***

Кошмар начался с известия о выходе из строя передатчика дальней связи, висящего на орбите Гарды – единственной в системе обитаемой планеты. Такое случалось, поэтому расквартированный на Гарде гарнизон, утратив связь с центром, не стал бить тревогу. Все знали, что вскоре передатчик будет восстановлен. К всеобщему удивлению, вместо транспорта с бригадой ремонтников на радаре появились десятки разнокалиберных меток.

Спустя сутки тридцать семь кораблей вошли в зону действия систем орбитальных спутников. Анализ данных вогнал обитателей гарнизона в ступор. К планете приближалось соединение кораблей, не имеющее с флотом Новой Республики даже приблизительного сходства.

По иронии судьбы неведомые корабли прибыли к планете, мало подходящей для торжественного приёма.

Жаркий климат и ядовитые флора и фауна поставили крест на планах масштабной колонизации. Население Гарды насчитывало четыреста человек, из которых сотня являлась солдатами космической пехоты, а остальные – приговорёнными к пожизненному труду заключёнными, согнанными для работ в шахтах по добыче редкого минерала, используемого в производстве корабельного топлива.

Поверхность планеты, состоявшую из двух разделённых океаном континентов, делят горные гряды да покрытые чахлой растительностью долины. Изобилие свирепых хищников сделало Гарду идеальным местом для содержания узников.

Причины, по которым пришельцы появились именно здесь, были непонятны. Положение усугубляло отсутствие связи с центром, и побледневшие офицеры старались придумать, как действовать дальше.

Между тем неведомые корабли, сбросив скорость, зависли над континентом.

Спустя час, исчерпав все возможности связи и не дождавшись реакции от висящего над головой флота, опешивший от нежданного подарка командир гарнизона отправил Алекса с отделением пехотинцев на плоскую крышу административного блока с приказом разложить сигнально-световую сеть.

Приказ исполнили за считанные минуты. Алекс приказал отделению возвращаться, а сам склонился над распределительным щитом, подключая питание. Закончить не успел: внимание привлекли удивлённые возгласы подчинённых. Что заставило не делать резких движений, а так и остаться в полусогнутом положении – позже не смог даже вспомнить.

Из бескрайней синевы неба сыпался дождь из сотен полупрозрачных, меняющих очертания сгустков.

Энергетические сгустки, реагирующие, как вскоре выяснилось, на движение человеческого тела, ливнем пролились на периметр горнодобывающего комплекса.

В то время, как часть свалившегося с орбиты непонятно чего зависла в полуметре над крышей, полсотни из них, не оставив следа на покрытии, прошли сквозь неё, пробравшись во внутренние помещения блока.

Первым в этот день умер Яссон. Долговязый сержант не придумал ничего лучшего, чем пнуть повисшее рядом нечто. Пехотный ботинок, описав дугу, врезался в сгусток, но вместо того, чтобы отскочить в сторону, неведомая субстанция мгновенно впиталась в голень сержанта.

Худощавое лицо Яссона вытянулось, с губ сорвался нечленораздельный возглас. В следующую секунду нога сержанта, сухо хлопнув, разлетелась веером кровавых брызг. Отброшенное тело забилось в конвульсиях.

Жуткая картина на минуту вогнала Алекса в ступор, и это спасло ему жизнь. К Яссону метнулись бойцы, но намерение помочь товарищу приговорило их к смерти.

Через пятнадцать секунд Алекс Блэймер стоял на забрызганной кровью и заваленной останками человеческих тел крыше в компании неподвижно висящего рядом энергетического сгустка.

Посёлок наполнился хлопками и истошными воплями обречённых. Кто-то пытался бежать, кто-то стрелять, но всё было тщетно. К полудню, спустя долгие четыре часа с начала орбитальной бомбардировки, Алекс слышал в наушнике лишь мёртвый шорох, а человек, разделивший с ним всё это время, вот уже десять минут остывал на ступенях пищеблока.

