«Забыла?» – мысль вдруг задержалась на этом слове и придвинула его к Люсе ближе. Забыла… Вот оно наконец то, что, не открываясь, с самого начала сегодня томило её молчаливой давней обидой, помимо её желания, не давая свернуть в сторону ни на шаг, вело Люсю по местам, которыми ярче всего была отмечена её прежняя деревенская жизнь, – вело до тех пор, пока Люся не призналась: забыла. В самом деле, там, в городе, она за последние годы всё забыла – и воскресники по весне, когда заготавливали дрова, и поля, где работала, и завалившегося Игреньку, и случай у черёмухового куста, и многое-многое другое, что бывало ещё раньше, – забыла совсем, до пустоты.
