В этой книге на примере пиратства и терроризма показана деятельность организованной преступности. Организованные преступники ожидаемо делают насилие своим главным инструментом власти и контроля. Сцены расправы описаны довольно подробно и вызывают самые разные эмоции: от ужаса до отвращения. И это предсказуемо, но и слабая сторона — то есть заложники, пытающиеся противостоять пиратам, — вызывает не меньший спектр эмоций.
Поведение людей в экстремальных условиях неодинаково. Страх, паника и стресс по‑разному влияют на людей и их решения. Среди заложников как формируются альянсы, так и происходят конфликты. Одни люди берут на себя роль лидера, а другие ломаются под давлением обстоятельств. Например, блогер Джессика в момент смертельной опасности на полном серьёзе надеется, что пиратам будет достаточно поймать Катю — и тогда она, возможно, останется в безопасности. В то же время семья Берд, в попытке спасти собственные шкуры, не раздумывая, решает сдать Катю. Но если Джессика хотя бы стыдится собственных мыслей, то Берды считают себя полностью правыми. Вот так по‑разному раскрываются перед лицом опасности грани человеческой природы.
Надо признать, что осуждать, конечно, просто, но я, как всегда, задалась вопросом: «Как поступила бы я?» И дать однозначный ответ на этот сложный вопрос не смогла. Хочется верить, что я не утратила бы человечность в бесчеловечных условиях.
А вот Пётр берёт на себя роль лидера и предпринимает одну попытку за другой, стремясь спасти и оказать помощь максимальному количеству людей. А как врач он ещё периодически оказывается перед моральными дилеммами: все ли пострадавшие достойны помощи? Пётр — пример личной ответственности и смелости в условиях бессилия официальных структур.
Одновременно с основной линией развивается и вторая. И тема, заложенная там, тоже очень жуткая. Деньги — универсальный инструмент влияния, способный купить лояльность, молчание или предательство. И на самом деле жутко понимать, что во все времена человеческая жизнь была и остаётся товаром, а этические нормы заменяются расчётом.
Тема психологических отклонений и социопатии в книгах Влады не нова, а, скорее, наоборот. Но оскомину, как ни странно, не набивает. Тут можно вспомнить и Марка из «Чёрного города», и Гюрзу из «Сектора Фобос», и, конечно, Еву из серии «Виктория Сальери». Но я вспомню Гробовщика из серии «Детектив‑квест». И не только потому, что новая серия и «Квест» написаны Владой именно Юрьевой, но и потому, что и Гробовщик, и волк из «Территории наёмников» — это социопаты, которые ощущают острую потребность в убийствах и выбирают своими жертвами других маньяков и серийных убийц или пиратов и террористов. Тоже тема для моральной дилеммы, кстати, я упоминала о ней в отзыве на «Детектив‑квест». Если убийца убивает убийц — это достойно восхищения или порицания? С одной стороны, когда психи бьют друг друга, главное, чтобы они не останавливались. С другой — хорошо бы, чтобы при этом не было сопутствующих жертв среди нормальных или условно нормальных людей.
Но я взяла для примера именно Гробовщика не только из‑за того, что уже написала выше. Есть ещё один момент. В серии «Детектив‑квест» в Гробовщика влюбилась Лю Ланфан. И каждый раз она оказывалась перед выбором: провести спокойно время с любимым человеком, зная, что он убийца, или сдать его властям. Как и для меня, для Лю играло важную роль то, что Гробовщик убивал не первого встречного. И не из‑за определённого набора качеств, как, например, в книге «Долгие северные ночи». Ведь там не играло роли, кто есть жертва. А тут играло. И перед такой же дилеммой оказывается главный герой новой серии.
Финал указывает на то, что он, подобно Лю, не готов сделать однозначный выбор, а значит, будет радоваться моментам редких встреч и корить себя в длительные периоды разлуки за «неправильный» выбор. Но такой ли он неправильный, если официальные структуры бессильны, а освещение в СМИ смертей делается, основываясь на разделении ценности человеческой жизни на более и менее ценные — на те, о которых приходится говорить, и те, которыми можно пренебречь?
Я однозначно буду очень ждать продолжения и следить за развитием событий.
P.S. Книгу озвучил Андрей Брежнев и допустил ошибку. Не даст соврать Юлечка: я приходила за уточнением. Чтец трижды озвучил, что Филиппу 30 лет. В первый раз у меня глаза вылезли на лоб: описывается ведь подросток… Во второй — я пошла уточнять у Юли. Она подтвердила, что в электронке не 30, а 13. И в конце чтец «зафиналил» — ещё раз сказал, что 30. Как говорится, имейте в виду.


