Валерий Дмитриевич Зякин отошёл от

темы Дырда и Опарыша, написав

комедию в 7 действиях Валерий и

Дмитрий, посвящённую заводу в

Рыгостане. Эта книга - первая в

серии про таких известных людей,

как Артур Якубо, Сергей Сержант и

Галина Петушкова, которые появятся

в последующих произведениях. Автор

раскрывает жизнь на обычном

заводе, возвышая проблемы

пролетариата.

Действующие лица

Валерий Свиной-Рыло - фрезеровщик, поэт по призванию

Дмитрий Лёвин - инженер на ЗГТСИП

Сергей Сержант - строитель

Алексей - охранник

Геннадий Палыч - начальник цеха

Артур Якубо - главный инженер дорожного управления

Горилла Якуб

Галина Васильевна - министр финансов Рыгостана

Ашот - продавец арбузов

Юрий Валентинович - завхоз

Зинаида - повар, жена Юрия

Лёня - электрик

Евгений - слесарь

Василий - разнорабочий

Джамшут - сварщик

Жора - работник котельной

Светлана - повар

Татьяна - повар

Евдристий Михайлович Гусь - генеральный директор

Бердибек - владелец автоколонны номер 8246

Вазген - продавец гидротурбин

Тёма - дворник Галины

Петрович - водитель Галины

Олег Владимирович - начальник отдела кадров

Геннадий Какин - инспектор

Антон Рябо - мэр Дмитриевска

Станислав Поршень - начальник департамента экологии

Семён Денисович - директор ДмитриевскЦементоПлитка

Физули - главный техник ДмитриевскЦементоПлитка

Бегемот Аркадий

Полина - жена Валеры

Маляры

Рабочие

Действие 1. Галина

Явление 1

Обеденный перерыв. В заводской столовой, около входа. Валерий, Дмитрий и Сергей Сержант сидят на кусках пеноблока. Подходит Геннадий Палыч с выражением презрения.

Валерий: А я вчера шпроты ел, а утром думал — сдох.

Сергей: У меня тоже самое было. Только я без шпрот.

Дмитрий: А я не ел, но у меня живот скрутило. Представил.

Валерий: У меня внутри как будто кипело. Потом бурлило.

Сергей: А потом ты в котельне насрал. Я ж видел. Там топливо не горит.

Геннадий Палыч: (Подходит с сигаретой.) Это шо за сходка тут? Сидите и сраки чешете!

Дмитрий: Обед, Палыч. Законный по Трудовому кодексу.

Геннадий Палыч: Обед? А в цеху чо — станки сами работают? Валера, ты шоб знал — станок твою гайку сожрал!

Валерий: Так она не моя была... у меня сегодня отгул. Такое высрал! Вы не поверите!

Геннадий Палыч: А грохот откуда был, как будто бетон роды принимал?

Сергей: Я уронил ванну. С бетоном.

Геннадий Палыч: А в раздевалке кто харкнул на обогреватель? Там теперь запах, как будто курица сдохла и воскресла обратно.

Дмитрий: Может, вентиляция? Я не уверен, но я там просто был.

Геннадий Палыч: Я вас сейчас всех сожру! Валера — ты поэт, но срать меньше не стал!

Валерий: Поэт тоже человек, ему какать надо.

Сергей: Особенно когда шпроты!

Геннадий Палыч: Шпроты я вам вычту из зарплаты!

(Геннадий Палыч уходит, хлопая дверью столовой. Остальные молчат. Кто-то чавкает.)

Валерий: Всё-таки вкусные шпроты были.

Явление 2

Входит Артур Якубо.

Артур Якубо: Так, все шпроты положили и слушают сюда!

Валерий: Артур, я только надкусил...

Артур Якубо: Засунь обратно. Важная новость: Галина Васильевна, министр финансов Рыгостана, приедет к нам на объект!

Сергей: А зачем? Тут же воняет и стулья без ножек.

Артур Якубо: Вот именно! Поэтому вы — все — будете изображать здесь порядок. А главное — станцуете лезгинку.

Дмитрий: Шо?

Артур Якубо: С Геннадием Палычем.

Валерий: Палыч шо, умеет?

Сергей: Он вчера шнурки завязал и уже два раза пукнул. Такое только на открытии цеха было.

Артур Якубо: Не важно, умеет или нет.

