«Прощание с Матерой. Пожар (сборник)» читать онлайн книгу 📙 автора Валентина Распутина на MyBook.ru
  1. Главная
  2. Библиотека
  3. ⭐️Валентин Распутин
  4. 📚«Прощание с Матерой. Пожар (сборник)»
Прощание с Матерой. Пожар (сборник)

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Стандарт

4.48 
(99 оценок)

Прощание с Матерой. Пожар (сборник)

277 печатных страниц

2018 год

12+

По подписке
229 руб.

Доступ к классике и бестселлерам от 1 месяца

Оцените книгу
О книге

«Прощание с Матерой» – история о затоплении острова ради строительства Братской ГЭС. Деревне Матере суждено уйти на дно искусственно созданного моря – вместе с историей целых поколений, живших на этой земле прежде. На защиту своей маленькой родины выходят старики. Они не могут смириться с уничтожением изб, в которых родились и выросли, могил, где похоронены их предки, родных березок и сосен. Ведь там, где утрачена традиция, где разрушена связь человека с прошлым, с предками, с Богом, – возможно ли искусственно построить «новую жизнь» на руинах жизни настоящей?

В сборник также включена повесть «Пожар».

читайте онлайн полную версию книги «Прощание с Матерой. Пожар (сборник)» автора Валентин Распутин на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Прощание с Матерой. Пожар (сборник)» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 1976Объем: 499414
Год издания: 2018
ISBN (EAN): 9785171060220
Правообладатель
10 854 книги

Поделиться

serovad

Оценил книгу

Пожаров там - два.

Один - пожар в прямом смысле слова. Горят склады, в которых самое что ни есть народное и самое что ни есть добро. Почему горит - уже другой вопрос. Главное - горит. Горит на самом неудобном месте - горит там, куда воды доставить не так уж просто, особенно если пожарная машина только числится на балансе, а по факту уже на запчасти давно разобрана. Горит там, куда перевезли прославленную Матёру, а из неё уехали спасаясь от затопления. Но, как Распутин метко замечает, ...спасаясь от воды, кто думает об огне? И вот пожалуйста - склады горят.

Что до постройки, до того, чтоб с самого начала подумать о возможности огня,- русский человек и всегда-то умен был задним умом, и всегда-то устраивался он так, чтоб удобно было жить и пользоваться, а не как способней и легче уберечься и спастись.

Второй пожар - в душе Ивана Петровича, который либо борется с огнём, либо спасает народное добро. То так уж получается, что ни то, ни другое складно у него не выходит. Ну, не то чтобы совсем не выходит - бочка масла, мешки с мукой, ещё всякого добра он вытаскивает из полымя. А тем временем другим бы водку спасти. И вот, трепыхаясь, Иван Петрович успевает вспомнить половину жизни своей - и как всё было устроено, и как получилось так, что всё оказалось не устроено, хоть беги сломя голову.

Это уже в самом конце будет дан ответ:

- Что будем делать, Афанасий? Ты знаешь, что теперь делать, нет?
- Жить будем... Тяжелое это дело, Иван Петрович,- жить на свете, а все равно... все равно надо жить.

Так вот, того пожара, который в прямом смысле слова, в книге даже меньше будет. Через Ивана Петровича Распутин продолжает изливать свои убеждения, что всё-то у нас не устроено потому, что не держимся мы своих корней. Суетны стали. Мелочны. От истоков ушли. А где они истоки? Да вот, извольте цитатку прочитать. А потом ещё одну.

Четыре подпорки у человека в жизни: дом с семьей, работа, люди, с кем вместе правишь праздники и будни, и земля, на которой стоит твой дом. И все четыре одна важней другой. Захромает какая - весь свет внаклон. Это только в детских глазах мир выглядит как чудесный подарок, сияющий солнцем и наполненный людским доброжелательством. Чем дальше от рождения, тем больше поднимающееся солнце высвечивает его расстроенность и разнобой.
Чтобы человеку чувствовать себя в жизни сносно, нужно быть дома. Вот: дома. Поперед всего - дома, а не на постое, в себе, в своем собственном внутреннем хозяйстве, где все имеет определенное, издавна заведенное место и службу. Затем дома - в избе, на квартире, откуда с одной стороны уходишь на работу, и с другой - в себя. И дома - на родной земле.

Да. Можно много, конечно, рассуждать, что, мол, Распутин, это же известный воспеватель деревни, и чего ещё от него ждать, кроме как "В деревне лучше, чем везде, а особенно раньше, когда солнце светило ярче, трава была зеленей, лес под боком, а Ангара мельче". Да копните глубже - окажется, что не столько он о деревне, Валентин Григорьевич, сколько о внутреннем укладе человека. Да пусть твой дом - это квартира в хрущёвке. Всё равно это дом, и держись дома своего. И пусть люди, с которыми ты праздник правишь и горе заливаешь - не соседи по деревне, а сосед по площадке, с которым дай Бог раз в неделю увидишь, когда он покурить на лестницу вышел - всё равно держись людей, раз других Бог не дал.

