Отзывы на книги автора «Виктор Пелевин»

Вы уже здесь? Прекрасно! Теперь включите фантазию, чтобы испытать очередной сеанс погружения, где написанные символы будут рождать внутри вас определённые образы, если писательское мастерство, автора данной рецензии покажется вам превосходящим ваши изысканные литературные вкусы. Здесь не будет нецензурной лексики, как в моей предыдущей работе, с которой я искренне прошу ознакомиться по ссылке или перейдя на мою страницу после прочтения этого текста. Она будет ждать вас под этой рецензией, если её снова не скроют. Цензурирование матерных слов вышло, бл**ь на новый этап моего (не)понимания, когда автор сам забыл какое слово он имел ввиду в данном контексте, а флажок всё ещё висит не давая массам ознакомиться с её содержимым и наградой за полтора часа написания и размышлений он получает настройки приватности и ограниченный доступ. Я бы назвал это обида-е***ая, но вместо того, чтобы хлопнуть дверью ещё и за попытки внедрения нового дизайна... Выдохну и продолжу творить, назло вашей системе о которой мы ещё не раз поговорим! Но сегодня довольно об этом! Просто прочтите! Рекомендую. А теперь...

Представьте... Что стремительно врываетесь в произведение на третьей главе первой части романа. Произошли незначительные события, где мы знакомимся с персонажем, видим его внешний вид, погружаемся в богатство или простоту языка, задумываемся что здесь приветливо накрутили, одновременно попадая в суть настоящего боевика, а прямо сейчас главный герой, испытав определённые приключения в поезде, направляется в сторону княжны Таракановой и заодно к загадочной местности под названием «Оптина Пустынь». Минуя всевозможные препятствия, он неуклонно приближается к цели, однако не видит ни смысла, ни причин своего опасного путешествия. Он очень похож в проявлении этого на каждого из нас, но в целом является кем-то особенным, хоть его постоянно путают с кем-то другим, вызывая недоумения в реальности происходящего. Впрочем, вскоре ему предстоит усомниться не только в иллюзорности своей миссии, но также в реальности окружающего мира и собственного существования. Как вам интрига? Сомнения графа "Т." весьма актуальны, недаром главные вопросы современности вовсе не "Что делать?" и "Кто виноват?", а "Где я?" и "Кто здесь?".

Именно в этом наполовину выдуманном диалоге, я попытаюсь объяснять при помощи намёков, метафор и прямолинейных вопросов о том, что именно вам предстоит прочитать, если вы последуете данной рекомендации.

Навстречу "T." по палубе двигалась странного вида процессия.

Впереди шествовал молодой безбородый мужик, одетый в грубую тунику из сермяги – такую же, как на гребцах. В его волосах блестел золотой венок, а руки сжимали лиру, струны которой он теребил с задором опытного балалаечника, морща лицо и приборматывая что-то вслух. Следом шла полная дама, одетая в многослойный хитон из легкой полупрозрачной ткани. За дамой шли два мужика со сделанными из перьев опахалами в руках – они работали слаженно и четко, как пара деревянных кузнецов-медведей на общем стержне: когда один опускал опахало к голове дамы, другой поднимал свое, и наоборот.

Увидев Т., дама остановилась. Смерив взглядом его мускулистую фигуру в мокрой рубахе и плотно обтягивающих ноги панталонах со штрипками, она спросила:

– Кто вы, милостивый государь?
– Т., – ответил Т. – Граф Т.

Дама недоверчиво улыбнулась.

