Неожиданные встречи

Вероника пожала плечами и, посмотрев на карту, вышла из зала. Она пошла в музей. Там, как она и ожидала, никого не было и это ей нравилось. Она медленно обходила экспонат за экспонатом, читала о них вскользь, смотрела и не видела. В голове бегали мысли, как на ипподроме и она никак не могла их заставить остановиться. Столько информации за один день! Это не каждый студент сможет выдержать. Неожиданно ее взгляд упал на робота, стоящего у одной из стен. Вероника подошла ближе. Робот-женщина, блестящая, стальная и… красивая. Насколько можно так сказать про робота.

Вероника погладила холодный металл. А что, если на планете, куда она попадет по распределению, будут обитать роботы? Что она им скажет? Что они смогут ей рассказать? Интересно, а этот робот для чего служит? Наверняка, подносит чай или тапочки. Вероника усмехнулась. Может быть читает хозяину перед сном или моет посуду, убирает в комнате. На что еще способны такие механизмы? Любить они не могут, семей не создают, друзья из них никакие. Лучше уж пусть будут смешные и нелепые инопланетяне, чем роботы. Правда, она слышала, что некоторые роботы смеяться умеют и даже плакать.

Скрипнула дверь, кто-то вошел в комнату. Вероника узнала парня, выступающего сегодня в холле. Он двигался вкрадчиво, оглядывался на дверь и озираясь вокруг. Парень буквально замер на месте, встретившись с Вероникой глазами.

– Музейными экспонатами интересуешься? – спросил он тихо.

– У меня экскурсия, – почему-то грубо ответила она. – Понятно?

– Понятно. Идем, что-то покажу.

Парень пошел в сторону одной из ниш в стене. Вероника последовала за ним, ведомая не только любопытством…

– Меня Павел зовут, – не оглядываясь произнес он.

– Вероника. Ты здесь не первый раз?

– Ага. Смотри.

На трех полках стояли стеклянные банки с мутной жидкостью. Павел взял одну из них, потряс легоньки и поднес к лицу, Вероника приблизилась. В растворе плавало непонятное существо и похоже живое.

– Это что? – выдохнула она.

– Думаю, инопланетные существа.

– В смысле?

– Они появились только сегодня, то есть перед тем, как нас здесь собрали. Понимаешь, к чему я?

Вероника помотала головой.

– Опыты какие-то планируются. Возможно с нашим участием.

– В смысле?

– Например, вживление…

– В нас, что ли? – крикнула Вероника.

– Тсс-с. Не кричи ты. Я точно не знаю, это мое предположение, но…

За дверью послышались шаги.

– Прячься, – шепнул Павел.

Он с осторожностью поставил банку на место и отошел к экспонатам со старинной утварью. Вероника огляделась и увидела приоткрытую дверь. Она шмыгнула туда, закрыла дверь на щеколду и огляделась. Небольшое помещение оказалось подсобкой. Еле пробралась сквозь ведра, швабры, бачки, протиснулась за ряды ящиков и коробок и присела. Взгляд Вероники упал на мешковину, лежащую на одной из коробок, она сдернула ее, накрылась с головой и затихла.

Из комнаты, где остался Павел, доносились еле слышные голоса. Затем послышался звук, похожий на тот, что издает тележка или каталка при проезде по полу. Затем шорох и звон, снова, что-то везут и тишина. Вероника еще минуты три сидела как церковная мышь, так говорила ее мать, но потом ей надоело.

«Я ничего такого не сделала, – подумала она. – Если спросят, ничего не видела, не знаю».

Вероника осторожно выбралась из укрытия, открыла дверь и выглянула. Никого. Она на цыпочках, озираясь вокруг, вышла из комнаты, отметила, что банки исчезли.

В коридоре она достала карточку-схему, провела пальцем путь.

– Лучше уж в библиотеку сходить и «поговорить» с книгами, – сказала она вслух и добавила тише. – Надеюсь там нет ничего, связанного с инопланетянами.

Да, все же лучше с роботами иметь дело. Инопланетяне не приятные какие-то, и наверняка у них свои причуды, нормы и правила на своих планетах.

Она услышала веселый смех, разговоры других конкурсантов, немного замедлила шаг. Подумала, может присоединиться к ним, но решительно пошла дальше по карте. О чем говорить с незнакомыми людьми она не знала, о себе рассказывать не хотелось, да и нечего. А об истории, об ее увлечении писательства, как фантаста, не хотелось. Вряд ли кому-то будет это интересно, особенно сейчас, когда хочется отвлечься, отдохнуть, стараться не думать о завтрашнем дне.

