Отзывы на книги автора «Томас Харди»

Печально наблюдать уход традиций... Автор небольшим и незамысловатым на первый взгляд сюжетом показал всю палитру эмоций при смене привычных бытовых действий, с явно звучащей ноткой ностальгии по неизбежному. А в условиях неторопливости тогдашнего существования эти нотки звучат особенно громко.
Сейчас, в наше время, это не так заметно: время и жизненный цикл каждой традиции стал так короток, что говорить уже о традициях разных поколений более сложно. Ведь сейчас бок о бок живут люди, топившие печку углем (да и я попадала в такие условия, никаких буколических воспоминаний не сохранилось, только радость от последующего перехода к цивилизации) и водичку бравшие в колодцах. А уж стационарный телефон - редкость и признак состоятельности. И люди, настолько зависящие от "одной кнопки", что и зарабатывать и тратить деньги могут не выходя из комнаты. Поэтому традиции, веяния, моды сменяются с невероятной быстротой, не позволяя особенно долго ностальгировать и задумываться от мелькающих и все ускоряющихся изменениях.
Такое долгое лирическое отступление от того, что мне показалось, что произведение не так поверхностно и лубочно, как его описывают сухие аннотации. Да, сюжет не сложный, помноженный на особенности ментальности и воспитания, религиозные воззрения (так отличные от наших, вспоминаю "Соборян" Лескова) и специфику гендерных отношений того времени.
Однако же каждый тут может найти "свое". Кто-то скажет, мол, вот еще одно подтверждение, что все беды от женщин (от "Шерше ля фам" до "Сердце красавицы..."), вот вертихвостка пришла и положила конец отличному начинанию местной самодеятельности и самоорганизации. Кто-то скажет - да давно пора было что-то менять, они уже закоснели в своих пуританских начинаниях, и автор это прекрасно показал на конкретных примерах. Кто-то плевать хотел на политику и самодеятельность, но обрел счастье в мирных бытовых жизнеописаниях очень неторопливой английской глубинки, которая не раздражает и не цепляет, как наше родное, и поэтому читать можно абстрагированно, получая удовольствие от самого эффекта присутствия. Кто-то в поисках наблюдений за человеческой натурой восхитится - ну надо же, какие непередаваемо занимательные дуболомы, не это ли соль земли британской? Кто-то будет искать реалии в символично указанном названии - где же дерево, а хор как же? И если последние будут не совсем удовлетворены, так как дерево будет только в конце, символично и символически, а хор больше показан опосредовано, с основным акцентом на отношения людей, чем на песни и мероприятия, то остальные вдосталь найдут пищи для размышлений.
А кроме того интересно подмечать особенности и метаморфозы отношений от первого влюбленного взгляда до "соединения любящих сердец". Парень неделю (!!!) думал как подойти и просто отдать ей платок, и что было дозволительным, а что нет в общении юной девушки и мужчин - интересные двойные стандарты, и против системы не попрешь. Да, романтичное начало отношений, когда он почитал за счастье погладить кошку, шерсти которой секунду назад касалась ее рука. И сразу с этим общение пары, долго живущей рядом имеет поразительный эффект. А еще занимательно был описан расклад отцом девушки - по какой причине барышня из относительно состоятельной семьи, получив образование, его отрабатывает. Но время неумолимо течет рекой, все набирая обороты, и вот уже меллстокский хор уходит в прошлое, как и многие другие подобные начинания, оставляя только смутное воспоминание в потомках тех участников, причастных к сюжету.
В целом это все, любите классику, в ней горы сокровищ несметных!

Если вам хочется спокойного течения жизни на ближайшие часа три, то смело берите эту книгу и читайте. Пара часов растянется, вы еще успеете вздремнуть. Течение книги уносит прочь от сюжета. Плавные события, уютные герои...все это наверно и есть настоящая английская литература , которую я люблю, но не всегда. Не хватает здесь ритма жизни, как-то безжизненно все звучит. Находишься в ожидании чего-то большего, но его нет.

