Цитаты из книг автора «Уте Эрхардт»

Тот, кто не может прямо признать свои собственные интересы, кто идет в обход, избегает честной борьбы и опасается последствий сохранения самоуважения, тот не сможет его завоевать, а будет лишь всячески препятствовать собственному развитию и свободе. Выйти из роли отчаявшейся, уступающей и улыбающейся означает честно и открыто сражаться и настаивать на своих интересах. И точно так же смело завершать связи, в которых многие важные мелочи решены не в вашу пользу. Такое поведение превращает женщин не в сварливых и озлобленных старух, а в самостоятельных и свободных женщин. Выход из МЛ-ловушки делает их жизнь более независимой, менее охраняемой, предопределенной и спокойной, но и значительно менее скучной, зависимой и искусственной. Если женщина действительно хочет пользоваться равноправием, то она должна осознать: только самостоятельная женщина может быть равноправной. Как нельзя быть немножко беременной, так и нельзя быть немножко равноправной.

Он польстил ей: «Ты делаешь это гораздо лучше меня». Он пригрозил ей: «Если каждый будет заниматься хозяйством, наступит хаос». Он подверг сомнению их отношения: «Я думаю, твои чувства ко мне изменились». Он попытался воздействовать нежностью. Затем накричал на нее. Но Гезина оставалась тверда. «Ты будешь убирать ванную!» — выставляла она ясное и определенное требование. Все его попытки воздействовать на нее Гезина комментировала очень серьезно, решительно или насмешливо. Она просто решила это бесповоротно: или он оставит эту манеру увиливать от домашней работы, или их отношениям придет конец.

Он чувствовал, что на него давят, и так оно и было на самом деле. Однако Гезина поняла, что если уступит сейчас, то можно сразу переселяться. Гневно и сердито она смотрела на своего друга, не собираясь отступать ни на сантиметр от своих требований. Гюнтер это ощущал, глядя на нее сердито и задумчиво. Внутренне он признавал право Гезины, но попытался поколебать ее уверенность.

— Гюнтер, когда ты убираешь ванную комнату? Он удивленно взглянул на нее: — Я еще ни разу ее не убирал. — В том-то и дело! И я хочу, чтобы ты это делал. — Что за вопросы ты поднимаешь? Гезина осталась невозмутимой. — Вот уже несколько месяцев я злюсь оттого, что ты увиливаешь от уборки. Но больше я не буду этого терпеть. Или мы найдем решение, или очень серьезно поссоримся. И никто — ни ты, ни я — не знает, чем закончится эта ссора.

Гезина решила сделать своим принципом не бояться больших и маленьких конфликтов. С такой установкой она добилась того, что Гюнтер делает часть ненавистной обоим уборки. Гезина с самого начала точно знала, чего хочет, и шла прямым путем. После одной милой беседы за кофе она спросила его почти мимоходом:

Женщины, которые хотят избавиться от подчиняющегося поведения, долго будут слышать фразы из детства: «Это нельзя, это не принято, ты сделаешь хуже для себя, ты выглядишь смешной, ты словно фурия… Ты мужеподобна, нужно быть милой, иначе никто не захочет с тобой иметь дело…» Женщины редко осознают, какой вред причиняют себе своим поведением. Они невольно рисуют в голове картину, которая низводит их до служанок. Тот, кто редко говорит напрямик о своих желаниях, кто всегда охотнее следит за желаниями других, становится тихоней — и никакая улыбка не помогает. Подумайте сначала: «Чего хочу Я?» Поставьте свои цели на первое место!

Петер был немного нетерпимым, но это ей редко мешало. Она всегда охотно выражала готовность поддержать его мнение. Особенно это проявлялось тогда, когда Петер, бросая на нее этакий барский покровительственный взгляд, намекал, что вопрос должен быть решен только при помощи логики, а именно — высшей логики, понять которую может лишь он. Высшая логика стала для Рики синонимом ее неспособности постичь ход мыслей Петера. Она была благодарна за то, что получила мужа с высшим образованием, и пыталась усвоить некоторые из его сильных аргументов. Однако со временем Рики установила, что Петер очень вольно обращался с этими аргументами.

