Книга или автор
Затоваренная бочкотара

Затоваренная бочкотара

Стандарт
Затоваренная бочкотара
3,9
16 читателей оценили
70 печ. страниц
2008 год
12+
Оцените книгу

О книге

В давние времена, шестидесятые-семидесятые, люди до дыр зачитывали журнальные тетрадки с новыми повестями и рассказами Василия Аксенова. Особенно популярна была «Затоваренная бочкотара» – фразы из нее становились крылатыми. Пусть и нынешний читатель откроет для себя эту мудрую и озорную повесть, откроет «Поиски жанра», «Пора, мой друг, пора», «Рандеву», «Свияжск». Ведь, по сути дела, Россия сегодня все та же…

Читайте онлайн полную версию книги «Затоваренная бочкотара» автора Василия Аксенова на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Затоваренная бочкотара» где угодно даже без интернета.

Подробная информация

Дата написания: 1968

Год издания: 2008

ISBN (EAN): 5699160930

Объем: 126.9 тыс. знаков

Купить книгу

  1. 951033
    951033
    Оценил книгу

    В шестидесятых он пытается выразить в своём творчестве всю страну. По крайней мере в географическом смысле. Все его герои постоянно куда-то едут, срываются, убегают: от Эстонии в "Звёздном билете" и "Пора, мой друг" через непременные Ленинград с Москвой до сибирских строек и до самого дальнего востока в "Апельсинах". По мере чтения повестей перед глазами потихоньку встаёт движущаяся панорама СССР, раскинувшего свои крылья от Европы до Америки как огромная птица (кажется так писали в учебниках для первоклашек): от рыбных колхозов и готических городков Прибалтики до нефтяных распадков в Приморье молодёжь живёт, работает, гении снимают фильмы, дерутся за принципы стиляги, на вокзалах и в поездах зарождаются мимолётные казалось бы знакомства, перерастающие в крепчайшую дружбу. Ценно, что в его героях нет конкретики, и оболтусы, актриски и работяги из одной повести, чуть поменяв имена, тут же появляются в следующей, все они подводятся под одну гребёнку почти идеального советского молодого человека: не без придури, с чёткими моральными принципами, но с уже зароненным зерном бунтарства, жаждой попытки сломать систему, не государственную, а семейно-сословную, когда все твои карьеришки досконально расписаны родителями и обществом. Герои бегут от этого и открывают для себя огромную страну, в их глазах практически неосвоенную, ждущую только их взрослых решений и упорного труда. Потому что кто, если не они?

    "Мне отведена для жизни вся моя страна, одна шестая часть земной суши, страна, которую я люблю до ослепления... Ее шаги к единству всех людей, к гармонии... Все ее беды и взлеты, урожай и неурожай, все ее споры с другими странами и все ее союзы, электрическая энергия, кровеносная система, красавицы и дурнушки, горы и веси, фольклор, история - все для меня, и я для нее. Хватит ли моей жизни для нее?"

    Четыре из шести его повестей шестидесятых пронизывает этот, кажется, неподдельный суровый оптимизм, оголтелый, но тут же сам в себе сомневающийся, и оттого более достоверный и проникновенный. В "Стальной птице" и "Затоваренной бочкотаре" всё немного по-другому - это сатира, острая и жестокая, временами настолько бредовая, что отдельно повести опубликовали, кажется, только в девяностых, а так они ходили по рукам в виде тетрадок, списанных с литературных журналов. Но сатира эта лишь дополняла и расширяла его видение родной страны: в "Птице" на чуть приземлённом коммунальном уровне (если бы не пара взрослых моментов, то повесть можно было спокойно отнести к "непрограммным" произведениям, как то: детская "Мой дедушка – памятник", шпионская пародия "Джин Грин — неприкасаемый" или явно заказушная конъюнктурная "Любовь к электричеству" - повесть о Л.Красине; см. серию "Пламенные революционеры", тогда к ней привлекали почти всех литераторов, отметились даже Трифонов, Гладилин и Еремей Парнов), а в "Бочкотаре" на общенародном, почти былинном уровне. Обширный 130-страничный комментарий к 70-страничной повести составил филолог Юрий Щеглов, но русский человек найдёт там мало нового и неизвестного, это скорее для зарубежных студентов, слушающих курс современной русской литературы. Читать "Бочкотару" стоит не ради комментария, а ради странного, чуть ли не бросающего в слёзы финала, будто служащего отповедью всем безумным молодым заканчивающимся шестидесятым:

    "Течет по России река. Поверх реки плывет Бочкотара, поет. Пониз реки плывут угри кольчатые, изумрудные, вьюны розовые, рыба камбала переливчатая...
    Плывет Бочкотара в далекие моря, а путь ее бесконечен.
    А в далеких морях на луговом острове ждет Бочкотару в росной траве Хороший Человек, веселый и спокойный.
    Он ждет всегда."

