Попрыгав перед камерой и накричавшись вдоволь, я вновь рухнул на кровать и уставился в потолок. Эта ситуация в корне отличается от той, что произошла чуть больше месяца назад. Я не шёл на конфликт и повязку у меня никто не крал. В этот раз я самонадеянно решил выпустить Зверя. Если я проснулся самим собой у Миража дома, значит все не так плохо. Но тогда почему он продолжает держать меня в бункере…

Вдруг прозвучал звуковой сигнал, заставший меня врасплох. Я подскочил на кровати, чуть не слетев на пол.

– Извини, что так долго, я был на кухне, как только получил уведомление о том, что ты проснулся, сразу направился в комнату. На всякий случай спрошу, ты Кайт или Гнев?

– Я тот, кто протрёт тебе линзы, раз не можешь отличить человека от монстра, покрытого пластинами.

– Значит всё-таки Гнев, ну посиди, отдохни ещё немного.

– Кайт я – Недовольно буркнул я.

– Кайт? А что же ты сразу не сказал? Открываю дверь.

Прозвучал ещё один звуковой сигнал, после которого почти сразу послышалась работа пневматических двигателей, отодвигающих массивные штыри, которые намертво запечатывали дверь. Выбравшись из одной запертой комнаты в чуть более просторное, но все ещё закрытое помещение, я почувствовал облегчение.

В два счета оказавшись на кухне, мне не пришлось долго ждать. Мираж вскоре вошёл на кухню и указал на приготовленную еду.

– Я не знал, когда ты проснёшься. Каждый раз ты приходишь в себя спустя разные промежутки времени. Даже предположить не могу с чем это связанно. Забирай, будет твоей порцией, я себе сейчас быстренько состряпаю.

– Спасибо… Как все прошло?

– Знаешь, я не удивлён, что ты меня ослушался. Это было слишком предсказуемо, в конце концов, ты не мог сделать ничего другого. Как прошло? – Мираж задумался, а затем, рассекая ножом воздух, продолжил. – Пострадавших нет. Если не считать, что эпицентр вашего сражения похож на Нагасаки после взрыва атомной бомбы.

– Неужели все настолько плохо? – Огорчённо спросил я.

Вместо ответа, Мираж взял пульт, лежавший на столешнице, и навёл его на стену, противоположной от библиотеки. Две довольно большие секции отодвинулись в сторону, выдвинув наружу спрятанный телевизор. Он включился, освещая последние новости.

– Мы ведём репортаж с места трагедии. – Запела вдруг привлекательная девушка. – Вы только посмотрите на эти ужасающие разрушения. Если это не спланированный теракт, то что?

На экране сменялись один за другим кадры, которые были невероятно похожи друг на друга. Разрушенные здания, дорога, испещрённая канавами и рытвинами, бетонные блоки, ещё недавно бывшие частью зданий, а сейчас раскрошенные в пыль, лежали на обочине дороги подобно сугробам в знойную зиму. Такая картина действительно вгоняла в депрессию, особенно если осознавать, что это произошло по твоей вине.

– Каким-то неведомым чудом обошлось без жертв, но посмотрите на этих людей, куда им теперь податься? Их дома разрушены, их жизнь разрушена…

Её монолог прервал низкий гул, доносившийся со стороны Миража. С каждой секундой он становился все сильнее, пока не перешёл на крик, даже отдалённо не похожий на вой любого известного человечеству животного. Я изумлённо уставился на Миража. Бросив нож, так и не закончив свой обед, он скомандовал:

– Бегом, следуй за мной, он проснулся.

Не став задавать лишних вопросов, я помчался за парнем. Я даже забыл из-за чего, я был готов разрушить город. Не было ни малейшего желания оправдывать последствия нашей схватки, поэтому мой мозг переключился в режим самобичевания. Только подойдя к камере, я вспомнил про Льва и тогда воскликнул:

– Удалось? Мы поймали его?

– Ты думаешь, я стал с тобой так спокойно общаться, если бы наш план не сработал? – Он довольно улыбнулся.

– А ты уверен, что это того стоило? То место, оно уничтожено… Людям теперь негде жить.

– Да какая разница, мы стали ближе к своей цели. Теперь мы сможем узнать больше… Больше об этих тварях, о болезни или что это вообще такое – Его глаза горели нездоровым огнём.

– Мираж…

Я хотел что-то сказать ему, но меня перебил очередной вопль Льва. Перед нами в полумраке виднелась железная дверь и окно, ведущее в другую комнату.

– В камеру просачивается лишь один небольшой солнечный лучик, способный удержать его в сознании. Надеюсь, он станет значительно слабее, не думаю, что те кожаные ремни способны удержать дикого зверя.

Мираж подошёл к небольшой приборной панели на стене и коснулся кнопки, после чего мгновенно включились динамики, передававшие малейший шорох. Подняв защитную панель, расположенную рядом с той кнопкой, он вытянул микрофон.

– Что это за квартира такая? У тебя даже допросная есть – Вдруг осенило меня.