Вероника вошла в библиотеку и застыла на пороге. Такого обилия книг она никогда не встречала, библиотека колледжа и центральная городская это капелька в море. В этой огромной комнате, вернее зале, стеллажи с книгами достигали потолка. Рядом стояла стремянка. Каких только книг не было, новые и старые, маленькие и громадные, в золотых тиснениях и простые. Вероника прошла в центр и начала медленно поворачиваться вокруг своей оси. «Квантовая физика», «Классика», «Здоровое поколение», «Общество. Экология» читала она шепотом. На глаза попалась «История», Вероника остановилась и подошла к полке. Она рассматривала книги, чуть наклонив голову и читая названия.

– Что-то конкретное ищете, молодая дама?

Вероника вздрогнула и выпрямилась. Перед ней стояла молодая, симпатичная женщина. Она держалась слишком прямо, отчего казалась выше Вероники, смотрела, не мигая и улыбалась.

– Здравствуйте, – сказала Вероника. – Смотрю книги по истории, но не знаю, что выбрать. Этих авторов я не знаю.

Женщина подошла к полке, замерла на пару секунд, затем протянула руку, вытащила одну из книг и протянула Веронике.

– Вот эта, думаю, вам понравится. Как раз то, что может пригодиться совсем скоро.

Вероника взяла в руку тонкую книгу и прочитала «Жизнь в Айлисовой системе. Доктор Зориш». Она вопросительно посмотрела на женщину.

– Секезда, куда вы отправитесь, находится в Айлисовой системе, – ответила на немой вопрос женщина.

Она медленно повернулась и зашагала прочь.

– Постойте, – крикнула Вероника. – Вы что-то знаете?

Но женщина уже скрылась за дверями. Вероника выбежала из библиотеки. Снаружи никого не было. Она повертела головой. Никого.

– Секезда, – повторила Вероника. – Вот бы узнать, откуда эта женщина знает, что меня отберут? Блин, я ее где-то уже видела, причем совсем недавно… Робот. Точно, она похожа на робота из музея. Разговаривает как мы, спрашивает и отвечает. Совсем как человек. Вот это да!

Вероника почувствовала, что ее руки и ноги немного задрожали, руки стали липкими.

– Может просто показалось? Я так устала.

Она тяжело ступая направилась в спортивный зал, где многие готовились ко сну. Вероника посмотрела на настенные часы, они показывали десять часов. Ого, сколько прошло времени, она и не заметила.

Уже лежа в теплом спальном мешке, Вероника открыла книгу и тут же закрыла. Она зевнула, глаза начали слипаться.

– Что, отбой? – прозвучал рядом знакомый голос.

– Ага, – ответила Вероника.

Опять она рядом. И как только это у нее выходит?

–Кстати, итоги анкетирования озвучивали? – вспомнила Вероника.

– Да, но ничего конкретного, – зевнув ответила Зинка.

– В смысле? Говорили, что по результатам определят, куда кого отправят.

– Не знаю. Завтра. Все завтра.

Вероника застегнула мешок и закрыла глаза. Тотчас инопланетяне начали вылезать из банок и летали по комнате, выпучив глаза и смеялись огромными беззубыми ртами. Появился яркий луч света, из него вышел робот, сияя металлом. Где-то вдали заиграла веселая музыка, робот достал из-за спины сачок, как самурай меч, принялся ловить летающие существа, словно бабочек. Мелодия сменилась, заиграл марш. Робот вернул сачок на место, замаршировал к Веронике. Он наклонился к самому ее уху зашипел, вытащив раздвоенный язык. Инопланетяне снова принялись кружить под потолком, при этом переговаривались на непонятном языке. Неожиданно робот хлопнул в ладоши и крикнул: «Подъем!».

Вероника открыла глаза, голос эхом звучал в голове. Зинка стояла над Вероникой.

– Наконец-то. Ну ты и поспать.

Она положила свой спальный мешок в общую кучу и бросила через плечо:

– Завтракать.

Вероника вылезла из мешка и начала разминаться. Шея затекла, спина ныла. Оказывается, не так уж удобно спать, лежа на полу, да еще всю ночь в одном положении. Вместе с другими «сонями» вышла из спортивного зала. «А где Павел?» – вспомнила Вероника. Она оглядывала парней, но не находила его.

После сытного вкусного завтрака всех вновь собрали в холле. К трибуне подошла женщина и, призвав к тишине расшумевшихся студентов, громко произнесла:

– Доброго всем утра! Спешу вас обрадовать – списки уже готовы! Юношей просим пройти в музыкальный класс, девушки в класс иностранного языка. На ваших карточках обновились схемы. Пожалуйста, следуйте своими маршрутами.