Форма подчинения при помощи симуляции глупости и некомпетентности не слишком хороша для повседневной жизни, но в профессиональной она становится просто опасной. Получить благосклонность окружающих, признание и успех таким путем невозможно. Ни один начальник не будет поощрять женщину, которая и не пытается добиться результата. Успех приходит к тем, кто сам берет дело в свои руки, сам принимает решения, а проблемные ситуации рассматривает как возможность продемонстрировать свои лучшие качества. Но даже те женщины, которые этому уже научились, невольно сами себе ставят подножку, сопровождая удачные действия и высказывания скромной и сдержанной улыбкой.

Тенденция к подобному подчинению начинает проявляться рано. В детстве у девочек и мальчиков уже вырабатываются различные образцы речи. Если девочка скорее спросит «Можно ли сделать то или другое?», то мальчик скажет утвердительно: «Я хочу!» У взрослых женщин это выглядит как «Что вы скажете, если…» или «Если никто не возражает, мы могли бы…», «Если ни у кого нет других предложений, то…» И эта сдержанность не удивляет, ведь если маленький мальчик на свое категоричное «хочу!» получит в крайнем случае упрекающий взгляд и улыбку, то девочку непременно поправят: «Нужно сказать: я хотела бы… или можно мне…» Иначе говоря, девочку неизбежно обучают подчиненным формам речи. Школьный учитель рассказал мне о своих проблемных ученицах. Одну из них он осуждал за эгоизм. Основой для такой оценки послужило ее рвение ответить первой, обязательно получить слово. Это показалось учителю ненормальным для девочки. Другую ученицу он охарактеризовал как самовлюбленную и самодовольную. Она с высоко поднятой головой выслушивала его критику и замечания, а также требовала объяснений его оценкам и претензиям. Здоровое чувство самосохранения учитель нашел неуместным и вызывающим, потому что, по его мнению, девочки должны быть тихими и сдержанными. Точно такое же поведение мальчиков почти наверняка было бы воспринято гораздо более терпимо. Вплоть до пубертатного периода девочки воспринимаются как слабейшие, несмотря на то что как раз в пятом и шестом классах они обычно выше и сильнее своих сверстников. На уроках физкультуры это выражается в том, что лишь мальчикам доверяют вытаскивать и убирать спортивные снаряды. Подчас в связи с этим девочки чувствуют определенную дискриминацию. В одном из классов они решили, что сами будут делать эту работу, но, хотя девочки были сильнее, мальчики воспротивились такому положению вещей. Тем самым они хотели доказать свое мужское превосходство.

Послушным девочкам запрещено произносить ругательства, сильные выражения и сексуальные двусмысленности. Выражаться непристойно или агрессивно считается совершенно неженственным. Когда мужчина говорит «дерьмо», это вряд ли кого-то приведет в бешенство. Но если то же самое скажет женщина, почти все окружающие будут возмущены. Едва ли женщинам приходится сильно сдерживаться, чтобы не употреблять сильных выражений. Они просто не позволяют себе заходить так далеко. Иногда это все же происходит, в основном в качестве ответа на грубость. И, выпустив пар таким образом, женщины чувствует себя легче. Но все же чаще они прикусывают язычок, желая избежать конфликта, и гораздо охотнее могут промолчать, чем сказать что-то неправильное. При разногласиях с мужчиной женщина часто не возражает, а замыкается. В лучшем случае о том, что она действительно думает, узнает ее близкая подруга. Причем, скорее всего, разговаривая о мужчинах, женщины будут о них говорить с насмешкой. К сожалению, шутки в этом случае остаются оружием слабого против сильного. Главное, считает женщина, что мир сохранен, а агрессию ей удалось спрятать, не причинив никому вреда.