почему сейчас, когда я исчерпана, некрасива,
когда нет ни чувств, ни движения, ни силы,
ты обрушиваешься, как весенний ливень?
и бесцветные глаза, волосы, все свои сердца
я опускаю в тебя, пытаясь расти незаметно,
но старания тщетны, т. к. наигранно лживы,
неудержимо меня разносит по твоим венам:
и я резвлюсь и стенаю, льюсь и проклинаю
одновременно; не помню – знаю мгновение
всем существом податливым и верным.
весь день вдоль противоположных сторон
брожу, скитаюсь и прогуливаюсь со сном,
как с бездомным, тобой брошенным псом,
отвечающим мне глазами, носом, хвостом
на любое совместное со- / чувство в плане
– на сослагательность первых очарований;
впрочем, он – ведь сон, он все понимает,
даже то, что еще не приблизилось к яви.
цветут глаза, цветут рассветы – лето!
мы забегаем друг к другу ненадолго,
сразу с порога: только ненадолго;
на севере каждый третий из встречных
– служитель культа древнего Ра; а
кстати, и Сфинксы совсем ненароком
в оптике топоса оказались под боком.
стремление развивает массу способностей:
а способности в основе новые био-отрасли:
рост онтоизменений с амбицией на фило-:
было время, когда всё био- только и было,
что глупым планктоном в чреве огромном;
а после мы стали, как деревья, взрослыми;
на случай: если и филопрорывы наскучат —
мы причалим к берегам синими лучниками.
Как синими? А с каким у тебя еще цветом ассоциируются легкость, изменчивость и подвижность состояний?! Нам ведь так хочется жить во всех реальных и потенциальных, параллельных и пересекающихся мирах.
и какая уж тут жизнь взаймы?! свою бы донести
в душе, сердце, чреве, в стихах и в лет кружении
до тебя, твоих уединенных рассуждений вслух:
пробуждение – голос глухого, уходящий в космос,
минуя чьи-то чужие уши… невидимка, летун,
говорящий морем и испаряющийся еще до суши;
суть голос, не знающий своего тела, голос предела,
голос души всех душ, не ведающий звуковых туш
и отвлечений, несовместимых с предназначением;
голос без слуха, которому свыше дано не слушать,
но слышать, что прерогатива вовсе не уха, а духа.
сохранение и изменение —
закон природы, сохранение
– закон рода, изменение —
закон породы, от рода до по
роды – схватки и обмороки:
преддверие надежды и пути.
Каштаны – к поздним плодам, а не к осени. От осени пусть останутся только крик красок и длинные тени. В поздних плодах особенно поражает истошность и собранность жизненного рывка. Поэтому все это красочное многоцветье – сочный выстрел после долгого созревания.
у меня ощущение глубокой весны
весны вовсю
но северный город так не считает
у меня с ним отношения
как со старым любовником
который все понимает
с полу- без слов с первородных основ
и все-таки разрешает
быть кем угодно когда пожелаю
да хоть собой
вот поэтому я и усердствую жадно
Физика взорвавшихся звезд:
Ткань человеческих свойств.
Выпрямление в полный рост:
Послание жизни – зов и мост.
Ритм пульса – купола на новь
И преследующий порт-погост.
В зиянии хаоса: и сор, и сорт
Топологически кочующих зон.
Расширение: сон эонов-монад,
Сжатие: теряющий форму сад.
Судьбы человеческих свойств:
Метаморфоза природы звезд.
Каждая новая жизнь, как страница на латыни:
Читаема и переводима с трудом; хотя потом —
Напрочь забыта. Но остаются чуткости нити,
Проступающие на смытой странице лицами.
Точно памяти не обойтись без литер касаний,
Выстраивающих ежесекундно ее башню небес,
Наполняющих судьбы своим повествованием:
Пустотами, спиралями и знаковыходами в лес.
Я летела, отдавшись потоку ветра,
Для меры восприятия незаметной,
Отдаляясь, сближаясь с током света,
Отпуская по водам свои лета: хлеб
Памяти – фрагменты суть кинолента
С заранее закрученным сюжетом, пере
кроенным и перешитым многажды,
В поисках смысла и логики, может
Быть первичнее осуществления —
Разновекторный танец творения,
В котором произвольное движение
Еще наполнено и дышит веянием.
Кто часто погружается в тот сад,
в нем видит не песок, не гравий,
а тихий шелест и морскую рябь:
знакомый уху музыкальный лад;
тот различит созвездий острова,
улавливая их короткое дыхание;
в хорах четырнадцати молчаний
услышит он пятнадцатое рядом:
то, что умеет с сердцем говорить.
Вот так и я незримо буду плыть,
на расстоянии и течения меняя,
чтобы когда-нибудь себя открыть
любимому и любящему взгляду.
О проекте
О подписке
Другие проекты