2. Позвонить, не позвонить

Звонить по переписанному номеру Юля не решалась. Слово «шаманка» настораживало. Не доверяла она такому – непойми какому – лечению.

Решила подождать. Вдруг, предложенное на сей раз врачом, поможет? Выполняла буквально все рекомендации. Лекарство принимала по чёткому расписанию. Гуляла перед сном, невзирая на погоду и состояние. Выходила одна или с Сашей около девяти, чтобы в половине одиннадцатого уже лежать в постели.

Прогулка была незамысловатой. По своему двору, вокруг детской площадки, до школы, вокруг школы. Вскоре Юля стала узнавать жильцов микрорайона.

Вон, тяжело переваливаясь, шла грузная женщина с огромными, набитыми разной снедью, сумками в обеих руках. Она жила в доме напротив.

Первый раз Юля обратила на неё внимание, когда та стояла на углу своего дома и грозно кричала куда-то за угол:

– Стоять! Назад! Ко мне! Кому сказала! Сколько тебя ещё ждать! – женщина нетерпеливо хлопала себя рукой по бедру.

«Собака непослушная убежала», – подумала Юля. Во дворе в это время выгуливали собак. Через некоторое время из-за угла появился пошатывающийся встрёпанный мужчина, видом похожий на бомжа.

– Ты где был? Где был? Я тебе что сказала? Из дома ни ногой. Где деньги взял? – напустилась суровая жёнушка, подхватывая споткнувшегося супруга и не давая ему прилечь.

Мужчина что-то промычал в ответ. Юле было не слышно, но жена, похоже, хорошо разобрала. Она встряхнула бедолагу и заорала тому прямо ухо, чтобы уж наверняка дошло:

– Скотина ты, а не мужчина! Переживал он! Меня нет, еды нет! Тебе холодильник лень открыть? Премию он получил! Из рук в руки! Вот я кому-то ручонки-то пообрываю, чтобы в другой раз с головой дружили, – и она со второй попытки запихнула вихляющегося мужа в подъезд.

Юля её почти каждый вечер видела. Женщина возвращалась поздно, всегда увешанная авоськами. А однажды утром, только проснувшись, Юля подошла к окну и увидела эту женщину выходящей из подъезда.

В одно и тоже время выходили жильцы с собаками. Все отлично знали друг друга (и жильцы, и собаки). Прогулка была для них не просто прогулкой, а своеобразным ритуалом. Одни обсуждали любимцев, их проблемы и делились опытом, другие резвились и тоже делились опытом.

Юля обратила внимание на молодого мужчину. Подходя к школе, видела его бегущим вокруг школьного стадиона. Бигль носился у ног бегуна, не обращая внимания на своих собратьев. Хозяин никогда не вступал в разговоры, кивком приветствуя гуляющих. Набегавшись, они уходили к домам за стадионом.

Уже почти неделю Юля чувствовала себя хорошо. Лекарства приносили облегчение, появился аппетит. Сон хоть и не долгий, с частыми пробуждениями, позволял расслабиться и отдохнуть.

В пятницу, завершив дела, они с сыном отправились на прогулку. К вечеру немного подморозило, и покров, что днём готов был растечься ручейками, схватился и похрустывал, выпуская из-под себя струйки воды, когда на него наступали. Воздух легко пах талым снегом, прохладой и предвкушением чего-то удивительно нового.

Юля потихоньку шла по своему маршруту, Саша умчался на школьный двор. Там, рядом со стадионом была площадка с уличными тренажёрами. Обычные звуки двора нарушил звонкий собачий лай и окрик:

– Барт! Ко мне! Не бойся! Он не укусит. Барт!

Юлю, как будто подстегнули. Она интуитивно почувствовала, что это относится к Саше, что на Сашу напала собака, и рванула к школе.

Увидела испуганного побледневшего сына, и активно виляющего хвостом, мечущегося между застывшим мальчиком и бегущим навстречу хозяином, бигля. Бигль отбегал от мальчика, но, не добежав до хозяина, возвращался к Саше.

Наконец мужчина поймал собаку за ошейник. Удерживая одной рукой четвероного друга, другой стал поглаживать по плечу мальчика и говорить:

– Сильно испугался? Извини, пожалуйста. Это бигль…

В этот момент подоспела Юля и не дала ему договорить. Она прижала к себе Сашу и, пылая возмущением и пережитым страхом, выпалила:

– Ваша собака могла покусать моего сына. Почему нет намордника? И, если она не приучена слушаться хозяина, почему без поводка? Какая безответственность.

