Глава 3

Медленно приподняв веки, Алексей сразу же уперся взглядом в непривычную для себя обстановку. Он находился в странной комнате, своим убранством совсем не походившей на современную спальню, к которой он привык, а более напоминающей дворцовые интерьеры девятнадцатого века, кои обычно показывали в кино или изображали на старых картинах. Вся мебель в обозримом пространстве помещения располагалась на темном паркетном полу, укрытом ворсистым ковром, и представляла из себя произведение классического искусства, выполненного, судя по всему, из дорогих пород дерева. А в качестве освещения на столиках красовалось несколько бронзовых светильников с зажженными в плафонах свечами, поскольку за окном, обрамленным тяжелыми парчовыми шторами с бахромой, стояла глубокая ночь.

– Где я? – ошеломленно произнес мужчина, едва узнав собственный голос.

Он, словно не принадлежал ему, или точнее, звучал намного ниже и глубже, будто некто специально изменил настройки, подрегулировав их в нужную сторону.

Опустив глаза вниз, Алексей с таким же изумлением оглядел себя, сидящего на роскошном обитом бархатом кресле. На нем был костюм старинного образца, состоящий из черных брюк, жилета и белой батистовой рубашки. К этому странному комплекту не хватало только фрака, но его он заметил неподалеку, висящим на спинке стула. Сие нестандартное одеяние настолько хорошо было подогнано по его фигуре, что он даже поразился тому портному, который так хорошо знал его размер. Постойте… а его ли это размер?

Поднявшись на ноги, Алексей приблизился к большому зеркалу в позолоченной раме у стены и, уставившись на отражение, не узнал сам себя. На него удивленно смотрел высокий светловолосый мужчина с яркими голубыми глазами и волевым квадратным подбородком лет эдак тридцати. Статный незнакомец в зеркале отличался гордой осанкой и весьма внушительной фигурой, которой сам хозяин тела никогда не обладал. Скорее подобной спортивной формой мог бы похвастаться его школьный товарищ, не вылезающий из тренажерного зала, но точно не он. Кстати, о нем…

Мысли о друзьях детства вызвали в голове мужчины рой обрывочных воспоминаний, однако не успев составить из них хоть какую-то более-менее понятную картину, он внезапно услышал пронзительный визг, точнее оглушающий вопль, исходящий со стороны массивной кровати под огромным полупрозрачным балдахином. Резко обернувшись на звук, не суливший в данных обстоятельствах ничего хорошего, Алексей присмотрелся повнимательней к тому, кто копошился в шелковых покрывалах, пытаясь выбраться из плена мягкой перины и кучи подушек в рюшах.

– Я что… баба?! – завизжала разъяренная блондинка с кудряшками в розовом кружевном платье, походившем на нежное облачко.

Хрупкая девица с миловидным румяным личиком в форме сердечка дикими глазами таращилась на свою грудь в декольте, сидя на кровати и периодически отплевываясь нецензурной бранью, вроде «какого хрена?», но гораздо красноречивее.

– Пашка?! – осторожно поинтересовался Алексей, подойдя ближе, поскольку лингвистический запас слов у этой блондинки сильно напоминал его старого приятеля.

Злющая девица мгновенно отозвалась и подняла глаза на изумленного мужчину в костюме, хлопая длинными густыми ресницами, как фарфоровая кукла.

– А ты, мать твою, кто такой?! – рявкнула она на незнакомца, не растеряв при этом ни капли своего юного очарования.

– Это же я… не узнаешь? – спросил Алексей, по привычке поправив сползающие с переносицы очки, но их там не оказалось, однако жест выдавал его с головой.

– Лёха?! – с сомнением поинтересовалась блондинка и тот кивнул.

С минуту оба товарища молча рассматривали друг друга в новом облике и вопросов в их головах становилось только больше.

– Почему ты так выглядишь?! – первым потребовал ответа Павел, глядя на статного красавца перед с собой с некоторой завистью.

