– С чего ты взяла?

– Так все говорят.

– Наташа, никому не верь. Все врут.

– И тебе верить нельзя?

– Мне можно.

– Не, ну скажи, была драка?

– А ты у Макухи спроси.

– Так нет его сегодня.

Вот это новость! Всё изменилось. В прошлый раз я не пришёл в школу. Мне было страшно стыдно и неудобно. Сегодня такое же повторилось со Славкой. Я посмотрел по сторонам. Кирюха, зацепив меня взглядом, сразу же отвёл глаза в сторону. Остальные ребята, рассаживаясь по партам, старались не смотреть на меня. Ну, чё, нормальная ситуация. Я где-то такое и ожидал. Наташа, тем временем, продолжала смотреть на меня, как бы ожидая продолжения беседы. Я внимательно посмотрел на неё. И как будто впервые увидел! Она была самая красивая девочка в классе! Играла на скрипке, неплохо пела. Вдруг на меня что-то нашло! Я ладонью левой руки подтянул немного её голову к себе, привстал и поцеловал её в губы.

– Ни фига себе! – раздалось в классе.

– Новик, ты вообще совесть потерял! – возмущённо выдохнула Наташа. Девчонки загалдели, поддерживая одноклассницу. А ребята закатывали глаза и показывали мне большой палец. Я, нисколько не стесняясь, поглядывал на возмущенных девчонок. Мой опыт подсказывал, что их возмущение на 50 процентов притворное, и что каждая из них мечтала оказаться на месте Наташи.

– Наташа, не обижайся. Ты же любишь меня?

– Кто?! Я?! Да ты вообще охренел! – Наташина грудь поднималась и опускалась с большой частотой, и меня это начинало заводить.

– А спорим, что ты скоро сама будешь просить меня тебя поцеловать?

– Ты дурак! – Наташа отвернулась от меня и выбежала из класса. Да, она классная девушка! Голубые глаза, светлые волосы, точёная фигурка, а главное открытый характер и отсутствие заносчивости. Это всегда меня в ней подкупало. Но в то время я очень боялся показать ей своё отношение. Я мог только смотреть на неё издали и фантазировать, что было бы, если бы она…

Прозвенел звонок, все расселись по партам, но шум в классе не прекращался. Только, когда преподаватель по алгебре вошла в класс, прямо перед ней скользнула за свою парту Наташа, вся пунцовая и с мокрыми глазами. Все уроки и перемены проходили по одному сценарию. Девчонки выходили из класса вместе с Наташей, стоя у окна косились в мою сторону, перешёптывались и готовили «страшную месть». На каждой перемене в класс заглядывали девчонки из параллельных классов и, найдя меня взглядом, фыркали и убегали. Слава неслась впереди меня! Я уже ожидал записок, как от своих барышень, так и от других. Кирюха убежал сразу после первого урока и, наверное, уже доложил Макухе о покушении на честь его подруги. Я на это и надеялся. Пусть разозлится ещё больше. Легче будет с ним справиться. А что драка сегодня неизбежна, я нисколько не сомневался.

Перед последним уроком ко мне несмело подошёл Кирюха:

– Слышь, тут это, короче, Макуха хочет с тобой побазарить после уроков. Ты как, придёшь?

– И где он хочет рандеву?

– Не, он поговорить хочет.

– Я понял. Где?

– Да за будкой трансформаторной, где все курят.

– Можешь передать ему. Я приду.

Прозвенел звонок. Уроки закончились. Мои одноклассники в предвкушении развлечения, снисходительно поглядывая на меня, потянулись к трансформаторной будке. Все уже знали, где будет продолжение вчерашней стычки и ждали реванша. Хлеба и зрелищ, ничего в этом мире не меняется! Паша Ратушинский с Серёгой и Женькой сказали, что подстрахуют меня и будут ждать на улице. Девчонки, окружив Наташу, пытались провести её мимо меня. Стоя у двери, я с усмешкой поглядывал на них. Когда они подошли к выходу, я перегородил дорогу, вклинился между ними и оттёр Наташу в сторону.

– Наташа, я хочу поговорить.

Наташа остановилась и отвернулась от меня. Её подруги возмущённо загалдели.

– Эй, Новик, ну-ка пропусти нас, быстро!

Я обнял Наташу, развернул её и стал спиной к выходящим.

– Так, курицы, быстро по домам!

– Сам ты петух – заголосили девчонки.

Но я, отпустив Наташу, вытолкал всех из класса и захлопнул дверь. Мы остались одни. Наташа молчала. На её глазах стала скапливаться влага. Я смотрел на эту девушку, да что там – девочку! Смотрел и думал, зачем она тебе?! Она ведь тебе во внучки годится! А с другой стороны – почему бы не проверить! Способен ли я влюбить в себя ту самую недотрогу, которая с ума сводила половину пацанов нашей школы?