Томас Гарди провел основательную подготовительную работу при написании этого романа. Он много времени проводил в архивах, библиотеках и музеях. Выезжал непосредственно на места, о которых писал. Но больше всего сведений он почерпнул, по его собственному признанию, из «устной информации старожилов». Этот роман является подступом к большой теме – грандиозной трагедии наполеоновских войн и роли Англии в борьбе против Наполеона. Но это не исторический роман, а, прежде всего, роман нравов. Все известные битвы наполеоновских войн происходят за горизонтами сюжета, где-то там в стороне. Долетают лишь отголоски сражений.

Из первых же страниц возникает главная тема романа. Овдовевшая Марта Гарленд вместе со своей взрослой дочерью Энн живут себе на мельнице. Ничто их особо не тревожит, быт налажен, денег хватает. Но не хватает любви. И тут закрутилось. Автор так мастерски живописует ухаживания троих претендентов на руку и сердце Энн, что просто не знаешь - чем все это закончится. Иногда мне казалось, что все претенденты не добьются ничего или все вместе откажутся от Энн. Это было так авантюрно, так непостоянно – сегодня один в фаворе, завтра другой. И не подумайте, что Энн такая легкомысленная, нет. Это соискатели руки и сердца с шилом в одном месте. Все это описано таким живым языком, такие «сочные» словосочетания, такие красочные метафоры. Гарди просто великолепно владеет пером. Некоторые эпизоды книги приправлены юмором, иронией, а нередко встречаются и самокритические опусы. Хороший сюжет, чудесный слог, великолепная природа, живые герои – все это о романе «Старший трубач полка».

Не могу отделаться от ощущения, что мои каждодневные проблемы и душевные метания ничто по сравнению с тем, что наворотил в своем романе Томас Харди. Но сделал это так странно и нелогично, что я в недоумении, как ко всему этому в целом относиться.

Если роман каким-то определенным образом назван, то он и определяет тему произведения. Мы имеем главного героя Джуда Фаули (вот он, Джуд Незаметный), живет он в Англии 19 века. Знакомимся с ним с детства, в котором ребенок показан слишком чувствительным и мягким. Автор сразу настраивает своего читателя на минорный лад и дает понять, что добром все это не кончится.

И все-таки, хотя фермер Траутем только что причинил ему боль, сам мальчик был неспособен делать больно другим. Если случалось, что он приносил домой гнездо с птенцами, то потом полночи не смыкал глаз и чувствовал себя несчастным, а наутро возвращал на место и гнездо и птенцов. Он не мог видеть без слез, как рубят деревья или подрезают ветви, ему казалось, что им от этого больно; а когда из-за позднего подрезания дерево истекало соком, для его детской души это было подлинным горем. Подобная слабость характера, если ее можно так назвать, говорила о том, что Джуду на роду было написано страдать всю свою жизнь, пока над его ничтожным существованием не опустится занавес, возвещая, что он наконец обрел покой.

Мальчик с детства мечтает уехать учиться в соседний город, славный своими колледжами и университетами. Растет с этой мыслью, добывает книги, изучает по ним латынь, читает религиозные книги в оригинале. Ни малейшего намека, откуда это стремление в ребенке, автор не высказывает. Все деревенские смеются над Джудом, и он живет с клеймом белой вороны.

Далее юность. По нелепой случайности оказывается плененным чарами местной девахи. Видит ее вульгарность, переживает, но ничего не может с собой поделать и волочится за ней по полям и лесам. Та вскоре сообщает о беременности и тут уж ничего не поделаешь — должен жениться! Меня в этой связи настигает когнитивный диссонанс… Человек, читающий книги, не может настолько далеко зайти в своей глупости. Допустим, автор намеренно утрирует черты Джуда, чтобы показать тенденции того времени. Тогда что в герое утрировано (но является частью характера): бесхребетность и невозможность противостоять женским «чарам» или стремление учиться и тонко развитая чувствительность ко всему ненастоящему? Если что-то одно, то другое исключается! Если он нормальный (от слова норма) член общества, продукт воспитания эпохи, то я верю, что баба (не-девушка) его могла окрутить. Но тогда пусть автор не врет и не воротит огород про его начитанность и тонкие чувства.