Алекс с тоской подумал, что дотянуть до вечера сил не хватит. Смирившись с судьбой, он отмерил себе два часа, по истечении которых решил положить конец собственным мучениям.

Тяжёлое, но бесповоротно принятое решение принесло облегчение. Отчаяние и страх к его же немалому удивлению утратили остроту, а в голову полезли мысли иного рода. Впервые с момента атаки он задался вопросом – а кто же, собственно, висит на орбите?

Он знал, что корабли дальнего поиска исследовали не одну сотню звёздных систем, но так и не обнаружили даже намёка на чужую цивилизацию. А тут появляется целый флот и с ходу истребляет их поселение. Зачем и за что?

Безответные вопросы ложились один на другой до тех пор, пока взгляд не наткнулся на останки пилота. Алекс вдруг припомнил, что все двенадцать человек малочисленного экипажа поисковика вели себя как-то неестественно.

То, что корабль такого класса вообще сел в их захолустье, стало из ряда вон выходящим событием. Посадку объяснили неполадками систем управления, и это подтвердили ремонтники местного дока, а вот необычная молчаливость экипажа, прожившего месяцы в изоляции, странной показалась только сейчас. В голове покатился ком мелких нестыковок в их поведении, но прокачать мелочи и понять, пришли за ними следом чужаки или нет, Алекс не успел.

В звон насекомых вплёлся посторонний звук. Где-то на грани слуха появился и тут же пропал металлический скрежет. Вскоре звук повторился, и Алекс безошибочно определил его принадлежность. По мере нарастания зубодробительного лязга в сердце капитана шевельнулась надежда.

Картовер. Металлический монстр, предназначенный для прокладки первичных тоннелей в горной породе, ухая силовой установкой и уродуя дорожное покрытие многотонными катками, медленно приближался к административному блоку. Толстый бронированный корпус машины не привлёк внимания вездесущих сгустков.

Вытащенной из забоя машине обрадовался, как ребёнок. Почему-то в голову не пришло, что над головой по-прежнему висят чужие корабли, а медлительный картовер является прекрасной мишенью. Душу переполняла радость от того, что на планете остались живые.

Крыша под ногами вздрогнула. Эйфорию сняло как рукой. Алекс вдруг понял, что ширины улицы для прохода машины не хватит. Также сообразил, что вертикальный диск бура, вращаясь, перемалывает стены зданий и посредством транспортёрной ленты втягивает обломки в недра камнедробильной камеры.

Соседнее с административным блоком здание осыпалось под катки картовера. Алекс вслушался в наступившую тишину, и воображение мигом нарисовало, как, покончив с соседним строением, прожорливый монстр преодолевает разделяющие здания метры.

От касания с буром административный блок встряхнуло до основания. Зажмурив глаза, Алекс взмахнул руками, надеясь, что оружие неведомых пришельцев прикончит его менее болезненно, чем родная машина. Сгусток среагировал, но в этот момент крыша ушла из-под ног и Алекс, кувыркаясь среди обломков, полетел вниз.

Удар помутил сознание, но резкая боль в правой голени быстро привёла в чувство. Алекс почувствовал, как идущая вслед за буром транспортёрная лента затягивает его в чрево машины. По ушам ударил близкий грохот дробильной камеры. Попытался спрыгнуть с транспортёра, но торчащий из голени кусок арматуры зацепился за обломки и вместе с взрывом боли отправил лейтенанта в пучину беспамятства.

Транспортёр продолжал работать, и человек быстро оказался перед зазубренными валами.

Будь Алекс в сознании, то произошедшее дальше сильно бы его удивило. Стоило голове приблизиться к заострённым зубьям, как неведомая сила вырвала многотонный вал из пазов и словно пушинку откинула в сторону, заклинив им агрегаты дробилки. Управляющий блок картовера произвёл аварийную остановку дробильной камеры.