– Наташа, прошу тебя, прости меня! Понимаешь, я, как только увидел твои глаза, не смог сдержаться! Я вдруг понял, что такой красоты не видел никогда! У меня от этой красоты прямо помутнение в голове произошло!

Наташа подняла свои глаза на меня. Слёз уже не было.

– Правда, что ли?

– Ну конечно! А то ты сама не знаешь, какая ты красивая?!

– Какая?

– Бесконечная как небо! Бездонная как море! Прекрасная как песня!

Я заливался соловьём, вспоминая все те слова и выражения, которые я говорил когда-то далёким своим подругам, ещё раз убеждаясь, что женщины любят ушами.

– Ну что, мир?

Наташа подняла голову и в упор посмотрела на меня. Я слегка приподнял её подбородок и, едва касаясь, нежно поцеловал её в губы. Её глаза закрылись, она не ответила, но и не отвернулась. Я снова поцеловал её, слегка проведя языком по её губам. Наташа тяжело задышала и упёрлась руками в мою грудь.

– Всё, всё я понял, будем прощаться, а то я уйти не смогу, – взял я на себя инициативу, не дожидаясь, пока Наташа это сделает первой.

Наташа открыла глаза, и в них я увидел обиду. Из-за двери неслись возмущенные возгласы одноклассниц:

– Новик открой дверь, а то мы к завучу пойдём!

Я открыл дверь. Наташа молча прошла сквозь подруг и, не оглядываясь, направилась к лестнице. Девчонки растеряно смотрели то на неё, то на меня. Я широко улыбнулся.

– Не надо завидовать, девочки! И на вашей улице будет праздник!

Девчонки загалдели, но меня занимали уже совсем другие мысли. Выйдя из школы, я, вместе с Пашей, Женей и Сергеем, повернул налево к трансформаторной будке. Из-за угла будки выглянул Кирюха и сразу же скрылся. Доложил, наверное, шефу, что агнец явился. Мы неторопливо подходили к месту встречи. Здесь всегда проходили разборки между дуэлянтами. Существовали негласные правила. Бьются всегда один на один, лежачего не бить. Драка до первой крови или, когда кто-нибудь попросит пощады, или начнёт извиняться. Ну что, будем посмотреть. Я завернул за угол. Ого, сколько здесь было народу! Во-первых – одноклассники, во главе со Славкой. Во вторых – был сосед по Славкиному дому, кандидат в мастера спорта по тяжёлой атлетике Костя Кривенко, с которым мы вместе были в спортивном лагере, пара мелких пацанов, которые всегда трутся возле такого рода мероприятий и мои друзья. Я так и предполагал, что Костя будет здесь. Я хорошо знал его. Он был хорошим спортсменом, но как человек был дерьмо. Прошлым летом, в спортивном лагере, секция тяжёлой атлетики жила рядом с борцами. Наш борцовский ковёр располагался в одном зале со штангами. Мы видели как тренируются они, а они смотрели как боремся мы. Однажды Костя с друзьями подошёл к нам и предложил побороться на спор с кем-нибудь из нас. Ростом он был с меня, но внушительные мышцы и толстые ноги вызывали уважение. Понимая, что с такой горой мышц справиться будет не легко, из нашей команды желающих не нашлось. И тогда я огласил ему условие, при соблюдении которого, я готов был с ним сразиться на ковре. Я предложил ему бороться не в стойке, а на коленях. Победителем будет признан тот, кто сумеет перевернуть соперника на спину. Он согласился. Мы стали на колени друг против друга. По свистку я кинулся ему в ноги, он навалился на меня сверху, просунул руки у меня под животом и попытался меня приподнять. Этого мне и надо было. Я обхватил его локти своими локтями, крепко прижал их к себе, резко сделал разножку в правую сторону и, развернувшись, оказался над ним сверху, а он лежал спиной на ковре.

– Туше! – закричал Иван Павлович.

Так закончилась наша встреча. Костя со злостью посмотрел на меня, сплюнул и молча удалился. Ребята сказали мне, что жди неприятности. Ну, вот и дождались…

Я приблизился к толпе, кивнул Кривенко и уставился на Славку.

Я их не звал, они меня позвали. Так что пусть первые и начинают.

Видя мою усмешку и абсолютное пренебрежение к количеству соперников, Славка потиху стал заводить себя:

– Ты какого х_я к Наташке приставал? П….ы хочешь?

– Слава, ты уж определись, ты мужик или баба. Ты что мне опять себя предлагаешь?