Вот о чём речь. И пожар в душе Ивана Петровича как раз о том - нет у людей своих домов. Нет у людей своих людей. Растрясли себя, разменяли. И самое ценное, что из пожара вытаскивают - бутылки с водовкой. И не вы общую кучу чтобы свалить, разумеется, а в сторонку, в сторонку. Али в карман. Али за пазуху. Да побольше, побольше. И вообще, чего стесняться - прямо тут, на пожаре, в горло.

Что такое теперь хороший или плохой человек? А ничего. Устаревшие слова, оставшиеся в языке как воспоминание о дедовских временах, когда с простотой и наивностью человека оценивали по его душевным жестам, по способности или неспособности чувствовать, как свое собственное, чужое страдание. В житейской же практике уже тот ныне хороший человек, кто не делает зла, кто без спросу ни во что не вмешивается и ничему не мешает. Не естественная склонность к добру стала мерилом хорошего человека, а избранное удобное положение между добром и злом, постоянная и уравновешенная температура души. "Хата с краю" с окнами на две стороны перебралась в центр.

Что ещё сказать? Убереги Господь от пожара. Хоть такого, что не оставляет после себя ничего, хоть такого, какой был в душе Ивана Петровича. Потому что такой пожар тоже может после себя ничего не оставить.

21 марта 2016
LiveLib

Поделиться

KsyushaTitarenko

Оценил книгу

В далёких 60-х годах, на реке Ангара строят ГЭС. Это одна из самых красиво написанных книг, которые я когда-либо читала. Распутин берет душераздирающую ситуацию и создает прекрасную, горько-сладкую историю, наполненную очень реальными персонажами, живущими в месте, которое само по себе является персонажем из-за того значения, которое он играет в истории. Маленькую деревушку на острове Матёра скоро затопит! Кучка стариков должны в самый короткий срок покинуть свою очень маленькую Родину. Печаль и потеря дома понятны, и их можно почувствовать со страниц романа. Мысли персонажей, которые знают, что остров собирается затопить, и готовятся к переезду, болезненны. «Прощание с Матёрой» - это не просто повесть, это маленькая жизнь, прожитая за пару месяцев для героев этой истории. Как местные жители справляются с выселением и как они относятся к своему старому миру? Личная трагедия позволяет заново взглянуть на себя со стороны.

16 декабря 2021
LiveLib

Поделиться

Lutic

Оценил книгу

Это было уже не дыхание и не воздух, которым дышат, а быстрое и беспорядочное хватание выгоревшей пустоты.

О чем? Не знаю… обо всем. Простым и до одурения душераздирающим языком.

Вы хоть раз представляли себе, что чувствовал человек, прошедший войну, стоя в строю на Параде Победы. Почему-то именно этот Парад Победы мне покоя не дает. Пытаюсь, но не могу себе представить это чувство единства и нужности каждой загубленной человеческой судьбы, охватившее ИХ тогда. Какой мощи разрывная волна стола в воздухе? Сколько в ней было силы страдания и счастья? Нет.. это нужно пережить (хотя может кто-то и подскажет мне мемуары, где я об этом прочитаю?). А еще я думаю, нечто похожее люди испытали на Олимпийских Играх в 1980г. Нам уже не дано это ощутить. Мы это утеряли практически окончательно. Мы не стоим на своих ногах, мы не чувствуем и даже не видим друг друга, мы лишь пытаемся удержаться на вершине стремительно разрушающегося небоскреба, закрыв глаза и наивно полагая, что это и есть жизнь. Почему? Вот и Распутин о том же.

Недавно директор школы Юрий Андреевич, учительствовавший еще в
Егоровке, взялся подсчитать, сколько в шести деревнях, слившихся в Сосновку,
погибло народу за войну и сколько его сгинуло не своей смертью за последние
четыре года. Не своей смертью - это значит пьяная стрельба, поножовщина,
утонувшие и замерзшие, задавленные на лесосеках по своему ли, по чужому ли
недогляду. И разница вышла небольшая. Иван Петрович ахнул, когда услышал:
вот те и мирное время! А ведь знал он обо всех этих случаях, переживал их,
всегда что-то меняется и как бы смеркается в мире, когда уходит из жизни
знакомый человек, и ослабевает в тебе что-то с его уходом, будь он хоть
трижды непутевый, знал он о каждом отдельном случае и сокрушался, но
сведенные вместе, в одно число, поставленное рядом с другим числом, оно
подействовало на него оглушительно. Несколько дней он ходил сам не свой,
пытаясь что-то понять и понимая только, что невозможно понять, ничего
невозможно понять из того, что он пытается извлечь из этого страшного
равенства. Тут что еще: погибший на фронте взывал к справедливости и добру,
оставляя их вместе с душой и воспоминаниями, живущими среди родных, и
оставлял для движения и исполнения; сами того не подозревая, мы, быть может,
лет двадцать после войны держались этим наследством погибших, их единым
заветом, который мы по человечьей своей природе не могли не исполнять. Это
свыше нас и нас сильнее. Потратившийся же вот так, ни за понюх табаку, по
дурости и слепому отчаянию - дурость, распущенность и отчаяние после себя и
оставляет. Смерть - учитель властный, и чью сторону, доброго или худого, она
при своем исполнении берет, той стороны прибавляется впятеро.

