Цитаты из книг автора «Виктория Шваб»

Дилайла Бард. Можно просто Лайла. «Лайла». Такое нежное имя, но девушка произносила его, словно орудовала ножом: первый слог – удар сплеча, а второй – свист металла в воздухе.

«Должно быть что-то еще, – думала она. – Я должна стать кем-то другим». Пробегая по залу таверны, Лайла сорвала с крючка у входа чужую широкополую шляпу.

Лайла слишком хорошо была знакома с этим заколдованным кругом: воры воруют лишь для того, чтобы продолжать воровать.

Девушка вздернула подбородок, и Келл заметил что-то волевое и дерзкое в ее глазах – какой-то вызов.

Камень загудел в кармане еле слышным обещанием могущества и помощи. Келл уже собирался вытащить талисман и призвать его силу, как стена наконец дрогнула и поддалась.

Антари почувствовал себя слабым, раненым, истощенным. «За все нужно платить», – подумал Келл. Но он все же получил кое-что взамен – нечто могущественное и опасное.

Но это невозможно! Даже сильнейшему магу необходимо сосредотачиваться на форме, которую он желает получить. Однако Келл не представлял себе никакой замерзшей оболочки. Значит, камень не выполнял приказание, а сам истолковывал слова и… поступал как ему вздумается. Неужели в Черном Лондоне магия работала именно так – без всяких правил, только посредством желания и воли?

Нет такой команды крови, которая означала бы: «Твори». Золотое правило магии гласит, что ее нельзя сотворить. Мир состоит из взаимных обменов, магию можно усиливать или ослаблять, но ее нельзя получить из ничего. И тем не менее… Келл протянул руку, чтобы потрогать замороженного человека.

– Сдавайся, – повторил головорез странно спокойным голосом. Он вскинул подбородок, и Келл уловил в его глазах проблеск магии. Заклятие принуждения? Едва Келл подумал о запрещенной магии, как убийца бросился к нему, рассекая воздух сверкающим оружием. Келл отпрянул, увернувшись от удара, и тут в другом конце проулка появилась еще одна фигура.

– Это слово, – пояснил Тирен. – Оно принадлежит всему миру и никому в отдельности. Эта руна означает «магия», она относится к бытию и творению… – Тирен поднес руку к обложке. – Будь у магии имя, оно было бы таким, – сказал он, проводя пальцем по линиям символа. – Витари.