Дмитрий: А музыка будет?

Артур Якубо: У Ашота колонка, договорился.

Сергей: А если я не умею?

Артур Якубо: Научишься. У тебя ноги есть — хватит.

Валерий: А если я ногу дома забыл?

Артур Якубо: Забери у соседа. Мне плевать. Лезгинка должна быть. Галина Васильевна любит, когда мужики крутятся.

Сергей: Я кручу только на унитазе.

Артур Якубо: Будешь крутить в актовом зале. Кто не выучит — будет рыть яму под трансформатор. Голыми руками. В шлёпках.

(Молчание. Звук того, как кто-то сглатывает макароны.)

Дмитрий: А где Ашот колонку заряжает?

Артур Якубо: От генератора.

Дмитрий: А туда насрали.

Артур Якубо: Балбесы. (Уходит)

Явление 3

Валерий: Ну шо я скажу… лезгинка. На заводе.

Дмитрий: Это шо ж выходит — я инженер, а теперь ещё и балерун?

Сергей: Меня колено вчера хрустнуло. Я теперь при любом хрусте сру.

Валерий: А у меня ботинок один порван. Как я буду крутиться — он слетит и кому-то в морду.

Дмитрий: Палыч будет потный, скользкий… руки вонючие… и мы вокруг него танцуем!

Сергей: Я ж не кавказец. У меня лезгинка — это когда я спотыкаюсь об ступеньку.

Валерий: И главное — Галина. Министр. Ей шо, больше негде смотреть, как мы страдаем?

Дмитрий: Ага. Как будто у неё на лице написано: «Люблю глядеть, как жирные заводские мужики скачут в тапках».

Валерий: Всё. Хватит.

(Он резко встаёт. Смотрит на стол. Все молчат. Поднимает его с одной стороны.)

Дмитрий: Валера... шо ты делаешь?

Валерий: Он лёгкий.

Сергей: Не надо. Это государственный стол.

Валерий: Тем хуже для него.

(Они вместе поднимают стол, с трудом, грохоча по полу. Подходят к окну. Рабочие смотрят с удивлением.)

Валерий: За свободу желудка и суставов!

Дмитрий и Сергей (вместе): За жирный пролетариат!

(Выкидывают стол в окно. Снаружи слышно, как он падает на пустой мусорный бак.)

Валерий: Пошли. Пока Ашот не включил музыку.

(Уходят. Один из них случайно наступает в подливку, скользит, но выравнивается с величием.)

Явление 4

Кабинет. Длинный стол. На стене криво висит доска "Пятилетку за семилетку!". Сидят: Евдристий Михайлович Гусь, Геннадий Палыч, Юрий Валентинович, Артур Якубо.

Евдристий Гусь: Так. Кто ответственный за сральни в третьем корпусе?

Юрий Валентинович: (вяло) А шо с ними?

Гусь: Там воняет так, что краска отвалилась. Я лично зашёл — и вышел обратно. В глазах потемнело.

Юрий: А я ничего не видел. Я туда не ходок.

Гусь: Ты завхоз или кто?

Юрий: Там плесень затёрла.

Артур Якубо: (усмехается, попивает чай) Может, это не плесень, а просто Юра сам туда насрал.

Юрий: Очень смешно, Артур. А ты шо, инженер, а смеёшься как дурак.

Якубо: Потому шо вы как в цирке. Я зашёл в сортир — думал, там собаку убили.

Гусь: Это не цирк. Это производственный позор! К нам министр едет, а у вас там как будто бобры пытались зарыться!

Геннадий Палыч: Евдристий Михайлович, я объясню. Это временное явление.

Гусь: Обосранные стены — это временное явление?

Геннадий: У нас сейчас ремонт, вентиляция не тянет. Это, так сказать… природный процесс.

Якубо: Природный? У вас там химия из канализации вылазит. Я туда палку сунул — она вспухла.

Юрий: А может, это работяги виноваты. Они туда всякое носят.

Гусь: Работяги виноваты, что у вас там кто-то на бачке сваркой писал «жизнь — говно»?

Геннадий: Это Валера. Он поэт. У него душа течёт! И желудок.

Гусь: В понедельник вы с Юрой берёте тряпки, с Якубо — ведро, и чистите всё так, чтобы унитаз можно было целовать!

