— Эх, давно это было, — вздохнул Алька.
— В прошлом году, — вздохнул я.
— Даже не верится, — вздохнул Алька.
— Совершенно не верится, — вздохнул я.
— Другие времена, — сказал Алька.
— Совершенно другие, — сказал я.
Для поддержания памяти в тонусе надо иногда читать детские книги и время от времени -- книги периода своего детства. Эта книга -- два в одном: детская про советское время.
Честно говоря, начало меня озадачило. Мальчик собирает рамы для своих будущих картин, при том что он никогда не держал в руках кисть и рисует только карандашом на тетрадном листке. И папа ему эти рамы покупает! Очень странный папа, мне кажется, таких не бывает. По логике вещей, он должен был не захламлять дом, а отвести сына туда, где учат рисовать. Но ему это почему-то в голову не пришло.
Но, поскольку повесть представляет собой последовательность слабо связанных между собой рассказов, дальше пошло намного лучше. Школа, дворовые придурки, дружба, любовь, призвание, первые потери -- всё есть, всё на месте, практически всему верю. И некоторое отсутствие общей логики повествования только увеличивает ощущение правдоподобия. Действительно, в романах всё бывает логично и последовательно. Жизнь же сумбурна и состоит из лоскутов.
Никак не мог дистанцироваться от мыслей о будущем этих юных художников.
Книга написана в 1959 году. Буквально через несколько лет Никита Сергеевич Хрущёв в Манеже обзовёт художников пидорасами... Правда, наши герои идут пока торной тропой реализма, так что им вроде бы не грозит столкновение с представлениями Никиты Сергеевича и художественном творчестве. Один свернул было на скользкую дорожку формализма, но жизнь, как и полагается, вернула его на путь истины.
В общем, не завидую героям в смысле самореализации. Для Манежа они слишком молоды, но к Бульдозерной выставке как раз созреют.
В общем, читать такие книги иногда надо. Для поддержания памяти.