Иван Петрович исступленно размышлял: свет переворачивается не сразу, не
одним махом, а вот так, как у нас: было не положено, не принято, стало
положено и принято, было нельзя - стало можно, считалось за позор, за
смертный грех - почитается за ловкость и доблесть. И до каких же пор мы
будем сдавать то, на чем вечно держались? Откуда, из каких тылов и запасов
придет желанная подмога?

Меня тронуло описание чувств к жене. Вот она – идеальная семья, где ты не можешь сделать больно другому человеку, потому что не в природе человеческой причинять страдание самому себе.
Поразил эпизод с Мишей Халмо, чья глупая смерть являет собой навечно сплетенные в схватке порок и добродетель, правду и совесть, жизнь и смерть. Собственно говоря, ради чего он умер?

Пожар.. .здание за зданием горит выстроенное годами, бережно хранимое спокойствие в душе. И не спасешь, не вытащишь свои ничтожные пожитки – потому что все в этом мире, как и ты сам, смертно.

Тебе чудится, что ты знаешь, где находится в тебе совесть, где воля,
где память где возникают желания и откуда берутся запреты и ограничения. Ты
не знаешь места их расположения, но представляешь, по каким связям следует
посылать сигналы, чтобы они отозвались. Совесть заговаривает в тебе не сама
по себе, а по твоему призыву. Ты полагаешь, что так и должно быть в вверенных
тебе границах: чтобы ты с опережением вмешивался в готовый ли раздаться
ропот или ослабевающее согласие, чтобы ты выходил первым и заговаривал!
прежде, а не являлся по требованию.
Ты и они. Ты - властелин, несущий в теле своем, как в царстве, все его
города и веси, все установления и связи, все пороки его и славу. И они,
составляющие таинственную жизнь твоего мира. Это и одно целое и розное. Одно
целое и неразрывное - когда правят мир и согласие, когда возникающие
недоразумения, без которых никакая жизнь не обходится, существуют только до
той поры, пока не рассудит разум. Именно так: недоразумение - до разума. И
розное - когда наступает разлад и когда принадлежащие тебе владения
отказываются тебе повиноваться. Только тогда приходит догадка, что они
сильнее тебя. Потому что это они составляют твои поступки и мысли,
направляют твои движения и добывают звуки из твоего голоса. Потому что в
конце концов ты смертен, а они нет, они были в тебе по велению какой-то
неясной могущественной силы, которую ты так и не смог соединить в образ. И
это она, а не ты, была их властелином, а ты был лишь временной их обителью,
слабой оболочкой всего того, что они вместе из себя представляли и откуда
они искали согласия и соединения с миром. Ты не оправдал их надежд и не
донес, не показал, что тебе было велено. А это значит, что ты не был собой.
Кем угодно ты был, но только не собой, и не с тобой, а лишь с именем твоим,
станут прощаться, возвращая тебя обратно.
Одно дело - беспорядок вокруг, и совсем другое - беспорядок внутри
тебя.

Ты можешь только идти и искать, зная наперед, что не найдешь никогда.

Молчит, не то встречая, не то провожая его, земля.
Молчит земля.
Что ты есть, молчаливая наша земля, доколе молчишь ты?
И разве молчишь ты?

Спасибо, что осилили. Это лишь то, чем я хотела поделиться. Осильте уж всю книгу, она не такая уж большая, но она Огромна.

9 апреля 2012
LiveLib

Поделиться

будто когда-то нижний остов вознамерился обойти передний и уже разогнался, отвернул, но отчего-то застрял. И пришлось Матёре брать Подмогу на буксир
14 января 2022

Поделиться

Ты посмотри, – обрадовался ему «медведь»
11 апреля 2021

Поделиться

И вдруг заметалась, забилась в сенях, наскакивая на стены и уронив ковшик с ушата, в последнем отчаянии влетела в избу и присела, готовая хоть под топор
11 апреля 2021

Поделиться

Автор книги