Якубо: Я не буду ничего чистить. У меня должность — “дорожное управление”, не “сральное обслуживание”.

Геннадий: Мы всё решим, Евдристий Михайлович. Уже завтра запах уйдёт. Мы дверь просто снимем.

Гусь: Вот это уже решение. Дышите всей фабрикой — всем коллективом! Совещание закрыто!

(Встаёт. Все молчат. Артур смеётся тихо, Юрий чешет шею, Геннадий тяжело вздыхает.)

Явление 5

Раздевалка. На лавке сидят Алексей, Валерий и Сергей. Перед ними раскрыт газетный свёрток с резаной колбасой, немного хлеба, баночка с зелёным горошком. Рядом стоит пустая пластиковая бутылка из-под компота. Тихо. Кто-то чавкает. Входит злой Геннадий Палыч.

Геннадий Палыч: Ну вы шо, свиньи?! Тут сральня в аду горит, а вы тут с мясом устраиваетесь!

Валерий: Так это... перерыв. Жевательный.

Сергей: Мы не виноваты. Колбаса сама нарезалась.

Алексей: Я просто зашёл. Я даже охраняю без формы.

Геннадий: Мне плевать! Там унитаз выглядит как кратер вулкана. Я туда глянул — а он на меня глянул назад.

Сергей: Может, это не наш унитаз? Может, гостевой?

Геннадий: Это унитаз третьего корпуса! Там один работяга вчера чуть не утонул! Удержался за бачок, но нормально уже всё.

Валерий: А мы тут при чём? Мы что, говняри?

Геннадий: Да! Сегодня — да! Вы трое идёте и отчищаете этот туалет до блеска. Шоб министр в нём отражался, как в зеркале.

Алексей: А если мне нельзя? У меня справка, что я воду не люблю.

Сергей: У меня нос забит. Я не почувствую, что убрал.

Валерий: А я поэт. Я не мою — я описываю страдания.

Геннадий: Вот и опишешь их на кафеле, тряпкой! И не нойте! Ведро, перчатки и зубная щётка вам в помощь.

Сергей: Щётка зубная?

Геннадий: Унитаз точечный, нужен деликатный подход!

(Пауза. Все трое смотрят на колбасу. Валерий берёт последний кусок, медленно жуёт.)

Валерий: Ну шо... идём. Если не мы — то кто?

Алексей: Мы — как три богатыря. Только без доспехов. И без мотивации.

Сергей: Без денег ещё. И без ума.

(Они встают, отряхиваются, берут тряпку.)

Геннадий Палыч: Вот. Люди! Хоть и говно, но всё равно люди.

(Выходят молча. В коридоре кто-то чихает в ведро.)

Явление 6

Сральня третьего корпуса. На полу ведро, тряпка, бутылка с надписью «Чистяк-8000» и щётка. Валерий, Сергей и Алексей сидят, оттирают плитку. Геннадий Палыч стоит с руками за спиной, наблюдает.

Геннадий Палыч: Глубже! Под ободком! Там у нас вся философия жизни накопилась.

Валерий: Я его трогаю, а он скрипит… как будто живой.

Сергей: Я себя уважаю. Я родился не для этого.

Алексей: Я вообще охранник. У меня по трудовой — "следить", а не "тереть".

Геннадий: А вы думали — жизнь будет пахнуть розами? Она пахнет унитазом. Особенно — тут.

(Он обходит унитаз, смотрит на плитку, кривится.)

Геннадий: Так… продолжайте. Мне надо подписать акт на дезинфекцию. Сейчас приду. Только попробуйте сбежать — я в окно посмотрю.

(Уходит. Щёлкает дверь. Тишина.)

Валерий: Сбежим?

Сергей: Я уже мысленно дома. Смотрю Поле Чудес.

(Мгновенное согласие. Все бросают тряпкки, щётки.)

(Дверь снова открывается — входит Геннадий. Видит пустую сральню. Унитаз блестит только с одной стороны. Пауза. Глубокий выдох.)

Геннадий Палыч: И всё равно ведь никто, кроме них, не пришёл бы…

(Выходит. Гаснет свет. Слышно, как где-то за сценой хлопает форточка и булькает бачок.)

Геннадий Палыч: Добро возвращается. Зато на благо общество. Буду гордостью завода. Я - надежда и опора производства. (чистит унитазы)