Цитаты из книг автора «Уильям Берроуз»

Когда сидишь на опиатах, то не пьешь.

Кто-нибудь из вас видел, как выступает доктор Тетраццини? Я не случайно говорю «выступает», ведь его операции были настоящими представлениями. Обычно он начинал с того, что через всю операционную метал скальпель в пациента, а потом выходил на сцену в манере артиста балета. Резвостью он обладал необычайной. «У меня они умереть не успевают», – говаривал он. Опухоли приводили его в бешенство. «Ебучие недисциплинированные клетки!» – рычал он, набрасываясь на опухоль, как поножовщик.

Часовой в форме из человеческой кожи: чернокожая куртка с пуговицами из желтых кариозных зубов, блестящий эластичный пуловер медно-красного индейского цвета, широкие брюки, покрытые северным юношеским загаром, сандалии из мозолистых подошв молодого малайского фермера, пепельно-смуглый шарф, завязанный узлом и заправленный под свитер. (Пепельно-смуглый – это сероватый цвет смуглой кожей, иногда встречается у людей смешанного черно-белого происхождения, если смеси не получилось и цвета отделились друг от друга, как масло и вода…)

Я познал формулу джанка. Опиаты – это не способ увеличить удовольствие от жизни, подобно алкоголю и траве. Джанк – не стимулятор, это образ жизни

Однажды просыпаешься, и на тебе – ломка, готово, парень, приехали.

Некоторых людей вычисляешь на предельном от себя расстоянии, тогда как в личности других не уверен, пока не приблизишься вплотную. В большинстве своем джанки четко выделяются в фокусе глазного объектива. Прошло достаточно времени, чтобы при виде Старого Айка у меня от удовольствия забурлила кровь в жилах. Когда ты на джанке, пушер – как любимая для влюбленного. С нетерпением ждешь его особых шагов в коридоре, условного стука, пристально разглядываешь мелькающие перед тобой лица на городских улицах.

К наркотикам привыкаешь, потому что в других сферах деятельности нет особо сильных желаний, привязок, стимулов, нет мотивации. Джанк заполняет собой пустоты. Попробовал я его главным образом из любопытства. И поплыл по течению, ширяясь, когда только мог затариться. А закончил подсевшим. У большинства говоривших со мной наркоманов все протекало по схожему сценарию. Они не могут вспомнить какой-либо конкретной причины, по которой они стали употреблять наркотики. Это происходило само собой… Они просто торчали, пока не подсели. Если ты никогда не ширялся, то не сможешь четко осознать, что значит нехватка джанка при особой потребности наркомана в нем. Не ты решаешь, стать ли тебе наркоманом. Однажды просыпаешься, и на тебе – ломка, готово, парень, приехали.

Плановые абсолютно не похожи на джанки, которые дают тебе деньги, получают свой джанк и уматывают без лишнего пиздежа. Плановые, как правило, так не поступают. Они ждут и надеются, что ты их подогреешь, отсыпешь, сделав жизнь вечным халявным праздником, и будут с полчаса доставать, уламывая тебя продать за два доллара, а не за три, отсыпать в кредит, по дружбе, по причине личных неприятностей и т. п. А если оборвешь и сразу перейдешь к делу, скажут, что ты обломщик, приземленный, напряжный тип, которого ничего, кроме денег, не интересует. На самом-то деле, учитывая кидалово, продавец не должен прямо так заявляться и объявлять во всеуслышание, что он – это он. Продавать надо своим, да и то избранным, чувакам и чувихам. Для остальных ты – зачумленный барыга без совести и чести. Все знают, что ты барыга, но сказать так вслух считается дурным тоном. Бог его знает, почему. Для меня плановые непостижимы.

Завтрак, как всегда, голый. Если цивилизованные страны хотят вернуться к друидическим обрядам повешения в Священной роще или упиваться кровью вместе с ацтеками и поить их богов кровью человеческих жертв, пускай же они увидят, что едят и пьют на самом деле. Пускай они увидят, что находится на конце этой длинной газетной ложки.

Искаженный образ Человека вторгается в каждую минуту и в каждую клетку… Нищета, ненависть, война, полиция-преступники, бюрократия, безумие – вот симптомы заражения Человеческим Вирусом.