– Я тебе разве не рассказывал? Мои последние воспоминания начинаются здесь, я не помню, как получил этот бункер, но я живу здесь всю свою жизнь. – Он мгновенно переключил своё внимание. – Проснулся, наконец? А мы тебя ждали, Гордость.

Тонувшая во мраке комната слегка осветилась. Вокруг Льва появилось желто-солнечное свечение, слегка развеявшее витавшую вокруг тьму. Зверь смотрел прямо на нас, как будто бы видя сквозь непроглядную темноту.

– Не помню, чтобы представлялся перед вами.

– Мы кое-что знаем про тебя. Но у нас ещё множество вопросов, на которые, я надеюсь, ты ответишь.

– Мне кажется, я уже слышал этот до боли знакомый голос… Ты раньше не встречал меня?

– Мы ни разу не виделись лично, но я непростительно долго шёл по твоим следам.

Лев поднял свой взор к небу, скрытому потолком, а затем снова подал голос:

– Я вас не вижу, но могу чувствовать. Два смертных… Вам бы никогда не удалось меня победить. Ни в этой, ни в следующей жизни. Вы слишком слабы. Дайте мне больше света, и я смогу решить эту головоломку, мне кажется, правда ускользает от меня.

– Может нам ещё выпустить тебя наружу? Чтобы ты продолжил бесчинствовать?

– Мне нужно больше света!

Его слова эхом разошлись по комнате, проходя сквозь душу, они сковывали тебя, заставляя повиноваться. В его голосе сокрыта могучая сила, в этом можно не сомневаться. Но мы не сдвинулись с места и тогда Лев хмыкнул:

– Действительно, что-то здесь не так. Если я не могу вас подчинить, то остаётся лишь ждать. – Лев вдруг ухмыльнувшись, уставился на Миража. – Смертный, про какие бесчинства ты говорил? Что такого сотворил я, чтобы ты держал меня в камере, где-то под землёй?

Мираж не подал вида, но я почувствовал, как дрогнул его голос:

– Вопросы здесь задаю я. Ты собрался ждать, но чего?

– Неужели нельзя просто ждать? Без какой-либо цели и надежды. В конце концов, у меня же больше нет другого развлечения, кроме ожидания – Ни капли не думая, ответил Гордость.

– Если ты пойдёшь на контакт, то ждать не придётся, просто ответь на пару вопросов.

Лев, потеряв всякий интерес, отвернулся от нас, а золотое свечение вокруг его головы вдруг исчезло.

– Черт, он бесполезен. – Мираж вмазал по стене и рассерженный вышел из комнаты.

– Это же с тобой я несколько часов назад сражался? – Вдруг подал голос Лев. – Дам совет, тебе следует побаиваться его. Сейчас он нестабилен как активированная мина, парень тебе многого не рассказывает. Рано или поздно, но он сдастся и тогда Зависть покажет своё истинное лицо. Среди наших я больше всего не доверяю именно ему. Я далеко не ко всем испытываю чувства, большинство просто не достойны меня, но он, он всегда выводил меня из себя. Но мне интересно, для чего весь этот спектакль?

– Гнев, Гордость, а теперь ещё и Зависть… Но кто вы такие, почему у вас такие имена? Это же смертные грехи, как всё это связано?

– Гнев? От кого ты слышал про него?

– Монстр внутри меня представился Миражу… То есть Зависти, он представился этим именем.

– Монстр значит. – Гордость рассмеялся. – Ты не Гнев, я бы его моментально узнал. Ты фальшивка, обычная подделка. А теперь уходи, не трать моё время и не мешай ждать.

Лев отвернулся, из-за недостаточной освещённости помещения было сложно понять, но, похоже, что Гордость впал в транс.

Не прошло и часа после моего пробуждения, но вся эта новая информация вскружила мне голову. Я не успел, как следует осмыслить разрушения, которые нанёс Гнев, как теперь Лев накинул мне ещё топлива для размышлений. Поспешно покинув камеру, я вышел в коридор. Миража нигде не было видно, наверное, вернулся на кухню.

“Стоит немного проветриться, прогуляться по городу” – Подумал я.

– Кайт? Ты куда? – Уже у входной двери окликнул меня Мираж.

– Пройдусь немного, не могу долго сидеть в четырёх стенах.

Он несколько секунд всматривался в меня, а затем сказал:

– Понимаю, тогда, удачной прогулки. А я, как всегда, займусь своими делами. – Он нервно усмехнулся. – Я уже прочитал всю ближайшую к дому библиотеку. На камерах провожу половину дня, я… Я устал и завидую обычным людям, у которых голова не забита моими мыслями. Но нам нужна любая информация про Гнев и Гордость. Жизненно необходима. Попробую, наверное, ещё раз поговорить со Львом, может, сумею разговорить.

– Попробуй, но мне кажется, у тебя не получится. Похоже, что он впал в какой-то транс –, предупредил его я.

