– Я очень беспокоился об этой книге. Очень.
– Почему?
– Я хотел, чтобы мои дети узнали обо мне больше, – сказал он. – Я не всегда проводил с ними достаточно времени, и мне захотелось, чтобы они поняли меня. Что мной двигало. А когда я заболел, мне вдруг стало ясно, что люди будут писать обо мне после моей смерти. Но они же ничего не знают и все переврут. Поэтому я хотел, чтобы кто-нибудь услышал меня.
За последние два года он ни разу не спрашивал о книге или о моих выводах. Теперь же он сказал:
– В книге наверняка будет много такого, что мне не понравится.
Это был скорее вопрос, чем утверждение, и когда он взглянул на меня, ожидая ответа, я кивнул и с улыбкой подтвердил, что это так.