Вероника еще раз огляделась. Павла нигде не было.

– Интересно, что с ним?

– С кем? – спросила Зинка, идущая рядом.

– Забей, – ответила Вероника и подумала: «Я это вслух сказала? Как так-то? Блин, мало того, что сама с собой разговариваю, так еще мысли вслух произношу. Пора с этим заканчивать, а то крышу совсем сносит от всего этого».

Новые подруги

Девушки вошли в класс. Бросился в глаза висевший на стене экран, демонстрирующий космическую тему. По обе стороны от него висели листки с фамилиями и инициалами, напротив значилось название. Вероника нашла свою фамилию.

– Секезда. Она знала.

– Ты куда? – подскочила Зинка.

Ее глаза светились, улыбка во весь рот.

– Секезда.

– Класс! Я тоже туда. Прикинь! Это где такая планета? Идем.

Зинка потянула Веронику к экрану.

– Девчонки, тише. Давайте послушаем.

Наступила тишина. Зинка нажала кнопку. На экране появилась Солнечная система. Голос робота произнес: «Солнечная система – это…»

– Не интересно, – сказала Зина. – Давай дальше.

Она перемотала немного и вот на экране закружились незнакомые планеты. Голос робота сообщал: «Айлисова система, следующая во Вселенной. Светило – Айлис. В системе пять планет. Планеты обитаемые. Воздух подходит для дыхания людей и подобных существ».

– Существ, – скривилась Зинка.

– Тише ты, – зашипели девчонки.

Вероника буквально впилась глазами в планету с названием Секезда. Маленькая, круглая, серая. Расстояние от солнца, то есть Айлис, большое. В общем ничего примечательного, планета, как планета. Голос тем временем вещал: «Единовластные правители Айлисовой системы – волшебницы. Система Россе…». На экране изменилось изображение. Зинка схватила Веронику за локоть и потащила из класса.

– Слышала? – Зинка была счастлива. – Волшебницы. Супер! Волшебницы, они ведь добрые?

– Наверное.

– Ну, в сказках они же добрые дела делают. Или нет?

– Это в сказках. А в жизни все сосем не так. Понятно?

– Это да. Все равно, круто! Волшебницы, Секезда. Вот ты думала, что с тобой такое произойдет?

– Точно нет.

– Вот. Одноклассники обзавидуются. Надо будет в Контакте выложить. Нам телефоны отдадут вообще, как думаешь?

– Сомневаюсь.

– Вот засада.

Зинка немного помолчала, потом спросила:

– Твои родители как отреагируют на то, что ты в такое путешествие отправишься?

– Мама, наверное, плакать будет. Она чуть что, сразу в слезы.

– А отец?

Вероника пожала плечами.

– Мои довольны будут, – сказала Зинка. – Точняк.

– В смысле?

– Я усыновленная. По-моему, я им надоела. Ладно, пофиг. Куда сейчас?

Вероника достала карту-схему и замерла.

– Что там? – Зинка достала свою. – Фига се. На ней ничего же нет.

Девчонки начали выходить из класса с картами в руках и недовольно переговаривались.

– Че происходит?

– Блин, что такое?

– Тише, – шикнула Зинка. – К нам идут.

И верно, к группе подходила женщина в строгом брючном костюме, с черной копной вьющихся волос.

– Девочки, – обратилась она к ним командным голосом. – Меня зовут Серафима Августовна. Я буду вас вести.

– Куда? – спросила Зинка.

Серафима Августовна смерила ее взглядом. Натянутая улыбка появилась на тонких губах, в иссиня-серых глазах загорелся злой огонек. Вероника напряглась. А Серафима Августовна неожиданно продолжила спокойным голосом:

– Вы будете в моем подчинении. Теперь я ваша мать и отец. Мы отправляемся на базу для подготовки к полету.

– А наши вещи? – снова за всех спросила Зинка.

– Твое имя?

– Зинка. Зинаида Генералкина.

– Будешь за главную. Никто не против? Отсутствие ответа – тоже ответ. Насчет вещей не беспокойтесь, они в целости и сохранности и будут ждать вас по окончании полета. Там, куда мы с вами сейчас направляемся, все необходимое имеется.

– У нас там телефоны, косметички, – резко прозвучал голос. – Кошельки, а в них, между прочим карточки.

Вероника исподволь посмотрела на девушку. Длинноногая рыжеволосая, с многочисленными пирсингами на лице. Ох и достанется же ей.

– Имя? – строго спросила Серафима Августовна.

– Анжела. Анжела Белова.

– Будешь отвечать за порядок в своем подразделении, то есть группе.

