Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Карьер

Карьер
Книга доступна в стандартной подписке
Добавить в мои книги
84 уже добавили
Оценка читателей
4.82

«Пробуждение едва наступило, но сон уже отлетел. Агеев это понял, минуту полежав неподвижно, с закрытыми глазами, будто опасаясь спугнуть остатки дремоты.

Несколько последних дней он стал просыпаться до срока, когда еще не начинало светать и парусиновый верх палатки еще чернел по-ночному непроницаемо, а вокруг стояла мертвенная тишь, какая бывает глухой ночью или накануне рассвета. Было прохладно, он это почувствовал шершавой от щетины кожей щек, начавшей стынуть макушкой головы. За лето он так и не привык забираться в мешок с головой – вечером в том не было надобности, в палатке долго держалось дневное тепло, лишь на исходе ночи, перед рассветом, когда выпадала роса и верх палатки набрякал стылой влагой, становилось прохладно. К тому же на голове у Агеева давно уже не было того жесткого, непокорного чуба, который украшал его в молодости. С годами волосы поредели, утратили былую пышность, удлинились залысины, и голова стала чуткой к прохладе. Что ж, все, наверно, в порядке вещей – такова жизнь…»

Лучшая рецензия
gulbene
gulbene
Оценка:
5

Казалось бы, в этой повести нет ничего такого, особенного. Главный герой – Павел Агеев, обычный пенсионер. Которых рядом – пруд пруди. Ну, воевал. Да, понятно. Только кто из того поколения не воевал? И воевали, и работали потом, и детей растили. Наших отцов и матерей. И моих тоже.
Время действия повести дважды сжато в три месяца. Не в шесть, а именно так – дважды по три. Дело в том, что композиционно повесть разбита на два временных пласта. Современность и лето – начало осени 1941-го, уже отстоящие от главного героя на расстояние всей прожитой им жизни. Равные по своему временному отрезку эти месяцы сильно отличаются друг от друга по своей значимости. Легко нам, уже вооруженным знанием того, что будет дальше и чем всё закончится, оценивать поступки и судить тех людей, которые волею судьбы оказались с головой накрытыми бедой первых недель и месяцев той войны. Когда вроде бы обычные вещи и, казалось бы, незыблемые отношения трансформируются до неузнаваемости. Доверие – в настороженность. А та, в свою очередь, в прямую подозрительность. Кто здесь друг? Кто враг?
Ещё вчера все были своими. А сегодня и отец любимой Агеева – Марии, и пришедший с немцами и работающий на них Ковешко говорят об одном и том же. И почти теми же самыми словами. Но если один из них точно – враг, то получается, что и второй… Тоже?!
Но и не верить – нельзя. Хотя бы просто потому, что один в поле – не воин. А чтобы победить ту силу, что нещадно ломает и корёжит страну, а по слухам, уже и Москву взяла, нужна сила – не меньшая. Которая – будет. Обязательно будет! Надо только волю и упорство каждого вместе сложить.
И это понимает та же Варвара Барановская, приютившая у себя раненого Агеева. Приютившая и помогающая ему в меру своих сил и не самых больших возможностей. И в данном случае неважно, что перед Агеевым – попадья. Потому что когда враг уже переступил твой порог, мелким, малозначимым и второстепенным становятся и классовая или сословная принадлежность, и должность. Какая бы высокая она ни была до того как. Главное, по мнению Варвары, – добрый или злой человек перед тобой. И, по сути, она права.
Другое дело, что делать, если обычное человеческое участие становится смертельно опасным? Равнодушно отойти в сторону? Но где грань между равнодушием и бездушием? И как её не переступить? Это же – не граница. Ни колючей проволоки, ни контрольно-следовой полосы нет!
Как соотнести средства с целью? И насколько она оправданна, эта цель, если за неё, вполне возможно, придётся заплатить дорогой ценой. Жизнью. Тем более, когда – не своей. А жизнью любимой. Даже если ты сам не прячешься за чужую спину, есть ли у тебя это право – взвешивать и соотносить? А если ошибешься? И не достигнешь цели? Жизнь – а может, и не одну – уже не вернёшь.
И герою – тяжело. Очень тяжело всматриваться в своё прошлое из отступившего от него на 40 лет нынешнего. Благополучие которого, на проверку оказывается кажущимся. Потому что за свою жизнь он заплатил чужой. А может быть, даже и чужими. Жизнями своего неродившегося ребёнка и любимой. Той, что была послана ему не для выкупа или искупления. Для любви и счастья. Которое даже тогда, в самые тяжелые, первые месяцы войны, оказывается, было так близко. И могло стать реальным и осязаемым.
Но плохое и хорошее настолько тесно переплетены между собою в нашей жизни, что для того, чтобы от первого перейти ко второму, даже шага не надо. Достаточно сделать выбор. И отправить на задание Марию.
«Карьер», как и многие другие произведения Быкова – об этом. Об обычных людях, которые судьбой и обстоятельствами ставятся перед неумолимым выбором, когда, казалось бы, из множества имеющихся вариантов остаются только два. Либо выдержать и… погибнуть. Либо отступить. Оступиться и тем самым – предать.
И от этого – выбора и стойкости одного человека – зависит исход войны. Потому что именно он и его судьба по большому счёту определяют цену победы.

Читать полностью