    И если в шестидесятых он хочет выразить в творчестве по преимуществу всю страну с её людьми, то в семидесятых он попытается выразить через себя всю эпоху, эпоху ушедшей оттепели, то, без чего трёхмерная картина громады СССР будет неполной: концлагеря в "Ожоге", оглушительное самодурство прикремлёвской богемы в "Рандеву", грустная ностальгическая полупритча о неприкаянных ходоках в "Поисках жанра". В первом эпизоде "Поисков жанра" на ночной штрафстоянке ГАИ разыгрывается сцена, вовлёкшая меня в некоторый ступор, ибо если в "Ожоге" он каким-то немыслимым образом копирует заокеанского Пинчона, то в "Поисках" в этом эпизоде идёт чёткая "Автокатастрофа" Балларда. Это как если бы ты сидел и смотрел в первый раз "Терминатора", а тут с кухни пришла бабушка и сказала: а, знаю, чем этот фильм закончится, но вторая часть всё равно круче будет.

    В восьмидесятых, стоит думать, Аксёнов либо расширит сферу своего влияния на весь земной шарик, либо переместит её в Америку, таковы перипетии его биографии. Буду читать по порядку.

    Повести Василия Аксёнова, написанные в шестидесятых:
    1961 - Коллеги
    1962 - Звёздный билет
    1963 - Апельсины из Марокко
    1965 - Пора, мой друг, пора
    1965 - Стальная птица
    1968 - Затоваренная бочкотара

    Ну и как же без тематической песни-то?!

    На закуску слегка мистическое читательское совпадение. Когда в середине этого толстого сборника я подустал от нервного аксёновского стиля, то прошёлся взглядом по нечитанному шкафу и выудил оттуда недавно приобретённый "Бильярд в половине десятого" Бёлля с целью отдохнуть мыслями. На следующий день беру снова сборник Аксёнова и в "Пора, мой друг, пора" тут же начинается эпизод, где среди вещей погибшего героя находят этот самый "Бильярд в половине десятого" Бёлля. Нормально?

    P.S. АСТ повадилось печатать русские покетбуки в Италии. У этого издания "Бильярда" в выходных данных указано: отпечатано в типографии Grafica Veneta S.p.A. Italy, недавние "Сказки об Италии" от Эксмо символично напечатаны там же, флипбуки эти несчастные в Нидерландах печатали. Я не понял, так сильно дешевле производство что-ли выходит?

  2. nata-gik
    nata-gik
    Оценил книгу

    Никто так не может. Могут или как в "Бочкотаре", или как в "В поисках жанра". Или по-другому. Но чтобы все эти варианты и все на таком феерическом уровне – это может только Аксенов. Когда я читала лубочную смешную "Бочкотару..." , у меня в голове уже складывалась рецензия о сквозной линии "посконных" русских писателей, идущих от теплого, пахнущего землей и скошенной травой Лескова. Язык, образы, мысли, смыслы и идеалы – все это, что называется от сохи. И от тех мужиков в лаптях и баб с коромыслами. Дымовской игрушки и великих, не побоюсь этого слова, мультфильмах по русским лубочным сказкам, озвученных Дуровым.

    Никакие советские реалии не могут скрыть этот стиль и эту душу. Тонкий слушатель Аксенов смог эту душу воспроизвести, используя совершенно неподходящие для лубочных картинок персонажей и совершенно нелепую историю. И каким-то совершенно непостижимым образом создается произведение безусловно аутентичное, но при этом уровня и типажа "Баудолино". Такая гениальная стилизация, что становится совершенно самостоятельным шедевром.

    А потом был совершенно другой "Жанр...". и в некоторой степени "Рандеву. То, что имеет корни не то, что в другой эпохе, так вообще на другом конце земли. Что-то, что делают другие сказочники – латиноамериканские. Ведь эта роуд стори не что иное, как практически дантевское путешествие, но поданное под густым соусом магического реализма. Да, эта повесть не менее нереальная, чем "Бочкотара", но совершенно по-другому. Читая их друг за другом в голове поселяется и уже не искореняется восторг от мастерства. Даже сложно становится следить собственно за произведением, за героем и сюжетом. Просто наслаждаешься словом, пером.

    Лишь в "Пора..." автор дает нам немного настоящей реальности, настоящих героев и живой истории без фантастик. И здесь появляется еще одна грань и уровень мастерства. Тот самый человек, который написал историю про живые бочки и путешествующего по СССР волшебника выдает такой реализм, что дух захватывает. И если с предыдущими повестями я скорее чувствовала произведения, слышала их музыкой, то эта повесть, даром, что большая её часть про съемки фильма, идеально кинематографична. Как очень хорошее советское или итальянское кино. Которое идет медленно-медленно, без надрыва, а потом разбивает тебе сердце.

