Цитаты из книг автора «Уильям Риттер»

Что касается нас, то мы имеем сейчас два варианта. Можем обратиться за помощью к человеку, обладающему большим опытом выслеживания животных в этих лесах и ухода за необычными существами, либо можем не звать мистера Хадсона и попытаться дать отпор дракону самостоятельно. Не то чтобы я считал нас совсем беспомощными – когда меня загоняют в угол, я способен на многое, – но я не хочу объяснять зверолову, почему мы охотились на дракона без него. А вы?

И если я еще хоть раз услышу о том, что вы позволяете другим людям принимать важные решения за вас, то мне придется серьезно пересмотреть условия нашего контракта. Я нанял вас за ваш ум, мисс Рук. Мне не нужна ассистентка, не способная думать самостоятельно. – Да, сэр, – сказала я. – Благодарю вас, сэр.

Если вы пришли, чтобы украсть самую бесполезную собаку в мире, то я уже готова сама отдать ее вам. Изогнув шею, собака посмотрела на свою хозяйку снизу вверх. – Можешь не стараться, Тоби, никому ты не нужен.

Послушайте, а это не о вас случаем писали в газетах несколько недель тому назад? – было слышно, как спрашивает он. – Что-то там про добропорядочного оборотня? – Та статья была в высшей степени неточной, – отвечал Джекаби.

Я еще не нашел металл, который она не могла бы расколоть, но ее клюв застревает в пробке.

Нет… как бы сказать… свинцовый аромат Сатурна с налетом стигийской неотвратимости… – Что все это значит, вы понимаете? – обратился Хадсон ко мне за помощью. – Наверное, какой-то необычный сорт сыра.

Постарайтесь в мое отсутствие больше не обижать никого из обитателей этого дома, ладно? Внешне Дуглас любит храбриться, но в душе он очень раним.

Делаю серебряную подкладку для шеи. Я уже взял на себя смелость осыпать вашу дорожную шляпу горчичным семенем. Можете не благодарить. – Очень любезно с вашей стороны, сэр. Могу я спросить, зачем?

Он протянул мне записку, вытаскивая камертон из пакета. Дежурный по участку написал всего три слова. Прочитав их, я улыбнулась. «Прекрасно вас понимаю».

Когда Джекаби закончил диктовку и вышел из комнаты, я написала второе письмо. В нем значилось: «Верните, пожалуйста, камертон Джекаби. Он становится совершенно невыносим». Именно его я и отправила с утренней почтой. Курьер пришел тем же вечером.