Глава 3. Отцы-основатели

Когда я был подростком, все указывало на то, что моя жизнь будет связана с криминалом. Я практически не появлялся в школе, шатался без дела по улицам, курил травку, попадал в неприятности и нарывался на проблемы с полицией. Ничего серьезного — в основном воровство и хасл¹³. В очень редких случаях мы промышляли магазинными кражами: прятали товары под полы длинных кожаных плащей и давали деру, но чаще обносили дома, проникали в офисы и торговали травой.

Все это могло занять куда более значимое место в моей жизни, останься я в Ноул-Уэсте. Но сказать, что уже тогда планировал стать известным музыкантом и свалить оттуда, тоже не могу: я понимал, что таким, как я, это попросту не светило.

Как понимал и то, что вряд ли смогу пойти по стопам Мартина и Тони: для гангстера у меня был слишком мягкий характер. Достаточно было видеть, как они вели свои дела, чтобы осознать, что такая жизнь не для меня. Дяди были жестокими и беспощадными людьми. Я, конечно, тоже занимался кое-чем незаконным, но до них мне было далеко.

Вы когда-нибудь видели крохотные окна ванных комнат в муниципальных домах? Поскольку я был мал ростом, то спокойно мог пролезть через любое из них в квартиру. Оказавшись внутри, я открывал входную дверь, и мы с кем-нибудь из моих кузенов брали все, что плохо лежало. Обычно все происходило спонтанно: я заходил к двоюродному брату без каких-либо планов, и тот уговаривал меня прошвырнуться по району. По пути мы останавливались у одного из домов, и, недолго думая, он пропихивал меня в окошко на первом этаже. Все из-за моих небольших размеров.

Так что я был не в ладу с законом уже с самого детства. Позже я познакомился с одним пареньком по имени Никки Типпит. Он был не таким, как все, этот Никки — бунтарь и гроза района. Мне в то время было примерно шестнадцать лет, ему около четырнадцати. Несмотря на юный возраст, он разбирался в уличной жизни лучше большинства своих старших друзей. Порой возникало ощущение, что Никки родился на улице. Он был настоящим ноул-уэстерцем, хоть и родился в смешанной семье.

Именно из-за Никки я свернул на скользкую дорожку. Подумать только: какой-то мальчишка то и дело подстрекал меня на различного рода проделки, хотя по логике инициатором должен был быть я. Никки был по-настоящему дерзким: вламывался в дома, угонял машины, одним словом, пытался стащить все, что попадалось под руку.

Мы нереально круто проводили время вместе. Правда, в отличие от Никки, для меня все происходящее было развлечением. А вот мой друг был не из тех, кто мог просто кинуть камень в окно или постучать в дверь и убежать. Самое безобидное, что он мог сделать с целью позабавиться: угнать машину, чтобы просто прокатиться. Сколько его знал, все, чем занимался Никки, было ради наживы. В свои четырнадцать он думал только о том, как провернуть очередное дело! Никогда не видел, чтобы он вел себя как обычный ребенок. Да что там, я даже не помню, чтобы мы играли с ним в футбол или просто веселились, конечно, если это не было связано с деньгами.

Однажды, проходя мимо какого-то дома, Никки внезапно остановился и сказал:

— Прислушайся!

— Что?

— Ничего не замечаешь?

— Вроде бы где-то звонит телефон, — ответил я.

— Именно! И никто не берет трубку, — улыбнулся Никки и перепрыгнул через ограду.

В детстве Никки был единственным из моих знакомых, кто умел водить машину. Если мне не изменяет память, впервые он сел за руль лет в пятнадцать. Прав у него, разумеется, не было. Мы с ним скинулись пополам (примерно по двести пятьдесят фунтов каждый) и обзавелись красивейшим Ford Cortina. Но даже это не смогло отбить у Никки охоту угонять чужие машины.

Чаще всего мы проводили время вдвоем. Иногда к нам присоединялся наш общий друг — Уитли Аллен. К сожалению, Никки уже нет с нами — он умер несколько лет назад. Уитли помнит те годы гораздо лучше, чем я.

УИТЛИ АЛЛЕН: Я познакомился с Эдрианом в то время, когда он встречался с подругой моей девушки. Он тогда жил у своей бабули в Тоттердауне, а я ошивался неподалеку как раз из-за той самой девушки, так что в итоге наши пути пересеклись. Мы быстро выяснили, что у нас куча общих знакомых, и, по сути, мы были из одной тусовки, хотя и росли в разных частях Ноул-Уэста — к тому же мы оба черные.