– Значит, это не просто внешнее сходство, – сказала она. – Какая честь для бедной провинциалки! Сам граф Т... Я княгиня Тараканова к вашим услугам. Но чем обязана удовольствию видеть вас в гостях, ваше сиятельство? Опять какое-нибудь безумное приключение, о котором будут писать все столичные газеты и болтать все салоны?
– Видите ли, княгиня, я ехал в поезде, но отстал от него и упал с моста в реку. Не появись из-под моста ваш корабль, я бы, наверно, утонул.
Княгиня Тараканова засмеялась, кокетливо закатывая глаза.
– Утонули? Позвольте вам не поверить. Если хоть часть тех историй, которые о вас рассказывают, правда, вы способны проплыть всю эту реку под водой. Но на вас мокрая одежда? И вы голодны?
– Признаться, насчет голода вы угадали.
– Луций, – сказала княгиня мужику с опахалом, – проводи графа в комнату для гостей. А как только он переоденется в сухое, веди к столу.
Она повернулась к Т.
– Сегодня у нас на обед фамильное блюдо. Brochet tarakanoff, щука по-таракановски.
– Вообще-то я придерживаюсь вегетарианской диеты, – сказал Т. – Но ради вашего общества...
– Какое вино будете пить?
– Писатель Максим Горький, – с улыбкой произнес Т., – обычно отвечал на этот вопрос так: «хлебное». За что его очень ценили в славянофильских кругах, но недолюбливали в дорогих ресторанах... Ну а я предпочитаю воду или чай.
Графиня кивком головы дала распоряжение и продолжила диалог:
– Расскажите как вы сюда попали? Я знаю о вас только лестное, и признаться, что я не особенно верю в суть некоторых вещей, что мне преподносят лакеи. - попросила у графа княжна.
– Что ж... Придётся повторить некоторую часть текста выше. Я мастер боевых искусств (вероятно, имеется в виду Лев Толстой), который бежал из своего дома от царской охранки и с неведомой целью пробраться в Оптину Пустынь, которая в контексте данного романа обретает черты не знаменитой обители православия, а то ли некой Шамбалы, то ли непонятного места духовного просветления, существующего в реальном мире. Потом «оптина» превращается в «соловьёвскую», и тут уже всё становится ещё более непонятным и запутанным. По дороге в Оптину Пустынь я встречу каббалистическое существо Ариэля. Потом я часто буду его встречать в разных проявлениях. Может, вы сейчас тоже всего лишь его литературный эскиз. Даже если я вас ущипну за неприличное место - никогда не понять, что есть реальность. Как хотелось бы вас ущипнуть, словно девицу, рядом с конём! Так вот... Ариэль вместе с пятью литературными неграми сами придумывают и пишут рассказ о графе "Т.", о чём он мне и расскажет в ходе нашей беседы. Однако мне не очень нравится быть в подчинении у каких-то пятерых сомнительных типов и потому я буду пытаться перехватить у них инициативу и сам стать автором. Может, тем самым докажу, что я не просто "Т.", а на деле сам *** Толстой! Не нравится как они пишут и делают отступления и в реальности мне не нравится быть разочарованным до крайних пределов.
– Не любите когда вами кто-либо управляет и делает это бестактно?
– Многие любят. Довольны. Строят теории о двойниках, наркоманах. Что из них правда? Плевать! Живи свою тяжкую жизнь, распахивай борозды, да молись богу, если веришь хоть каплю. Нет, б**! В политику лезут даже те, кто не смыслит. Каждый хочет новости все разузнать, а узнают только из заголовков. Вы хоть статейки открывайте! Думайте кто журналист, кому это выгодно! Что человек мог ерунду просто сказать не подумав!
– Вы верите в Бога?
– В этих синих облаках живет Бог, – думал Т., пожевывая взявшийся из прошлой главы, колосок ржи. – А мы глядим из нашей преисподней на небесное великолепие и грустим о недостижимом... И никогда ничего не поймем, потому что даже эти синие облака на сером небе, которые мы видим с такой отчетливостью, на самом деле не облака, и все совсем наоборот...»
– Мне кажется, что вы сейчас создаёте что-то сильно для нас напускное. Бессмысленное, где нет и части от сути. Просто говорите об этом слишком многозадачно и остальные начинают себя чувствовать глупо если не понимают. Считают вас умным... А на деле... Всё только в вашей личности и намешанном пафосе, граф!
– Женщина. Щуку бы лучше чуть приготовила, чем рассуждать о таком! Простите, за мою бесстактность в вашем названии. Предки ещё годами будут терзаться пытаясь отделить моё творчество и высказывания, а у вас на это лишь доля секунды. Вы знаете как именно боги создают нас? Они трудятся над нами все вместе? Или по очереди?
– Имеет место и то, и другое.
– Не могли бы вы пояснить на примере?
– Попробую. Вот представьте себе – некий человек зашел в церковь, отстоял службу и испытал религиозное умиление. Дал себе слово всегда быть кротким и прощать обидчиков... А потом отправился гулять по бульвару и наткнулся на компанию бездельников. И один из этих бездельников позволил себе нелестно выразиться о фасоне панталон нашего героя. Пощечина, дуэль, смерть противника, каторжные работы. Неужели вы полагаете, что у всех этих действий один и тот же автор? Вот так разные сущности создают нас, действуя поочередно. А если вы представите себе, что и в церкви, и во время прогулки по бульвару, и особенно в каторжном заточении наш герой то и дело думал о плотской любви в ее самых грубых и вульгарных формах, мы получим пример того, как разные сущности создают нас, действуя одновременно.