    Ну и на закуску кусочек наивного, но такого искреннего православия. Рассказ, написанный в тонах и мотивах Толстого и Куприна. То, что называется "великая русская проза". И опять все в советском антураже и с советскими картинками. И вновь слово "стилизация" хоть и приходит в голову, но совсем не передает суть.

    А суть-то в том, что Аксенов не подражает нескольким главным тонам и мотивам литературы, но показывает свою способность работать в них всех на высочайшем уровне. Каждый раз, когда я читаю его произведения, у меня звучит музыка. Он, конечно, весь в джазе. Но как и в этой великой музыке, которая тоже поднялась от земли, есть много вариантов, тонов и мотивов. И он может выдавать простые народные песни "хлопкоробов" и госпелы от какой-нибудь Большой Мамы Торнтон, может и добраться до волшебного и изысканного Колтрена. Или может быть реальным и понятным, но от этого не менее прекрасным и гениальным Рэем.

    Если вы любите разную музыку, если вы можете ценить что-то простое, но душевное, и одновременно с этим что-то сложное, малопотнятное, но с глубоким смыслом – то вам сюда. Главное, понимать. Аксенов иногда говорит прямо и играет гармонично, а иногда уходит в волшебную импровизацию, которая стройна только у него в голове. И в этом случае нужно довериться ему и получить удовольствие от процесса, ища в этой мелодии что-то свое, не пытаясь понять через нее автора. И тогда даже история про одухотворенные бочки покажется вам полной смысла и души.

    C.R.
    Великолепное оформление у этого издания. И обложка и внутренние рисунки – все идеально для первой повести. Да и для "Свияжска". И хорошо. Пытаться отобразить все произведения было бы ошибкой.
    Интересно, что иностранные читатели поняли в "Затоваренной бочкотаре"? Наверное, то же, что мы понимаем у Тутуолы. Но в перевели название хорошо.

  3. krokodilych
    krokodilych
    Оценил книгу

    Восхищаюсь Аксеновым.
    За дар слова, за умение рельефно и абсолютно достоверно передать самые характеры персонажей, за их мастерски отточенные диалоги, за непреходящее ощущение драйва, за потрясающую смесь реализма и мистики - никогда не успеваешь отследить момент, где кончается одно и начинается другое.
    "Затоваренная бочкотара" - удивительное по своей точности изображение жизни советской страны и советского общества в миниатюре. Где в одном пространстве собираются люди совершенно разных душевных качеств, интеллектуального уровня, занятий и стремлений, и эта стихийно образовавшаяся группа лиц, объединенных случайными обстоятельствами, по ходу пьесы превращается в сплоченный коллектив. Где движение к цели - казалось бы, простой, ясной и легко достижимой, - неожиданно оборачивается фантастическими препятствиями и отвлекающими факторами. Где искомый результат формально не достигнут, но сам процесс оказывается неизмеримо важнее.
    Ибо за время пути собака могла подрасти - и подросла-таки :) А если серьезно - с каждым из этих людей произошло нечто очень важное. Каждому являлся Хороший Человек, и каждый незаметно для себя самого делал внутренние шаги по направлению к тому, чтобы самому стать таким человеком.

    – Пошли, – сказали мы и попрыгали с перрона, а один из нас, по имени старик Моченкин, еще успел перед прыжком бросить в почтовый ящик письмо во все инстанции: «Усе моя заявления и доносы прошу вернуть взад».

    А казалось бы - прожженный старый кляузник, на котором пробы ставить негде...
    Мне по прочтении книги сразу вспомнился персонаж совершенно другого художественного произведения - фильма "Старый новый год". Откуда-то из небытия улыбнулся пенсионер Иван Адамыч в исполнении великого Евгения Евстигнеева и сказал: "Хорошие вы мужики, только облику не теряйте".
    О том и книга, собственно :)

  1. Старший, поглядывая на брата, растерянно крутил на пальце ключи. – А что же будет с бочкотарой?! – крикнул Володя. – Она-то в чем виноватая? Тут словно лопнула струна, и звук, таинственный и прекрасный, печальным лебедем тихо поплыл в небеса.
    1 июня 2020
  2. И всю ночь жалобно поскрипывала, напевала что-то со скрытой страстью, с мольбой, с надеждой любезная их бочкотара.
    1 июня 2020
  3. Что касается Степаниды Ефимовны, то она, увидев на заборе возле клуба афишу кинокартины «Бэла» и на этой афише Печорина, ахнула от нестерпимого любопытства и немедленно купила себе билет. Что-то неуловимо знакомое, близкое почудилось ей в облике розовощекого молодого офицера с маленькими усиками
    1 июня 2020

Автор