– Не поал, ты шо, сука, сказал? Ты шо о себе думаешь?

– Я не думаю, дружок. Я назвал тебя пидорасом. Ты плохо слышишь?

Я не двигался с места, улыбался, и это пугало и вызывало недоумение у Славки. По идее, я должен был мямлить и говорить, что меня не так поняли и т.д. Тут не выдержал Кривенко:

– Слава, да у…би его ты его, наконец!

Славка, воодушевлённый поддержкой, сделал шаг левой ногой в мою сторону. Да, Славочка, не знаешь ты, что такое хороший лоу-кик! Удар лоу кик должен быть точным и жестким, чтобы пробить защиту и вызвать боль. Удар производится костью голени. При ударе носок стопы должен быть потянут на себя, чтобы избежать переломов. Цель удара – середина бедра или голени противника, желательно по внешней стороне. Я делаю левой ногой небольшой шаг в сторону противника, чуть разворачиваю таз в сторону его левой ноги, правая нога, разгибаясь в колене, наносит страшный удар по его левому бедру с внешней стороны чуть выше колена.

Гримаса невыносимой боли пересекает лицо Славки, но он ещё стоит. Не успела моя правая нога вернуться на своё место, как новый взрыв удара по тому же самому месту потряс Славку и он с диким воем покатился по земле.

– Ни х_я себе! Ты что, сука, делаешь!? – рванул ко мне Кривенко.

«А вот тут тебе не подфартило», – пронеслось у меня в голове. И хотя в кармане у меня был самодельный кастет, но применить его я не решился. Могли быть печальные последствия не только для Кривенко, но и для меня…

Я догадывался, что на разборку со мной Славка позовёт именно Костю и подготовил для него небольшой сюрприз. Да ладно, чего я скромничаю – сюрприз был ОГРОМНЫМ! Прыжок вверх в стиле Хорхе Масвидаля против Бена Аскрена!(известные бойцы UFC). Этот тупорылый штангист летел на меня, наклонив голову, как носорог на жертву. Я рванул к нему и, в месте нашей неизбежной встречи, подпрыгнул вверх и вонзил своё правое колено в его тупую башку! Аут! Арбуз не развалился, но, раскинув обе руки Костя, чуть приподнявшись, бревном рухнул на спину. Хорошо, что земля ещё не промёрзла,

и поэтому голову он не повредил, я надеюсь. Я обошёл поле битвы по кругу, кланяясь и улыбаясь, иногда замахиваясь на зрителей, как бы приглашая продолжить. Но желающих не находилось. Я их понимаю. Никто из свидетелей сегодняшней драки не видел ранее, чтобы один против двух вышел победителем, не получив не единой царапины на теле, и даже не запачкав одежду. Мои друзья что-то восхищённо заорали. Я наклонился к Кривенко и, пока он находился без сознания, разжал его рот, повернул на бок и достал язык из гортани, чтобы он не задохнулся. Потом подошёл к водопроводному крану, который торчал из стены трансформаторной будки, намочил носовой платок и выжал воду на лицо Кривенко. Глаза того задёргались и он судорожно вздохнул. Пока Костя приходил в себя, я подошёл к Славке и присел на корточки возле него. Славка уже не стонал, только корчился.

– Ну что, Слава, помнишь, что я тебе говорил вчера? Я обещал, что сломаю тебе руку. Помнишь?

Славка побледнел и стал от меня отползать. Я наступил ногой на его раскрытую ладонь, не давая ему возможности двигаться.

– Так что, какую руку ломаем, левую или правую?

– Прости, Витёк, я больше никогда, клянусь, не надо руку, прошу! – запричитал Славка.

Я сильнее нажал ногой на раскрытую ладонь.

– Больно! Не надо! – завыл Славка.

Тогда я подпрыгнул и со всей силой припечатал свою пятку рядом с его ладонью.

– Мама! – заорал Славка.

– Не ссы, солдат ребёнка не обидит.

Кривенко, тем временем, пришёл в себя и сидел, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Как дела, Костя? Пока два ноль в мою пользу.

– Иди на х_й. Ты меня чуть не убил.

Я схватил его двумя пальцами за нос и с силой сжал, делая большую сливу.

– Бл…ть, пусти, сука, больно! – загнусавил Кривенко.

– Давай договоримся при свидетелях. Ты больше даже смотреть в мою сторону не будешь. Идёт? – и сильнее сжал пальцы.

– Да, да, пусти бл…ть.

– Слава и Костя, повторяйте за мной: я больше в твою сторону не смотрю. Ну!?

– Да, да, не смотрю, договорились, пусти! – сказали оба моих соперников.

Я отпустил нос Кости и оглядел зрителей.