Вскоре жена оставляет Джуда и уезжает с родителями в далекую Австралию искать лучшей жизни. А наш герой решает наконец осуществить свою мечту и отправиться в заветный ученый город. Но перед отъездом получает напутствие от бабули никогда не встречать в том городе свою кузину Сью. Будто бы своенравная девчонка, имеет слишком скверный нрав, да к тому же отрицает общепринятые моральные устои! И что, вы думаете, Джуд сделает, приехав в новый город? Правильно, пойдет искать ту самую кузину, чтобы просто с ней познакомиться…

И таким образом наживает себе еще одну идиотскую проблему на всю жизнь. С их знакомства и начинаются самые потрясающие моменты жизни Джуда. Долгие страницы и главы, дни и месяцы будут посвящены ухаживаниям простого, молодого парня за почти столичной девушкой. За их страстным танцем ухаживаний, схождений и расхождений беспристрастно смотреть было невозможно. Сью то звала парня, то отфутболивала, то приходила к нему, то убегала в ночи восвояси. Так бегала, пока не прибилась к товарищу Джуда и не вышла за него замуж, оставив Джуду кучу неразрешимых вопросов и нажитых в связи со случившимся комплексов. Причем рада своему выбору не оказалась и изводила своего мужа тем же образом. И все это искренне и без тени смущения! Дескать, люблю-не-могу, но исполнять супружеский долг выше моих сил, я нэжный цвэток.

Так шла она по дороге, тоненькая, хрупкая, жена не любимого ею мужа, нервное, восприимчивое создание, ни по темпераменту, ни по инстинктам не пригодное для брака с Филотсоном, как и, пожалуй, ни с каким другим мужчиной, — шла неровным шагом, тяжело дыша, и в глазах ее были усталость и безнадежная тоска.

Сью описывается действительно эдаким созданием не от мира сего, которое боится плотских проявлений любви. Ее можно пожалеть, но, если честно, почему-то не получается… Если она такая, то пусть была бы честной с собой (в первую очередь) и с мужчинами, которых привлекала по своей же инициативе. Она поселилась в романе гораздо прочнее, чем Джуд — с ним-то все как раз понятно было, влюбился и волочился, пока мог… А Сью металась от одной крайности к другой, то хочу, то не хочу. Причем, она не глупая девушка была. Училась в педагогическом колледже, работала учительницей. Джуд признавал за ней превосходство в начитанности и способности рассуждать на разные темы. Вообще, все ее поклонники были людьми весьма терпеливыми и нежными с нею, что выглядит неправдоподобно. Можно только представить, чем, скорее всего, кончила бы в современном мире эта прелестная особа, если бы продолжала динамить всех подряд. Но в романе ей все сходит с рук…

И кто оказывается крайним по воле автора? 30-летний молодой мужчина Джуд, всю дорогу убеждающий свою благоверную в любви до гроба. Они даже прожили больше пяти лет как муж и жена, идиллией повеяло, но на их долю выпало большое несчастье. После чего Сью совсем слетела с катушек и сделала финт ушами.

Томас Харди на протяжении своего романа через диалоги героев отрицал существующий тогда институт брака. И нелогичные поступки Сью были продиктованы боязнью стать нелюбимой и несчастной женой. Только жизнь свою она прожила как истеричная и ни на что не годная женщина, как мать, обрекшая своих детей на жалкое существование. Боялась химер, не видя счастья, в котором жила и могла бы жить.

Вот про что, по-моему, написал роман Томас Харди. А что до общественного порицания и нравов викторианской эпохи — так и с ними можно было жить. А Джуда все-таки жаль. Загубил себя мужик.

Появление этого романа в печати для меня стало приятной неожиданностью, мне казалось все, что есть у Гарди на русском я уже прочитала.

Это очередная трагическая история любви от Гарди. В центре сюжета любовный квадрат, но если учесть, что Фестус добивался расположения Энн не имея глубоких чувств, просто из легкомысленности, а сердце Энн металось только между братьями Лавдей, то это все таки любовный треугольник.