– Я-то ладно, ты бы себя видел! – усмехнулся тот, полностью игнорируя рассерженный вид забавной пигалицы в оборочках, которая только и делала, что скрежетала зубами и пыхтела, как паровоз.

– Не смешно! – фыркнул приятель и завопил, тыча в себя пальцем. – У меня сиськи! Ты такое видал вообще?!

– Ну, в принципе, вполне нормальная гру… – интеллигентно попытался сгладить ситуацию товарищ, но наткнулся глазами на свирепый взгляд бывшего культуриста и решил не продолжать.

– Лучше ничего не говори, – процедил тот, угрюмо повесив голову, а затем спохватился. – О, нет!

– Что? – забеспокоился друг, потому как на лице Пашки застыла гримаса ужаса и он отчаянно запричитал:

– Господи, только не это… пожалуйста, не забирай его у меня… – с этими словами блондинка принялась копаться в своих пышных юбках, стараясь задрать подол повыше и проверить самое главное. – Нет! Его больше нет! Лёха, что я без него буду делать?!

Слезные рыдания девицы, заглядывающей к себе в панталоны, заполнили собой спальную комнату и стоящий рядом мужчина, пожав плечами, сочувственно предположил:

– Видимо, теперь будешь писать сидя.

– Аааа! – еще сильнее разревелась блондинка, но ее и без того громкие рыдания внезапно прервал чей-то звучный храп, раздавшийся из-за дивана у растопленного камина.

В помещении кроме них двоих был кто-то еще и это небольшое открытие вызвало у друзей некоторые опасения. Девица сразу же перестала заливаться слезами, высморкавшись в платок, который протянул ей Алексей, найдя его в своем кармане, будто именно для этого он там и находился. А затем, осторожно подкравшись и заглянув за спинку, приятели обнаружили почтенную даму довольно тучной наружности в черном платье, которая мирно похрапывала на мягком диване, обложившись подушками.

Переглянувшись и придя к единственно возможному выводу, оба одновременно произнесли:

– Жора?!

Спящая матрона хрюкнула, отчего ее лоснящийся двойной подборок затрясся, словно холодец, и открыла глаза, уставившись на тех, кто ее разбудил.

– Да. А вы, кто? – сонно спросила она.

– Ну, капец! – обреченно выдохнул Пашка и уткнулся лбом в атласную обшивку дивана, больше не сказав ни слова.

Все объяснения с только что очнувшимся другом взял на себя Алексей, как самый уравновешенный из троих друзей. Он рассказал, кто они, а заодно предложил Жорику самому взглянуть на свое отражение, поскольку тот считал, что его разыгрывают и не хотел никому верить. Однако, общими усилиями оба товарища притащили упирающегося приятеля к зеркалу и тот, вытаращив глаза, наконец, воскликнул, оглядывая себя со всех сторон:

– Офигеть! А, почему я старуха?!

Недовольно сощурившись, он с подозрением изучил высокого красавца в классическом костюме и миловидную блондинку в кружевах, будто именно они имели прямое отношение к распределению нынешней внешности и выбрали себе что-то получше, успев проснуться раньше.

– Откуда нам знать?! Думаешь, мне нравится быть девицей? – огрызнулся Пашка, который теперь выглядел весьма комично, даже когда злился.

– Ну, ты хотя бы симпатичный, а вот я… – Жора состроил гримасу своему отражению и обнаружил на полном лице кучу морщин, задумчиво заметив. – Мне вообще не мешало бы сбрить усы и избавиться от бородавки на носу, а то выгляжу, как ведьма…

– Ха! Ты только глянь на него! Он уже прихорашивается! – еще больше взвился Пашка, полный негодования и праведного гнева. – А тебя не волнует, где, черт возьми, мы вообще оказались и почему в чужих телах?!

Возникший вопрос, так и крутившийся у всех на языке, повис в воздухе, но никто из них не знал на него ответа и робкое предположение, прозвучавшее из уст Алексея, заставило трех друзей надолго задуматься:

– А что, если мы… умерли.

