Цитаты из книг автора «Виктория Шваб»

Он объяснил: мир разлагается. Но делается не мягким, как опавшие ветки на лесной подстилке, а твердым, превращается в нечто плотное, как камень, но только это не камень вовсе.

Как много времени прошло с тех пор, как Рай в последний раз так пристально рассматривал его лицо. Три лета. Три зимы. Три года, а на сердце принца все еще зияли трещины.

А потом еще и еще, готовясь к тому, что на него обрушится боль стремлений, потерь, воспоминаний. Жалкая лодчонка пробивается сквозь бурное море.

Всякий раз, когда он задавал Дилайле Бард вопрос, а она не отвечала, он делал глоток. И вот наконец-то боль и горе стали расплываться устойчивой пеленой.

Всякий раз, когда кошмары накатывали, как комок желчи, или когда в голове звенели собственные крики, или вспоминались пустые глаза сестренки, ее пылающее сердечко, – он делал глоток.

В ту ночь они лежали, завернувшись в одеяла, она провела рукой по его волосам, и ритм касаний, жар очага унесли его куда-то далеко-далеко. А потом она попыталась пронзить ему сердце.

И хоть это и не было чистой правдой, все же сквозь ложь проглядывала другая истина, куда серьезнее: впервые в жизни Холланд был близок к счастью.

В уголках ее глаз были маленькие шрамы, серебрившиеся в ярком свете, а смеялась она так, что дух захватывало. Разве кто-нибудь в этом мире умел так смеяться?

– Что толку в короне, если ее нельзя надеть? Пусть даже он сам этого еще не понял. Устремления Осарона безграничны. Он никогда не удовлетворится тем, что имеет. И при всей его силе, при всей его магии он не может сотворить себе плоть и кровь. Но все равно будет пытаться снова и снова, будет уничтожать всех на своем пути в поисках сосуда. Но ни один ему не подойдет.

Это перелом, который не срастается, рана, которая не заживет никогда.