Когда мы с Эдрианом наконец познакомились, то сразу же нашли общий язык. Между людьми порой возникает такая связь — ее сложно объяснить. Мы обнаружили, что у нас с ним схожие интересы, и практически все время стали проводить вместе. Даже находясь в большой компании, держались друг друга. Мы редко что-то планировали: просто брали и делали. Мы не следовали друг за другом — оба вели. Он мог положиться на меня, а я на него. Я бы сквозь огонь прошел ради Эдриана, а он — ради меня.

Однажды во время прогулки по Истону рядом с нами притормозила машина — за рулем оказался отец Эдриана. Он опустил стекло и спросил: «Что вы тут делаете?» Рядом с ним на пассажирском сиденье сидел мой отец! Мы с Эдрианом потеряли дар речи: «Вы это серьезно?!» — а те просто взяли и укатили, даже не предложив нас подбросить! У нас определенно было так много общего, что мы этого даже сами до конца не осознавали. Полагаю, именно поэтому мы и зависали вместе. Это судьба, не иначе.

Чего мы только вместе не делали, как он говорил, «чисто из любопытства». Мы вытворяли всякое, в том числе и чтобы привлечь внимание девушек. Мы попадали… хотя нет, наверное, лучше сказать, он попадал в кучу ситуаций, когда единственной фразой, которая вертелась у меня в голове, была: «Только не это!»

Взять, к примеру, мою сестру — она на дух не переносила Эдриана. Если он заходил к нам, когда Грейс была дома, та демонстративно вставала и уходила. Надо отдать парню должное, однажды он подошел к ней со словами: «Меня все это порядком достало, Грейс. Может, скажешь уже, что я тебе сделал?» — а она такая: «А то ты не знаешь!» Короче, с тех пор их отношения стали лучше. Ходить вокруг да около было не в стиле Эдриана.

Мы с ним и еще одним парнем по имени Никки Типпит частенько творили всякую дичь. И опять же: еще до встречи с Эдрианом я знал мать Никки и его семью, а Эдриан был знаком с Никки, и только спустя какое-то время мы пересеклись все втроем. Никки, хоть и был смешанного происхождения, являлся настоящим ноул-уэстерцем, к тому же был прирожденным домушником. Воровать для него было все равно что дышать. Как-то раз они вдвоем с Эдрианом собирались на дело, но в назначенное время тот не появился на месте, так что вместо него пошел я, и в итоге мы неплохо подзаработали.

Старшие братья Никки были больше по части драк, ведь если ты из смешанной семьи и живешь в Ноул-Уэсте, нужно уметь постоять за себя, иначе тебя сотрут в порошок. Их звали Ллойд, Майкл, Стивен и Айван. Никки был самым младшим из них, поэтому ему не приходилось решать вопросы силой, ведь у него за спиной стояла вся его семейка. Он был менее жестоким, чем они, но в плане криминала мог дать фору любому. Никки любил пошалить, он был проницательным и хитрым, но в то же время славным малым, поэтому мы с Эйдом проводили с ним довольно много времени.

Каждую свободную минуту Никки думал о том, какой бы еще дом обнести. Он вечно подначивал нас: «Погнали на дело!» Как-то раз, когда мы уже орудовали в чужом доме, я засуетился: «Пора валить!» Услышав в ответ «Ты спятил? Здесь еще куча добра!», я начал нервничать: «Заканчивай, Ник!» Он был готов провести там весь день, обшаривая ящик за ящиком. Таких, как Никки, еще надо поискать. Я так не умел, мне проще было провернуть все по-быстрому — зашел-вышел. А Никки вообще не парился — спокойно продолжал заниматься своим делом.

Не скажу, что на кражах мы много зарабатывали. Для нас с Эдрианом это был способ свести концы с концами: нам было по шестнадцать-семнадцать лет, и мы нигде не работали. Как правило, все начиналось с вопроса: «Ну и на что будем тусить в выходные?»

Мы не грабили дома в Ноул-Уэсте. Зачем гадить у себя под носом? Мы работали в районах, где жили представители среднего класса — люди побогаче. Сперва мы ходили пешком, но на своих двоих далеко не уйдешь. Вот тут-то у Никки и созрел план насчет авто.