– В каком смысле? – нахмурившись, переспросил Жора, в то время как неугомонный Пашка, похоже, и вовсе потерял дар речи от подобной версии.

– Ну, помните, – принялся объяснять друг, пытаясь выстроить логическую цепочку из последних событий. – …мы же были все вместе в баре и отмечали нашу встречу, верно?

Приятели согласно закивали в ответ.

– А потом сели в такси и… – он замешкался, вспоминая, что было дальше.

– …и в нас въехал грузовик, – мрачно закончил за него Павел, поразивший остальных страшным открытием. – В последнюю секунду перед самым столкновением я заметил его… но было уже поздно.

– Значит, это правда, – упавшим голосом подытожил Жора и рухнул в рядом стоящее кресло. – Мы все-таки мертвы.

Новость обрушилась на друзей, как огромный снежный ком, разом лишивший их каких-либо надежд на будущее. Вот, так просто? Раз! И все закончилось в одно короткое мгновение. Не будет больше походов по барам, любимой работы… Да, что уж говорить! Вообще ничего не будет. Вероятнее всего, сейчас они втроем лежат в измятом искореженном автомобиле посреди ночи где-нибудь в овраге, а медики из подъехавшей по вызову скорой помощи пытаются вытащить трех жмуриков или то, что от них осталось наружу…

– Так, погодите, – внезапно нарушил гнетущую тишину Алексей. – Тогда, где это мы сейчас?

– В аду, естественно, – буркнул в ответ Пашка, уныло повесив голову.

– Эх, говорила мне мама, что я попаду в ад за рукоблудие и вот, на тебе! – запричитал Жора, так же тяжело вздыхая.

Однако Алексей не собирался опускать руки так быстро, стараясь докопаться до истины, ведь во всей этой ситуации определенно было что-то не так:

– Мужики, вы серьезно считаете, что ад выглядит, как особняк девятнадцатого века? Вам не кажется это странным?

– У тебя есть другие версии? – спросил Пашка, уже ни на что не рассчитывая.

– Да. Я думаю, мы просто попали в другое время и в другие тела! – поделился друг своей догадкой.

– Что значит «просто»? По-моему, это объяснение ничем не лучше, – проворчал Жора.

– Нет, конечно. Это только звучит просто. Но в теории, в момент гибели наши души могло забросить в пространственно-временную воронку, и мы оказались здесь, в чужой эпохе! – озвучил свою научную версию Алексей и снова попытался поправить несуществующие очки на переносице.

– Какая воронка?! Ты сам-то в это веришь? – с сомнением в голосе пробубнил Пашка.

– А ты считаешь свою версию про ад более убедительной? – в ответ бросил приятель, сложив руки на груди и приготовившись выслушивать оппонента в споре.

– Да! Ведь быть бабой – это ж сущее наказание! Вот я и наказан! – простонал Пашка, сваливая все на божий промысел.

– Чушь! А, чем тогда наказали меня? Ведь я выгляжу значительно лучше, чем был до этого или ты не согласен? – настаивал его собеседник.

– Тебе просто повезло, – с завистью фыркнул бывший спортсмен.

– А я думаю… – продолжил дискуссию Алексей.

Но Жора вдруг шикнул на обоих друзей:

– Тише вы! Слышите? Сюда кто-то идет!

И все трое замерли, затаив дыхание. За закрытой дверью и в самом деле раздавались шаги, кто-то приближался снаружи. Затем этот некто остановился и постучал, что заставило всех присутствующих в комнате испуганно вздрогнуть.

– Ваше Сиятельство! – позвал женский голос с той стороны. – Гости уже собрались и ожидают графа Роновицкого с его семейством в бальной зале. Скажите, ваша сестра и матушка уже готовы выйти к гостям? Что прикажете им передать?

Друзья непонимающе переглянулись и Пашка прошептал, едва шевеля губами:

– Мы попали!