в том числе знакомых, вроде Чехова и Левитана, приводятся очень объемные описания отдельных персонажей, много включено интересных эпизодов из жизни разнообразных граждан, так что обобщающие части сменяются личными и за счет этого чередования не успеваешь заскучать на всём протяжении книги.
Было крайне интересно узнать подробности о том, как жили люди 120-150 назад, в какой-то момент даже отправилась на просторы интернета смотреть картины и фотографии старинной Москвы. Особенно поразили судьбы мальчишек, отдаваемых в ученики мастерам, а также рассказ о преступной среде столицы позапрошлого века. Описание обедов купечества, а также самого автора с друзьями вызывало слюноотделение. Про бедных студентов, имевших на четверых два костюма и две пары обуви, так что ходили на учебу по очереди, запомнилось. Букинисты Сухаревки впечатлили, как и описание антикваров, а также мошенников на рынке. Да в целом, всё-всё-всё понравилось.
Слушала книгу в исполнении Михаила Козакова и Артема Карапетяна, ранее если и слушала их, то не запомнила, так что не различала кто есть кто, только разные голоса. Но оба читали книгу замечательно, на высший балл. Правда заметила, что по сравнению с электронной версией в аудиокниге упущены некоторые абзацы, что печально. Но не удивительно, ведь книга толщиной в 500, а то и больше страниц уложилась менее чем в 11 часов.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Очень интересное произведение, ярко и бойко написанное, рассказывающее о дореволюционной Москве, о традициях, об интересных происшествиях, немного об архитектуре и, главное, о людях, с которыми пересекался журналист Гиляровский или же собирал о них материал для публикаций. Будущим читателям стоит учитывать, что автор не пишет о «славной» истории города, это не сборник историй о красивой жизни аристократии, о выдающихся москвичах или знаменитых строениях, а весьма подробное бытописание будничной, суетливой жизни мещан, торговцев и бедных слоев населения. Хотя, конечно, встречаются на страницах дворяне, богатые купцы, офицеры, кутящие в дорогих ресторанах и покупающие необычные лакомства в дорогих магазинах, но все общество показано без ореола благородства и изысканности и этим особенно ценно произведение, ведь Гиляровский приоткрывает нам малоизвестные подробности жизни в царской России.

Для меня самой запоминающейся частью данного сборника являются главы про Хитровский рынок, знаменитое злачное место старой Москвы, но при этом читать про малолетних попрошаек, будущих преступников, обреченных бедняков весьма печально. Вообще вначале кажется, что вся книга будет такого рода – грязь, зловоние, обман, правонарушения, пьянство окружают читателя со всех сторон, описание мрачных подземных вод Неглинки сменяется трагическими рассказами про ссыльных, которых ведут по Садовому. Портрет Хитрова рынка дополняется Сухаревским и писатель рассказывает нам о скупщиках краденных вещей, о мошенниках, которые в два счета обманут покупателя, об азартных торговцах, захваченных жаждой наживы, и о нужде, которая заставляла продавать за бесценок все имущество. А ведь есть еще и трущобы Грачевки с публичными домами, с притонами, полными «котами» и «марухами», «громилами» и шулерами, куда почти никогда не заглядывает полиция. Но при этом Владимир Алексеевич не нагнетает трагизм, пишет достаточно увлекательно и живо, в том числе рассказывая и о своих приключениях, так что нет тягостного ощущения беспросветного отчаяния от подлой жизни людей.

Потом повествователь переходит к более почтенной публике, хотя и тут мало «красивого»: «литературные негры» и халтурная работа при написании пьес (вернее, списании чужих произведений), веселящаяся театральная публика и загулы в трактирах, бедные художники и студенческие волнения, приводившие молодёжь в тюрьмы. Хотя часть про «ляпинцев» – жителей бесплатного общежития Училища живописи и ваяния - одна из самых воодушевляющих и оптимистичных, ведь купцы-братья Ляпины предоставляли студентам бесплатное общежитие и для многих сильно стесненных в средствах художников это было поистине спасенье.