Оба братья хороши, но Джон Лавдей, я бы сказала более серьёзный, его чувство к Энн глубже, благороднее. Боб же красавец-моряк, добрый и веселый, но довольно легкомысленный. Даже его необдуманная помолвка с непонятной девицей через неделю знакомства говорит не в его пользу. Но у Боба есть явное преимущество - Энн была влюблена в него ещё в детстве.

Я всем сердцем желала, чтобы Энн по достоинству оценила Джона и осчастливила его своим выбором, уж очень мне он приглянулся. Но автором этого романа является Томас Гарди, у него не может быть все так легко и просто. Поступками его героев зачастую руководит не разум, а сердце.

На мой взгляд, это отличный любовный роман викторианской эпохи, написанный очень красивым языком. Мне понравилось читать эту историю и наблюдать за её героями.

Решила начать знакомство с Томасом Гарди, но по странной своей спонтанности, начала совсем не с той книги, с которой давно планировала.

Сорок лет талантливый скульптор Джоселин Пирстон до одержимости упорно трудится, мучается, страдает, пытаясь воплотить свою главную творческую мечту — создать статую женщины идеальной красоты. Однако воображение не помогает ваятелю: придуманный идеал мертв по определению. Пирстон понимает: чтобы воплотить терзающий его образ в камне, надо сначала найти его наяву. Например, среди обитательниц острова Виндилия...

Наверное, это явно не то произведение, с которого стоит узнавать автора, поскольку лично на мой взгляд, книга слабовата. Не плохая, а именно слабенькая в своей сюжетной составляющей.

Слог, атмосфера, глубина мысли - это прекрасно. Вообще не могу ничего плохого сказать, но вот такое понятие, как сюжетная линия - почти полностью отсутствует. Это не какой-то поток сознания или моралистическая сторона автора, нет. Я бы скорее описала это, как вкусный, но не доготовленный продукт универсального потребления.

История идёт об одном очень и очень мечтательном, инфантильном человеке, который придумал идеальный образ любви. Любви, которая обязательно должна воплощаться в человеческом существе. Своего рода, пожизненный поиск призрака любви.
И на протяжении всей книги, нам будут раскрываться не изменения и горести главного героя, а его полное отстранение от мира, общества и человечности.
Автор рассматривает чуть ли не под огромной лупой такой вид личностей, которые в погоне за иллюзией, готовы приносить в жертву чужие жизни, ломать судьбы, но быть абсолютно уверенными, что они ни в чем не виноваты. Просто так вышло. Просто ему показалось, что в глазах той или иной женщины, он увидел мимолетный лик своей "Любви".

У меня весьма сильно полыхали чувства негодования и ярости от такого ГГ: эгоистичного, с убитой моралью к людям, принятие мечты за действительность - почти всю книгу, но потом, в какой-то момент, резко все прекратилось, и я смогла принять все те мысли, факты и проекцию автора, которые он заложил через этого персонажа и данное произведение.
Не скажу, что это сразу было легко разглядеть, ибо мешанина и путаница всё-таки была и есть, но тем не менее по своей смысловой глубине, книга явилась неким не ограненным алмазом. То, о чем она рассказывает, показывает и подводит, будет актуально всегда.
Такие люди, как ГГ, такие ситуации и поступки, такие убеждения о внешности - печально или нет, но эта суть никогда и никуда не уйдёт.

Минусы, недочеты и последнее слово:

Я не смогла оценить книгу выше, поскольку мне все же важен внятный, яркий и увлекательный сюжет. В этом же произведении я его нашла лишь по обрывкам и крупицам. Как если бы сидела и собирала старые фотографии своих предков и их письма, делая из них альбом - увлекательно и трогательно лишь на первые пару тройку часов.


Книгу не ругаю, и она прекрасна по-своему, но все же скажу: эта история не подойдет для первого знакомства с автором.

Решила начать знакомство с Томасом Гарди, но по странной своей спонтанности, начала совсем не с той книги, с которой давно планировала.

