Правильное установление обстоятельств по уголовному делу возможно только в случае использования для этого средств, доказавших свою оптимальность и эффективность.
Полученный в ходе уголовного судопроизводства результат не имеет ровно никакого юридического значения для признания лица виновным, не может стать основой принятия ряда иных процессуальных решений, неблагоприятных для подозреваемого, обвиняемого, если ущемлены права личности либо имели место иные нарушения закона, которые повлияли или могли повлиять на правильное установление обстоятельств дела.
Необходимость строгого следования требованиям уголовно-процессуального закона, осуществление всей процедуры и отдельных ее элементов в процессуальной форме – важнейшая гарантия установления обстоятельств по уголовному делу при условии соблюдения прав и свобод человека.
Процессуальная форма – одно из ключевых и в то же время дискуссионных понятий уголовно-процессуальной теории. Несмотря на различные теоретические трактовки этого понятия, практическая суть одна – необходимость строгого следования нормам уголовно-процессуального права, соблюдение всех процессуальных гарантий как единственно возможный путь решения задач, стоящих перед уголовным судопроизводством.
Некоторые авторы под процессуальной формой понимают совокупность условий, установленных процессуальным законом для совершения органами следствия, прокуратуры и суда тех действий, которыми они осуществляют свои функции в области расследования и разрешения уголовных дел, а также для совершения гражданами, участвующими в производстве по уголовному делу, тех действий, которыми они осуществляют свои права и выполняют свои обязанности[73].
Немного шире трактует процессуальную форму, например, Р. Д. Рахунов, определяя ее как регламентированные правом порядок, принципы и систему уголовно-процессуальной деятельности, установленные в целях достижения задач уголовного судопроизводства и обеспечения прав и законных интересов его участников[74].
Другие авторы понимают процессуальную форму еще более широко: как регламентированные уголовно-процессуальным правом систему и структуру уголовно-процессуальных институтов и правил, процедуру и последовательность стадий уголовного процесса, условия, способы и сроки совершения процессуальных действий, непосредственно или косвенно связанных с собиранием и исследованием доказательств на предварительном следствии и в судебном разбирательстве, их закреплением в правовых актах, а также порядок принятия и оформления решений по отдельным вопросам и по делу в целом[75].
Процессуальная форма – это прежде всего урегулированный правом порядок, процедура уголовно-процессуальной деятельности. Условия же совершения действий, а тем более принципы деятельности определяют процессуальную форму, но сами в ее содержание не входят[76].
В содержание процессуальной формы следует включать и порядок принятия процессуальных решений, и правила фиксации хода и результатов процессуальной деятельности, и обусловленную правовыми нормами последовательность совершения действий, принятия решений.
Не следует отождествлять процессуальную форму с уголовно-процессуальным правом. Уголовно-процессуальная форма не сами нормы права, а процедура деятельности, обусловленная этими нормами.
Значение процессуальной формы трудно переоценить. Она создает режим законности, обеспечивает как защиту прав и законных интересов лиц, предприятий, учреждений, организаций, потерпевших от преступлений (путем быстрого и полного раскрытия преступлений, изобличения действительно виновных и привлечения их к уголовной ответственности), так и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Процессуальная форма является важнейшим и единственным инструментом достижения назначения уголовного процесса, ее соблюдение – важнейшее условие успешного доказывания.
При этом соблюдение процессуальной формы нельзя отождествлять с формализмом. Формализм – соблюдение формы ради самой формы, ее фетишизация, придание ей значения самоцели. Это исключительно вредное явление, которое не должно проникать в сферу уголовного процесса. Создание и соблюдение процессуальной формы важны не сами по себе, а как важнейшая процессуальная гарантия правосудия и прав человека, отступление от которой неизбежно влечет либо недостоверность результатов, либо незаконное ограничение прав личности.
В этой связи процессуальную форму необходимо совершенствовать и развивать, чтобы добиться оптимального соотношения ее сложности, т. е. достаточности процессуальных механизмов, обеспечивающих достоверность результатов доказывания при соблюдении прав личности, участвующей в процессе, и простоты, позволяющей провести быстрое и эффективное производство, гарантировать доступ личности, не имеющей глубоких юридических познаний, к процессуальным средствам защиты, реализации своих прав и законных интересов.