– Да? Но я, что-то придумаю. Обязательно.

Спустя несколько месяцев с момента нашего знакомства, я начал замечать его маниакальное желание по поиску информации. Я почувствовал отвращение и, попрощавшись, вышел на улицу.

Наверняка, поначалу я сам горел этой идеей, во чтобы, то ни стало узнать кто мы такие, что произошло с нашей памятью. Мы не просто хотим узнать об этих Зверях больше, мы хотим узнать цель своей жизни. Не могли же мы появиться просто так. Полностью отличные от людей, Звери не могут жить обычной человеческой жизнью.

Снаружи солнце яростно пекло, полдень как-никак. Придерживаясь, тени и набережной, я пытался нивелировать ужасную температуру, но получалось, честно говоря, не особо.

Я усмехнулся. Практически со дня нашей встречи, я знал, что Мираж такой же Зверь, как и я, но узнав это ото Льва, я почему-то почувствовал отвращение. Я неосознанно, но начал осуждать его, хотя не имею ни малейшего права. Он, по крайней мере, не разрушал город.

Я вмазал себе воображаемую пощёчину и двинул дальше. Со стороны могло показаться, что я брёл куда-то в трущобы города, как будто мне важен сам процесс прогулки, а не место, в котором я окажусь, когда очнусь. Но нет. Я позволил случиться трагедии, и я буду последним уродом, если не найду в себе силы прийти туда.

В жизни пейзаж разрушенного города оказался ещё страшнее, чем по телевизору. Некоторые переулки между домами завалены обломками зданий, кусками асфальта, настолько плотно, что протиснуться было невозможно, а взбираться по ним было небезопасно. В отдалении от заваленных арок, виднелась открытая местность, которой не должно было существовать. Ты мог ни разу не бывать в этом районе, но чувствовал, что что-то не так, что-то совсем недавно здесь стояло. Повсюду расположились пожарные машины и машины скорой помощи, они все ещё опасались, что под завалами могли находиться люди. В безликой, серой от бетонной пыли, летавшей в воздухе, толпе людей, которые с ужасом разинув рот, смотрели по сторонам, мелькало нечто розовое как сахарная вата.

Мои ноги подкосились, и я рухнул на колени. Мне не хотелось плакать или кричать, я просто был опустошён.

“Ради поимки Льва, я подверг опасности стольких людей. Стоило ли это того? Да, конечно же, нет, кому я буду врать…”

– Да, видок и вправду оставляет желать лучшего. – Вдруг прозвучал женский голос над моей головой. – У тебя здесь жили знакомые?

– А? – Я не ожидал, что со мной кто-то заговорит и потому, поднявшись с колен, отряхнулся. – Нет, я впервые в этой части города и никого, кто бы здесь жил, я не знаю.

– И тогда, почему у тебя такое убитое выражение лица? Только не говори, что ты из того типа людей, которые выплакивают все свои слезы из-за несчастья, которое настигло совершенно чужих для них людей.

Я не ответил, решив не оправдываться перед чужаком.

– Я почти уверена, что это теракт. Не похоже на случайность, это что такое должно произойти, чтобы случайно превратить два дома в пыль, а центральную площадь в настоящее поле битвы с окопами.

Продолжая молчать, я вообразил, что могло здесь произойти, видя, как Гнев одним ударом, пробивает насквозь бетонную стену.

– А знаешь, в детективах преступник всегда возвращается на место преступления. Может…

– Действительно, может ты вернулась сюда, чтобы полюбоваться своим творением? – Усмехнувшись, перевёл все в шутку я.

– Всё может быть.

Повисло недолгое и неловкое молчание. Все это время я думал, что это мимолётный разговор, но, похоже, я ошибался. Наконец повернувшись к своему собеседнику, я осмотрел её. Чуть ниже меня, а значит чуть выше среднего роста, рыжие волосы и голубые глаза. Если бы не ассиметричные веснушки на одной щеке, то её внешность можно было бы описать одним словом – банальная.

– Знакомы? – Решив продолжить разговор, спросил я.

– Жанна. Не думаю, что мы встречались раньше, по крайней мере, я не помню.

– Кайт. Можно спросить, что привело тебя сюда?

– А тебя? Я хотела узнать это с самого начала – Ловко переметнула стрелки девушка.

– Хотел увидеть это место в живую. Проверить, правда ли все настолько ужасно, как нам рассказывают.

– Ну, если в нескольких словах, то я по той же причине. Нечасто у нас в городе происходит, что-то необычное.

– Да, пожалуй, я соглашусь с тобой.

Жанна, вдруг встала на цыпочки, всматриваясь в однотонную толпу людей.

– Похоже, мне пора бежать. Прощай Кайт, может, когда-нибудь мы ещё встретимся.

Я не успел попрощаться, как она уже убежала. Вздохнув, я ещё раз окинул взглядом район, превращённый Гневом в пыль.

– Убиваются произошедшим лишь дураки, нужно работать над собой, чтобы этого не повторилось.