Сорок лет талантливый скульптор Джоселин Пирстон до одержимости упорно трудится, мучается, страдает, пытаясь воплотить свою главную творческую мечту — создать статую женщины идеальной красоты. Однако воображение не помогает ваятелю: придуманный идеал мертв по определению. Пирстон понимает: чтобы воплотить терзающий его образ в камне, надо сначала найти его наяву. Например, среди обитательниц острова Виндилия...

Наверное, это явно не то произведение, с которого стоит узнавать автора, поскольку лично на мой взгляд, книга слабовата. Не плохая, а именно слабенькая в своей сюжетной составляющей.

Слог, атмосфера, глубина мысли - это прекрасно. Вообще не могу ничего плохого сказать, но вот такое понятие, как сюжетная линия - почти полностью отсутствует. Это не какой-то поток сознания или моралистическая сторона автора, нет. Я бы скорее описала это, как вкусный, но не доготовленный продукт универсального потребления.

История идёт об одном очень и очень мечтательном, инфантильном человеке, который придумал идеальный образ любви. Любви, которая обязательно должна воплощаться в человеческом существе. Своего рода, пожизненный поиск призрака любви.
И на протяжении всей книги, нам будут раскрываться не изменения и горести главного героя, а его полное отстранение от мира, общества и человечности.
Автор рассматривает чуть ли не под огромной лупой такой вид личностей, которые в погоне за иллюзией, готовы приносить в жертву чужие жизни, ломать судьбы, но быть абсолютно уверенными, что они ни в чем не виноваты. Просто так вышло. Просто ему показалось, что в глазах той или иной женщины, он увидел мимолетный лик своей "Любви".

У меня весьма сильно полыхали чувства негодования и ярости от такого ГГ: эгоистичного, с убитой моралью к людям, принятие мечты за действительность - почти всю книгу, но потом, в какой-то момент, резко все прекратилось, и я смогла принять все те мысли, факты и проекцию автора, которые он заложил через этого персонажа и данное произведение.
Не скажу, что это сразу было легко разглядеть, ибо мешанина и путаница всё-таки была и есть, но тем не менее по своей смысловой глубине, книга явилась неким не ограненным алмазом. То, о чем она рассказывает, показывает и подводит, будет актуально всегда.
Такие люди, как ГГ, такие ситуации и поступки, такие убеждения о внешности - печально или нет, но эта суть никогда и никуда не уйдёт.

Минусы, недочеты и последнее слово:

Я не смогла оценить книгу выше, поскольку мне все же важен внятный, яркий и увлекательный сюжет. В этом же произведении я его нашла лишь по обрывкам и крупицам. Как если бы сидела и собирала старые фотографии своих предков и их письма, делая из них альбом - увлекательно и трогательно лишь на первые пару тройку часов.


Книгу не ругаю, и она прекрасна по-своему, но все же скажу: эта история не подойдет для первого знакомства с автором.

Решила начать знакомство с Томасом Гарди, но по странной своей спонтанности, начала совсем не с той книги, с которой давно планировала.

Сорок лет талантливый скульптор Джоселин Пирстон до одержимости упорно трудится, мучается, страдает, пытаясь воплотить свою главную творческую мечту — создать статую женщины идеальной красоты. Однако воображение не помогает ваятелю: придуманный идеал мертв по определению. Пирстон понимает: чтобы воплотить терзающий его образ в камне, надо сначала найти его наяву. Например, среди обитательниц острова Виндилия...

Наверное, это явно не то произведение, с которого стоит узнавать автора, поскольку лично на мой взгляд, книга слабовата. Не плохая, а именно слабенькая в своей сюжетной составляющей.

Слог, атмосфера, глубина мысли - это прекрасно. Вообще не могу ничего плохого сказать, но вот такое понятие, как сюжетная линия - почти полностью отсутствует. Это не какой-то поток сознания или моралистическая сторона автора, нет. Я бы скорее описала это, как вкусный, но не доготовленный продукт универсального потребления.