Т. кивнул.

– Я думал о чем-то подобном применительно к смертной казни, – сказал он. – Она лишена смысла именно потому, что несчастный, на которого обрушивается кара, уже совсем не тот человек, что совершил преступление. Он успевает десять раз раскаяться в содеянном. Но его вешают все равно...
– Вот именно, – сказала княгиня Тараканова. – Неужели тот, кто убивает, и тот, кто потом кается – это одно и то же существо?
Т. пожал плечами.
– Принято говорить, что человек переменчив.
– Покойный князь хохотал, когда слышал эти слова. Человек переменчив... Сам по себе человек не более переменчив, чем пустой гостиничный номер. Просто в разное время его населяют разные постояльцы.
– Но это все равно один и тот же человек. Просто в ином состоянии ума.
– Можно сказать и так, – ответила княгиня. – Только какой смысл в этих словах? Все равно что глядеть на сцену, где по очереди выступают фокусник, шут и трагик, и говорить – ах, но это все равно один и тот же концерт! Да, есть вещи, которые не меняются – зал, занавес, сцена. Кроме того, все номера можно увидеть, купив один входной билет. Это позволяет найти в происходящем непрерывность и общность. Но участники действия, из-за которых оно обретает смысл и становится зрелищем, все время разные.
– Право какая интересная мысль!
– Оооооо! Поверьте в этой книге о вас их десятки. Поводов для размышлений. О нашем месте, переменчивости, из чего мы состоим, авторах, боге, привычках. Всё это прекрасно озвучено для тех, кто любит слушать и не имеет возможности сесть и прочесть. Сергей Чонишвили искренне здесь постарался!Читатель получает возможность через мысли и направление автора вдуматься в вещи о которых он сам не мог размышлять. У него просто не было веского повода! В этом прелесть произведения, что предлагается в данной рецензии. Плюс увлекательное повествование, диалоги, метафоры и прочие вещи. Нам остаётся лишь аплодировать, внимать и пытаться понять, что хотел сказать автор. Например, о свободе воли... О том, что это такая же тупая церковная догма, как то, были слова о том, что Солнце – центр вселенной. Свободы воли нет ни у кого, наука это тихо и незаметно доказала. Вы что думаете, у настоящего человека есть личность, которая принимает решения? Это в прошлом веке так считали. В действительности человеческие решения вырабатываются в таких темных углах мозга, куда никакая наука не может заглянуть, и принимаются они механически и бессознательно, как в промышленном роботе, который мерит расстояния и сверлит дырки. А то, что называется «человеческой личностью», просто ставит на этих решениях свою печать со словом «утверждаю». Причем ставит на всех без исключения. И именно таким образом вы уже приняли решение читать или нет... А я только могу сделать из всего этого списка, что-нибудь просто для вида. Например, сказать вам:

"Читайте хорошие книги!" (с)