Конечно, художник, который ссыт мировому шайтану в лицо, всегда будет ненавидим теми, кто сосет у этого шайтана за скудный прайс, как бы эти люди ни маркировали свой промысел.
Небритых и потных пикаперов эти ангелочки для себя не снимают, им такое неинтересно. Они любят сказочных единорогов с трехскоростным каучуковым копьем, лиловых динозавриков с трубчатым языком и прочих эльфов с продвинутым виброкодом.
– Скажи честно… Ты уже был когда-нибудь… Ну, с женщиной? Через айфак? – Был в каком смысле? Онтологическом?– Блять. Ты баб ебал раньше? – Много раз, киса, – сказал я. – На нас в этом смысле большой спрос.
прекрасные создания, прописываете мужчинам эту процедуру с размахом пьяного прапорщика, глушащего рыбу на сибирской реке – не целясь в какого-то конкретного ерша, а просто кидая взрывчатку в воду, и потом уже выбирая добычу из того, что всплыло…
единственный способ заручиться санкцией на мою монографию – это склеить ее из санкций, уже выданных ранее под другие проекты. Вот так заговор искусства поддерживает сам себя. И все остальные заговоры тоже.