Никки положил глаз на одну малышку — роскошную Cortina E красного цвета с деревянной приборной панелью. Он загорелся идеей купить ее. Машина была выставлена на продажу, но у него не хватало денег, так что он подбил нас на очередное ограбление. На кону была тачка и некоторое количество наличных. Мы хорошо заработали и стали гораздо мобильнее.

Никки было еще рано водить, но это его не останавливало. Думаю, из нас троих только я ни разу не сидел за рулем этой машины, но мне казалось, что с ее появлением мы можем поехать куда угодно — в итоге мы отправлялись в Саутмид и катались по окрестностям. В свои четырнадцать ради достижения цели Никки был готов на все. Большинство его сверстников о таких вещах даже не задумывались.

У нас с Эдрианом были и другие общие знакомые, например Дин Рид из школы Никки. Семья Дина сначала жила в Саутмиде, а затем они переехали в Брислингтон. Забавный парень, невысокий, как и Эдриан, у них вся семья такая. А еще у него было дофига братьев, и все драчуны.

Эдриан, скорее всего, будет утверждать, что Дин был первым темнокожим парнем, который пользовался подводкой для глаз. Он делал себе прическу с эффектом мокрых волос, подводил глаза, и в таком виде вместе с Эдрианом они отправлялись в Reeves — клуб в белом районе, где жили представители среднего класса, но их это ничуть не смущало, хотя и приходилось постоянно драться. С одной стороны клуб примыкал к отелю, и как-то раз, когда мы были в холле этого отеля, до Эдриана и Джуниора (брата Дина) докопался таксист. Есть такие ублюдки, которые вечно цепляются к самым мелким. Я был покрупнее, так что ко мне не лезли. У Джуниора в тот момент в руке была сумка, и, когда таксист начал орать, он отбросил ее в сторону, развернулся и врезал ему. Чувак упал на землю, а Джуниор продолжил разговор, словно ничего не произошло.

Еще был Крисси Морган по прозвищу Гриппер. Очередной сорвиголова, тоже смешанного происхождения. Его дед — типичный ямайский старикан, суровый и злющий, как черт, — частенько его поколачивал. У Гриппера было три брата и две сестры, дед держал их всех в ежовых рукавицах. Девчонок из их семьи я предпочитал обходить стороной. Старшую звали Мелита (ее вообще лучше было не трогать), а младшую — Мария. Как-то я подхожу к их дому и вижу, как Мария лупит Гриппера прямо на улице. Они поцапались еще в доме, и словесная перепалка переросла в драку. Когда бедняга не выдержал и решил удрать, Мария догнала его и продолжила избивать уже на улице. Сурово!

Гриппер был, как бы это лучше сказать… обаятельным бандитом. Он был крепким парнем, но при этом еще и дьявольски быстрым. Ему бы стоило стать боксером. Во времена популярности Тайсона один тренер хотел увлечь Гриппера боксом, но тот особо к этому не стремился. Он был обыкновенным жуликом и промышлял угоном велосипедов, мопедов и самокатов — собственно, это все, чем он занимался. Позже Гриппер переключился на квартирные кражи и подсел на крэк, но это случилось уже после того, как наши пути разошлись. Пока мы тусили вместе, он был чист и даже не баловался травкой.

Гриппер был ровесником Никки. В чем-то они были даже похожи, но все равно находились на совершенно разных уровнях — до Никки ему было, как до луны. Никки был недосягаем.

ТРИКИ: Хорфилд — мужская тюрьма категории «B» — расположена на севере Бристоля, на противоположной от Ноул-Уэста стороне города. Казалось, что все в моем окружении давно смирились с тем фактом, что рано или поздно окажутся в ее стенах. Мои дяди, кузены, многие из друзей и даже их дети уже успели побывать в Хорфилде, поэтому я был практически уверен, что когда-нибудь и меня постигнет та же участь.

К тому времени меня уже несколько раз арестовывали и доставляли в полицейский участок Ноул-Уэста. Все начинается с мелких проделок и ночи, проведенной в камере. Но это все детские шалости, к тому же правоохранители не имеют права задерживать молодых ребят надолго. Постепенно к такому образу жизни привыкаешь и где-то в глубине души начинаешь понимать, чем все это закончится. Тюрьма — это всего лишь следующий логичный этап.