Познавательно было прочесть и про парикмахеров, булочников, заговорщиков-революционеров, извозчиков, пожарных, про курение и нюханье табака, про торговые ряды и крыс, про бани и банщиков. Есть главы, посвящённые знаменитым местам, например, Английскому клубу или магазину Елисеева, его шумному открытию и молебну в «храме обжорства». И, конечно же, здесь много рассказов о еде, о винах, блюдах как русской кухни, так и заимствованных у иностранцев, о специально выписываемых из-за границы продуктах и даже о салате Оливье, который подавался в ресторане «Эрмитаж-Оливье».

Так что, подводя итог, это очень занимательная книга, которая окунет нас в кипучую жизнь Москвы конца ХIХ-начала ХХ века, покажет различные уголки города, позволит заглянуть в аристократические клубы и в трактиры, старинные дома и камеры пыток, лавки и трущобы, так что советую этот сборник всем любителям истории.

Владимир Гиляровский впервые попал в Москву в 1873 году, в возрасте 20 лет. Проживет он там совсем недолго, поскитается по стране, а в 1881 году вернется, чтоб поселиться в столице окончательно. За годы работы в журналистике Гиляровский досконально изучил Москву со всех сторон: и воровские притоны, и игорные дома, и богатые магазины а ля Елисеевский. Но ощущение осталось немного двоякое, потому что мелькали порой фразы, которые попахивали пропагандой.

Страшные трущобы Хитровки десятки лет наводили ужас на москвичей. Десятки лет и печать, и дума, и администрация, вплоть до генерал-губернатора, тщетно принимали меры, чтобы уничтожить это разбойное логово. С одной стороны близ Хитровки -- торговая Солянка с Опекунским советом, с другой -- Покровский бульвар и прилегающие к нему переулки были заняты богатейшими особняками русского и иностранного купечества. Тут и Савва Морозов, и Корзинкины, и Хлебниковы, и Оловянишниковы, и Расторгуевы, и Бахрушины... Владельцы этих дворцов возмущались страшным соседством, употребляли все меры, чтобы уничтожить его, но ни речи, гремевшие в угоду им в заседаниях думы, ни дорого стоящие хлопоты у администрации ничего сделать не могли. Были какие-то тайные пружины, отжимавшие все их нападающие силы,-- и ничего не выходило. То у одного из хитровских домовладельцев рука в думе, то у другого - друг в канцелярии генерал-губернатора, третий сам занимает важное положение в делах благотворительности.
И только советская власть одним постановлением Моссовета смахнула эту не излечимую при старом строе язву и в одну неделю в 1923 году очистила всю площадь с окружающими ее вековыми притонами, в несколько месяцев отделала под чистые квартиры недавние трущобы и заселила их рабочим и служащим людом.

Да, Гиляровский вполне атмосферно описывает Москву на рубеже XIX - XX веков. И я абсолютно допускаю, что большую часть населения Москвы составляли воры, проститутки, нищие. А куда им было идти, как не в столицу, где куча возможностей не помереть с голоду.
Но вот что писал о Гиляровском известный москвовед В. Б. Муравьев:

... у нас в семье очень не любили Гиляровского. Тетка моя прямо говорила: «Врёт он, все врёт, никаких убийств, никаких бандитов на Хитровке не было. Были нормальные люди». Потом я стал встречать похожие отзывы и в московских мемуарах. Таково уж влияние журналистов, в частности, Гиляровского, который, надобно сказать, по его собственному признанию, писал о «страшных» местах — о Трубе, о Хитровке, о преступлениях и тому подобном потому, что вместо пяти копеек за обычную корреспонденцию за такую платили по пятнадцать копеек.