Юля хотела добавить, что это школьный двор, и здесь могут быть ещё дети и пожилые люди, а скоро начнутся каникулы, ребятня будет допоздна гулять, но её опередил мужчина.

– Девушка, извините нас. Послушайте, это бигль. Он не кусается, он добродушный и воспитанный. Но он очень детей любит. Увидел бегущего ребёнка и решил, что это бегут играть с ним. Но Барт даже не коснулся вашего сына, он просто скакал вокруг. Так ведь? – и увидев кивок, продолжил – мы здесь будем бегать пока снег лежит, да детей и пожилых почти нет. А потом в парк переберёмся, там специальная площадка для собак есть. Далековато, но там нам спокойнее будет.

Барт, как будто понимал речь хозяина. Он переминался и, виляя хвостом, виновато смотрел на Сашу. А хозяин ещё раз извинился и вдруг спросил у Юли:

– А может ваш сын хочет познакомиться с биглем и поиграть? Я научу и рядом буду. Барт очень любит играть и бегать.

У Саши загорелись глаза. Вообще-то собаки ему нравились, просто здесь неожиданно всё случилось, и он растерялся.

– Мам, можно мне? – неуверенно протянул мальчик.

– Ну, если пёс не кусается, то можно, – согласилась Юля.

Мужчина улыбнулся и принялся с воодушевлением рассказывать о бигле, его повадках, а потом они втроём – хозяин, Барт и Саша – бегали, играли в догонялки и в «принеси палку».

Юля тоже улыбалась, глядя, как радуется Саша.

Саша раскраснелся, глаза блестели. Он с огромным удовольствием провёл время. Радости его не было предела, когда мужчина предложил приходить на вечернюю прогулку играть с Бартом.

– Ты понравился Барту с первого нюха, – пошутил мужчина, – Барту надо много двигаться, да и тебе полезно перед сном лишнюю энергию выплеснуть.

Всю дорогу до дома Саша рассказывал матери как весело он играл, какой Барт умный, и как здорово иметь такую собаку. Юлю взволновала возбуждённость сына, и дома она заварила мятный чай. Мятный чай с мёдом, мягкий бублик, усталость от прогулки и эмоций сделали своё дело – Саша раззевался и отправился в кровать.

Юля подоткнула ему одеяло, пожелала спокойной ночи, поцеловала, выключила свет и вышла из комнаты. Да, теперь у сына была своя комната, и в Юле каждый раз боролись два чувства: удовлетворение и стыд. Ну почему же раньше-то она ждала какого-то чуда.

Посидела ещё на кухне, посмаковала чай. Интересно, а что сейчас делает тот мужчина? И почему он гуляет с собакой один? Он молод, не старше Юли.

И ей захотелось побольше узнать про этого человека. Как зовут, чем занимается. Когда он снимал перчатку, чтобы взять Сашу за руку и показать, как надо гладить собаку, она заметила обручальное кольцо. Интересно, давно женат, есть ли дети?

Ночью у Юли случился приступ. Сначала приснился кошмар. Роман Васильевич надвигался на неё, требуя близости. Юля отступала, но он схватил её и принялся тискать, угрожая что, если она будет сопротивляться, заберёт Сашу. Юля изворачивалась, уклонялась.

Женщина резко проснулась. Колотящееся сердце давало перебои, она ловила ртом воздух и не могла вдохнуть. В левом боку пульсировала невыносимая боль. Попробовала повернуться, боль прострелила через грудь, выбивая остатки воздуха.

Юля испугалась – это конец. А как же Саша? Она не может оставить Сашу. На кого она его оставит? На родителей?

Она представила поджимающую губы мать: «Юля, зачем мне твой сын, сын Ромы. Я говорила тебе, но ты не слушала».

Свекрови он не нужен. Та будет только охать и жаловаться всем на тяжелую свою долю. А там ещё и Роман может объявиться. Нет. Нет, она сама хочет растить сына, радоваться ему.

Слёзы покатились по щекам, шее. Да что же это такое! Что делать? И тут Юля вспомнила: телефон! Она непременно, если переживёт эту ночь, позвонит той шаманке. Хуже, чем сейчас, быть не может.