– Все слышали? Да, ещё, Слава, ты больше в сторону Наташки тоже не смотришь, так?

– Да, да, не смотрю – опустив голову, пробурчал Славка.

Ну, что. Здесь мне больше делать было нечего. Я представлял себе, зная как это делается, что завтра полгорода будут обсуждать сегодняшнюю драку, но так бывает всегда. Также я понимал, что эта драка не последняя и надо готовить себя к дальнейшим битвам, и искать союзников. Одному не справиться. Но, думаю, что время у меня есть.

Глава четвертая: Надо заняться собственным телом.

Пока шли с друзьями домой, те, наперебой, спрашивали у меня, как я так сумел классно ударить. И неужели я не боялся?! Я отмалчивался, а они взахлёб обсуждали между собой подробности схватки. И я их понимал. В советском кино драк, похожих на сегодняшнюю, не показывали. А до голливудских боевиков ещё было далеко. Понятно, что пока мне везёт, так как мои эммашные приёмы не скоро ещё войдут в обиход уличных бойцов. Но так будет недолго. Найдётся и на меня управа, это вопрос времени. Надо что-то делать с собственным телом. Уже, придя домой, я решил подготовить план по развитию своего тела.

Взял чистую тетрадь и начал по пунктам записывать, что я хочу от себя. В той жизни я был слишком ленив. Подтягивался всего 2 раза, при росте метр семьдесят три, имел вес 68 кг. Не мог бегать на большие расстояния – задыхался. Пресса вообще не было. Всегда с завистью смотрел на кубики животов моих знакомых спортсменов. Поэтому я сделал первую запись:

Бег, невзирая на погоду, до стадиона и обратно (около 2-х км.)

На стадионе – зарядка разминочная, подтягивание по пять походов, качание пресса по 3 подхода и работа на растяжку ног (вообще всё у меня было деревянное).

Попросить отца сделать дома турник (пусть принесёт с работы кусок трубы и закрепит в дверном проёме.) После армии, я подтягивался не менее 20 раз, свободно делал склёпку и выход силой. Но это получилось потому, что перед туалетом, в расположении казармы, стоял турник. И дневальный не пропускал в туалет ни одного молодого бойца, пока тот не подтянется 10 раз!

Дал себе срок один год, чтобы достичь армейского результата.

Пришла мелкая сестрица и с порога начала меня шантажировать:

– А что я знаю! Будет что рассказать мамочке!

– И что ты знаешь?

– Да, да, да, а то, что ты уже два раза подрался!

– Да ладно! Когда бы я успел?

– А вот и знаю! Девчонки во дворе про сегодняшнюю драку рассказали, а в классе про вчерашнюю! Вот так вот. Всё будет рассказано.

– Но, но, юная шантажистка, чего ты хочешь?

– Я хочу двадцать две копейки на заварное пирожное и двадцать семь копеек на бутылку лимонада. А также, чтобы ты мне всегда помогал по математике и сочинениям.

– Не, ну ты меня без ножа режешь. Сдашь три бутылки из-под молока и сама себе купишь.

– Хитренький, сам сдай и купи мне пирожное с лимонадом.

– Окей, куплю. Иди обедай, а я пока в магазин.

– А что такое окей?

«Да, подумал я» – не скоро американизмы захватят наш язык. Я сбегал в пункт приёма посуды, благо находился он в нашем доме, купил в кулинарии пирожное и лимонад и вернулся обратно. Обязанности сдавать бутылки лежали на нас с сестрой по очереди. Сегодня была её очередь, но я, как благородный человек, решил пойти навстречу юной шантажистке. Не то, чтобы я боялся родителей, ну поругали бы, да и всё. Родительская ругань сейчас уже совсем не пугала меня, возраст, знаете ли. Просто в той жизни я очень мало уделял внимание моей сестре, а она, будучи взрослой и уже работая, часто подкидывала мне денег, бедному студенту. Она не стала поступать в институт, а пошла работать, а меня кидало по жизни то в армию, то в институт, то я бросал учёбу и шёл на завод, а потом опять шёл учиться, но уже в другой институт. А она всегда была рядом и всегда меня поддерживала. Надо отдавать долги…

– Так пирожное и лимонад только после обеда – я спрятал покупки в холодильник.

– Ну Витя, я в школе обедала, отдай мне моё любименькое заварное.

– Ладно, бери, только не лопни.

– Спасибочки, родненький братик, тебе лимонаду оставить?

– Ну, дашь глоточек.

Быстро сделал уроки, память меня не подвела, мне не надо было долго сидеть за учебниками. Я решил, что раз сегодня нет тренировки на секции, то первую пробежку я сделаю вечером, а в дни тренировок буду бегать по утрам.