Одним из наиболее важных вопросов, связанных с процессуальной формой, является вопрос о ее единстве и дифференциации. Сущность проблемы заключается в необходимости принятия принципиального решения о том, необходимо ли совершенствовать процессуальную форму в направлении обеспечения единого порядка производства по всем категориям уголовных дел либо такой порядок следует дифференцировать в зависимости от сложности дела, состава преступления, особенностей субъекта, привлекаемого к уголовной ответственности. Процесс совершенствования законодательства на протяжении нескольких последних десятилетий позволяет сделать вывод, что тенденция к дифференциации судопроизводства оказалась превалирующей. В настоящее время уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность упрощенного порядка судопроизводства в целом ряде случаев: производство дознания в сокращенной форме и особый порядок принятия судебного решения по данной категории дел (гл. 32.1 УПК); производство по делам частного обвинения (гл. 41 УПК); особый порядок принятия судебного решения в случае согласия обвиняемого с предъявленным обвинением (гл. 40 УПК), особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве (гл. 40.1 УПК). Вместе с тем дополнительные процессуальные гарантии установлены для уголовно-процессуальной деятельности в отношении лиц, физическое, психическое состояние которых требует дополнительной заботы об их правах, законных интересах или придания судопроизводству воспитательной направленности. Таковы особенности производства по уголовным делам в отношении несовершеннолетних (гл. 50 УПК); о применении принудительных мер медицинского характера к лицам, страдающими психическими заболеваниями (гл. 51 УПК), в отношении отдельных категорий лиц, чье должностное положение требует дополнительных гарантий независимости (гл. 52 УПК).
Тенденция к упрощению процессуальной формы с целью ускорения производства по уголовному делу, прослеживаемая в мире в целом и в России в частности, явление неоднозначное. Дифференциация процессуальной формы – нормальное явление, особенно если она приобретает дополнительные гарантии для защиты прав и законных интересов участников, имеющих психические или психофизиологические особенности личности (лица, страдающие психическими заболеваниями; несовершеннолетние). Дифференциация же в целях ускорения судопроизводства требует особой осторожности. Популярное сегодня стремление упростить процессуальную форму не должно нарушать ее единства, которое обеспечивается наличием гарантий, позволяющих правильно устанавливать обстоятельства по уголовному делу при надежном уровне защиты прав и свобод человека. Таким образом, дифференциация процессуальной формы в целом не исключает ее единства. Сегодня применительно к ряду производств в уголовном процессе (например, дознание в сокращенной форме – гл. 32 УПК, особый порядок принятия судебного решения при согласии с предъявленным обвинением – гл. 40 УПК; судебное заседание по рассмотрению вопроса о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначению меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа – ст. 446.2 УПК) сохранение единства процессуальной формы вызывает сомнение.
Решая вопрос о пределах дифференциации процессуальной формы, с одной стороны, недопустимо выходить за пределы разумного ее усложнения, за которым возникают неоправданные препятствия на пути эффективного и быстрого установления истины, а с другой стороны, упрощение процессуальной формы не должно затронуть основополагающей системы процессуальных гарантий прав личности и правильного установления значимых по уголовному делу обстоятельств. С учетом этого дифференциация процессуальной формы – явление необходимое и полезное.
Уголовно-процессуальная деятельность нацелена на создание действенной системы гарантий, позволяющих, с одной стороны, эффективно добиться достоверного результата, необходимого для принятия процессуальных решений по делу, а с другой – обеспечить в ходе этой деятельности соблюдение прав и свобод личности, вовлеченной в орбиту производства по уголовному делу.
Понятие, виды и содержание процессуальных гарантий представляют собой значительную часть предмета исследования науки уголовного процесса.
Абстрагируясь от частностей, под процессуальными гарантиями можно понимать установленные законом средства и способы, содействующие успешному осуществлению правосудия, защите прав и законных интересов личности, а также их эффективной реализации[77].
К числу таких средств и способов относятся: 1) процессуальные нормы; 2) права и обязанности участников процесса; 3) принципы судопроизводства; 4) уголовно-процессуальная форма; 5) деятельность участников судопроизводства; 6) система мер процессуального принуждения; 7) уголовно-процессуальная ответственность.