То есть я оказалась не совсем права. Не ради пропаганды писал Гиляровский, а ради копейки побольше. Ну ведь в самом деле, неужели кроме воров и нищих не было колоритных фигур в Москве того периода? Хитровка - трущобы, Сухаревка - притоны, Китай - город - снова воры и убийцы, вонючая Неглинка, шулера, скупщики краденного, малолетние проститутки...
Наверно, у меня были несколько иные ожидания. Перед прочтением мне виделись старинные улочки Москвы, истории домов, церквушек, дворов и площадей. Не вот эти ужасы бытия, а некий путеводитель. Ну не верю я, что не было во времена Гиляровского у Москвы той красоты, о которой можно было б рассказать. Описания трактиров, кто с кем и сколько пил спиртного, чем закусывали... Вместо путеводителя по старой Москве получила путеводитель по притонам и трущобам.

Владимир Гиляровский впервые попал в Москву в 1873 году, в возрасте 20 лет. Проживет он там совсем недолго, поскитается по стране, а в 1881 году вернется, чтоб поселиться в столице окончательно. За годы работы в журналистике Гиляровский досконально изучил Москву со всех сторон: и воровские притоны, и игорные дома, и богатые магазины а ля Елисеевский. Но ощущение осталось немного двоякое, потому что мелькали порой фразы, которые попахивали пропагандой.

Страшные трущобы Хитровки десятки лет наводили ужас на москвичей. Десятки лет и печать, и дума, и администрация, вплоть до генерал-губернатора, тщетно принимали меры, чтобы уничтожить это разбойное логово. С одной стороны близ Хитровки -- торговая Солянка с Опекунским советом, с другой -- Покровский бульвар и прилегающие к нему переулки были заняты богатейшими особняками русского и иностранного купечества. Тут и Савва Морозов, и Корзинкины, и Хлебниковы, и Оловянишниковы, и Расторгуевы, и Бахрушины... Владельцы этих дворцов возмущались страшным соседством, употребляли все меры, чтобы уничтожить его, но ни речи, гремевшие в угоду им в заседаниях думы, ни дорого стоящие хлопоты у администрации ничего сделать не могли. Были какие-то тайные пружины, отжимавшие все их нападающие силы,-- и ничего не выходило. То у одного из хитровских домовладельцев рука в думе, то у другого - друг в канцелярии генерал-губернатора, третий сам занимает важное положение в делах благотворительности.
И только советская власть одним постановлением Моссовета смахнула эту не излечимую при старом строе язву и в одну неделю в 1923 году очистила всю площадь с окружающими ее вековыми притонами, в несколько месяцев отделала под чистые квартиры недавние трущобы и заселила их рабочим и служащим людом.

Да, Гиляровский вполне атмосферно описывает Москву на рубеже XIX - XX веков. И я абсолютно допускаю, что большую часть населения Москвы составляли воры, проститутки, нищие. А куда им было идти, как не в столицу, где куча возможностей не помереть с голоду.
Но вот что писал о Гиляровском известный москвовед В. Б. Муравьев:

... у нас в семье очень не любили Гиляровского. Тетка моя прямо говорила: «Врёт он, все врёт, никаких убийств, никаких бандитов на Хитровке не было. Были нормальные люди». Потом я стал встречать похожие отзывы и в московских мемуарах. Таково уж влияние журналистов, в частности, Гиляровского, который, надобно сказать, по его собственному признанию, писал о «страшных» местах — о Трубе, о Хитровке, о преступлениях и тому подобном потому, что вместо пяти копеек за обычную корреспонденцию за такую платили по пятнадцать копеек.

То есть я оказалась не совсем права. Не ради пропаганды писал Гиляровский, а ради копейки побольше. Ну ведь в самом деле, неужели кроме воров и нищих не было колоритных фигур в Москве того периода? Хитровка - трущобы, Сухаревка - притоны, Китай - город - снова воры и убийцы, вонючая Неглинка, шулера, скупщики краденного, малолетние проститутки...
Наверно, у меня были несколько иные ожидания. Перед прочтением мне виделись старинные улочки Москвы, истории домов, церквушек, дворов и площадей. Не вот эти ужасы бытия, а некий путеводитель. Ну не верю я, что не было во времена Гиляровского у Москвы той красоты, о которой можно было б рассказать. Описания трактиров, кто с кем и сколько пил спиртного, чем закусывали... Вместо путеводителя по старой Москве получила путеводитель по притонам и трущобам.