– Но…

– Отставить!

Серафима Августовна крикнула так, что все девчонки невольно вздрогнули, некоторые съежились от страха.

– Девочки, – продолжила она мягче. – Вам готовиться надо. Это не просто учеба. И, кстати, деньги вам не понадобятся. Если кто-то не готов, лучше сейчас уйти.

Вперед вышли пятеро худощавых невысоких девушек. Они сбились в кучку, опустив головы.

– Мы не готовы – сказала тихо одна из них.

Серафима Августовна с некоторым презрением окинула девушек.

– Хорошо, – сказала она. – Для вас проведут виртуальную экскурсию, как для тех, кому она выпала. Вы ничего не потеряете. Оставайтесь здесь, за вами придут. Остальные за мной!

Уже три месяца долгих, тяжелых Вероника и десять отобранных девушек жили на базе. Когда они туда прибыли, их встретили пятнадцать подтянутых симпатичных девчонок. Но через пару дней они исчезли. Утром еще все вместе завтракали, а на обед они не пришли и больше их никто не видел. Вероника и другие девушки были уверены, что те отправились в путешествие и немного завидовали.

Дни на базе проходили однообразно: тренировка и обучение с перерывами на еду и сон. Словно солдат готовили для переброски во вражеский стан, говорила Зинка, но ей здесь нравилось, Веронике тоже, если бы не еда. Кормили мягко говоря не вкусно. На завтрак обязательно каша геркулесовая, рисовая или овсяная, к ней бутерброд, состоящий из маленького тоненького ломтика черного хлеба, чересчур смазанного маслом и посыпанный зеленым сыром. Из напитков крепкий черный кофе или зеленый чай. На обед суп, в основном с большими кусками картофеля, капусты и мяса, на второе давали рожки или тушеную капусту. Отдельно предлагали жареную курицу, тушеную рыбу и отбивную. На ужин яичница с ветчиной, горячее молоко и французская булочка, иногда блины с медом.

– Это не ресторан, точняк, – сказала Зинка в первый день.

– В Центре обеды помните? – спросила Анжела. – Мм-м, вкуснятина.

– И красиво и вкусно, – подтвердила Вероника.

Но уже через неделю все тарелки на их и соседних столах оставались чистыми. Даже те, кто не любил какое-то блюдо, съедали все до крошки. Девушки уставали так, что быстро съедали все и буквально валились на кровать, а через пару минут по комнате разносились храп и сопение.

Учеба увлекала Веронику, столько новых, неизвестных знаний, нереальных событий и сведений. Ей не давались только межгалактический язык и физическая культура. Грамматика, фонетика, лексика языка оказались настолько сложными для Вероники, что учитель махнул рукой.

– Нет у тебя способностей к изучению языков, не старайся, – сказал он через неделю и вручил портативный переводчик. – Повторяй слова хоть так, может что-то останется в голове.

На «физре», как по привычке называли предмет девушки, Веронике тоже не везло. Тяжелые и изматывающие упражнения занятия на тренажерах, испытания в центрифуге, барокамере, на вибростенде, в условиях невесомости и на самолете под водой, все это выбивало из колеи. У нее даже начала развиваться фобия – страх физических нагрузок.

Выручила как всегда Зинка. Она предложила Веронике «выговориться и выплакаться», а потом придумала, что перед физкультурой они будут слушать музыку. Вероника не очень-то верила, что это поможет, но согласилась попробовать. Сначала ее раздражали незнакомые песни в стиле «медляк», которые они слушали в наушниках, один на двоих. Какие-то группы пели о неразделенной любви, об одиночестве, изредка встречались о нежной и чистой любви. Но после начала привыкать и это стало своеобразным ритуалом. Теперь Вероника без музыки не могла входить в спортивный или тренажерный залы.

Вообще Зинка прочно вошла в ее жизнь. Вероника настолько привыкла к ее постоянному присутствию, что, когда в один из дней подруга неожиданно пропала, она подняла панику. Случилось это перед обедом. У Зинки было индивидуальное занятие по самбо, она и раньше занималась, до прибытия на базу, а теперь тренировалась серьезно. Вероника вернулась с занятия на центрифуге, ее качало, подташнивало, а их пригласили в столовую. Идти не хотелось, но потом придется ждать долго ужина, а уроки еще не закончились. За столом Зинки не было, оказалось, что еще две девушки из их группы отсутствовали. Потом Вероника услышала, как за соседним столиком тоже обсуждали исчезновение нескольких девчонок.

– Слышишь? – кивнула Вероника Анжеле, сидящей рядом. – У них тоже не пришло несколько девчонок. Что это значит?