Некоторые авторы при рассмотрении процессуальных гарантий основной акцент делают на том или ином элементе. В частности, Э. Ф. Куцова полагает, что сущность процессуальных гарантий заключается в правах и обязанностях должностных лиц, органов и граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве[78]. Другие, напротив, полагают, что наличие прав еще ничего не гарантирует, поскольку именно права являются объектом гарантий[79].
Представляется, попытки усмотреть какой-либо решающий элемент в определении системы процессуальных гарантий малопродуктивны.
Все указанные категории направлены на обеспечение успешной реализации назначения уголовного судопроизводства.
С одной стороны, необходимо обеспечить защиту прав и законных интересов личности, организаций, пострадавших от преступления. Это возможно только путем правильного установления обстоятельств по делу, выявления действительно виновного.
С другой стороны, в ходе уголовного судопроизводства личность должна быть ограждена от незаконного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.
Поэтому, несмотря на взаимосвязь и единство всех процессуальных гарантий, нельзя не видеть определенного различия в их целевом назначении. Одни гарантии имеют основным назначением правильное установление обстоятельств уголовного дела (гарантии правосудия), другие (гарантии прав участников процесса) – обеспечение прав и свобод личности (подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и др.).
Права и свободы личности необходимо гарантировать и как самостоятельную ценность, и в целях правильного установления обстоятельств уголовного дела. Так, например, широкие права обвиняемому предоставлены в том числе и для того, чтобы их реализация (в частности, реализация права на защиту) выступала дополнительной гарантией осуждения действительно виновного. В этой связи некоторые авторы в 50–70-е гг. XX в. (В. И. Каминская, М. А. Чельцов) даже полагали, что гарантии правосудия охватывают гарантии прав и свобод личности. На такое соотношение гарантий указывается и в отдельных современных источниках[80].
Однако гарантированные Конституцией права и свободы человека представляют самостоятельную ценность. Кроме того, интересы установления истины по делу и законные интересы конкретной личности могут не совпадать (так, интерес действительно виновного лица не быть привлеченным к уголовной ответственности, безусловно, законен). Поэтому, не отрицая единства, следует различать процессуальные гарантии правосудия и процессуальные гарантии прав участников процесса.
1. Понятие уголовно-процессуального права и его система.
2. Метод уголовно-процессуального регулирования.
3. Понятие уголовно-процессуального законодательства.
4. Система уголовно-процессуального законодательства.
5. Действие уголовно-процессуального законодательства во времени, в пространстве и по кругу лиц.
6. Применение уголовно-процессуального законодательства по аналогии.
7. Понятие уголовно-процессуального правоотношения. Объект, субъекты, форма и содержание уголовно-процессуального правоотношения.
8. Понятие и значение уголовно-процессуальной формы. Дифференциация уголовно-процессуальной формы.
9. Понятие и виды уголовно-процессуальных гарантий.
10. Общая характеристика гарантий правосудия.
11. Общая характеристика гарантий прав и законных интересов участников судопроизводства.
1. Божьев В. П. Источники уголовно-процессуального права. М., 1994.
2. Божьев В. П. Уголовно-процессуальные отношения. М.: Юридическая литература, 1975.
3. Бахта А. С. Нормы уголовно-процессуального права: монография. Хабаровск, 2009.
4. Володина Л. М. Уголовное судопроизводство: право на справедливую и гласную судебную защиту. М.: Юрлитинформ, 2010.
5. Ларин А. М. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. М., 1985.
6. Муратова Н. Г. Решения Европейского суда по правам человека в сфере уголовного судопроизводства: учеб. – метод. пособие. Казань, 2010.
7. Пашкевич П. Ф. Процессуальный закон и эффективность уголовного судопроизводства. М., 1984.
8. Победкин А. В. Содержание уголовно-процессуального права как выражение объективной социальной потребности // Библиотека криминалиста. 2016. № 3 (26). С. 110–118.
9. Победкин А. В. Метод уголовно-процессуального регулирования и его взаимосвязь с функцией публичности уголовного судопроизводства // Вестник Уфимского юридического института МВД России. 2020. № 2 (88). С. 80–89.
10. Победкин А. В. Критерии правомерности применения аналогии в уголовном судопроизводстве // Труды Академии управления МВД России. 2020. № 4 (56). С. 66–77.
11. Элькинд П. С. Толкование и применение норм уголовно-процессуального права. М., 1967.
О проекте
О подписке
Другие проекты