создание гениального произведения – неимоверно тяжелый труд. Редко когда получается, чтобы изначальный замысел автора целиком и полностью лег на бумагу в неизменном виде. Жизненные обстоятельства не позволяют: где-нибудь залает собака, посторонние мешают работе, давят финансовые трудности, наконец, подводит здоровье. А самое ужасное, что усугубляет эти тяготы, – вопиющее равнодушие мира. Никто не просит авторов создавать поэмы, романы или истории: в них нет нужды. Миру нет дела до того, отыщет ли Флобер верное слово, тщательно ли проверит Карлайл тот или иной факт. И, конечно, мир не станет платить за то, что ему не требуется. И вот автор – Китс, Флобер, Карлайл – проводит жизнь, особенно юность, богатую на творческое вдохновение, в мучительной борьбе с бесконечными помехами и унынием.