История идёт об одном очень и очень мечтательном, инфантильном человеке, который придумал идеальный образ любви. Любви, которая обязательно должна воплощаться в человеческом существе. Своего рода, пожизненный поиск призрака любви.
И на протяжении всей книги, нам будут раскрываться не изменения и горести главного героя, а его полное отстранение от мира, общества и человечности.
Автор рассматривает чуть ли не под огромной лупой такой вид личностей, которые в погоне за иллюзией, готовы приносить в жертву чужие жизни, ломать судьбы, но быть абсолютно уверенными, что они ни в чем не виноваты. Просто так вышло. Просто ему показалось, что в глазах той или иной женщины, он увидел мимолетный лик своей "Любви".

У меня весьма сильно полыхали чувства негодования и ярости от такого ГГ: эгоистичного, с убитой моралью к людям, принятие мечты за действительность - почти всю книгу, но потом, в какой-то момент, резко все прекратилось, и я смогла принять все те мысли, факты и проекцию автора, которые он заложил через этого персонажа и данное произведение.
Не скажу, что это сразу было легко разглядеть, ибо мешанина и путаница всё-таки была и есть, но тем не менее по своей смысловой глубине, книга явилась неким не ограненным алмазом. То, о чем она рассказывает, показывает и подводит, будет актуально всегда.
Такие люди, как ГГ, такие ситуации и поступки, такие убеждения о внешности - печально или нет, но эта суть никогда и никуда не уйдёт.

Минусы, недочеты и последнее слово:

Я не смогла оценить книгу выше, поскольку мне все же важен внятный, яркий и увлекательный сюжет. В этом же произведении я его нашла лишь по обрывкам и крупицам. Как если бы сидела и собирала старые фотографии своих предков и их письма, делая из них альбом - увлекательно и трогательно лишь на первые пару тройку часов.


Книгу не ругаю, и она прекрасна по-своему, но все же скажу: эта история не подойдет для первого знакомства с автором.

Вот если бы человеку запрещали любить, было бы куда более вероятно, что он станет любить. Если бы при совершении брачного обряда обе стороны давали клятвы и подписывали договор впредь не любить друг друга и стараться поменьше встречаться с того самого дня, как они получили законное право принадлежать друг другу, на свете было бы гораздо больше любящих пар, чем теперь..

Очень осенняя книга по своей энергетике и внутренним импульсам, которые перебегают со страницы на страницу, открывая завесу над Викторианской эпохой. Да, многое удивляет, заставляет приподнимать брови и пожимать плечами. Да, да, было все не так сладко, красиво и правильно в то время. И не так уж расцвечен яркими красками уходящий 19 век, его жители, их межличностные отношении, положение женщины в браке, да и сам институт брака, освященный церковью и поддерживаемый обществом. Разводиться? Помилуйте, нельзя, общество не поймет. Дело даже не в религиозных людских воззрениях, а в стадной, мещанской двойной морали. Здесь принято бросать камни и придерживаться конформистского поведения, чтобы не оказаться в изоляции от других людей. А стеной вокруг тебя стоят «праведные» люди, осуждающе качающие головой, многие из которых устраивают однако под крышами своих домов сцены семейной тирании. Но развестись? Нет, нет, в этом они будут пассивны до конца.

Когда становишься старше и ощущаешь себя вдруг в центре жизни, а не точкой на её периферии, как в детстве, тебя вдруг охватывает ужас..

Взросление выбрасывает нас всех в новый мир, хотим того мы или нет, заставляет барахтаться, чтоб остаться на плаву, и если все сложится удачно, то достигнуть долгожданного берега. А там на суше каждого ждет свой идеальный вариант жизни: деньги, слава, профессиональная реализация, любовь, семейное счастье. Пожалуй, ни один из героев этой книги так и не достиг своего берега, не дошел, сбился с пути, затянуло, засосало в пески времени, мелких дрязг, споров, будничности. А как хотелось то, как хотелось Джуду добиться, стать действительно ученым человеком, иметь права входить в стены колледжей. Но нет, дорогой рыцарь печального образа, не прыгай выше головы, ведь все равно ты не проникнешь в те высокие сферы умных мужей, будто Англия переняла кастовость Индии, чьи закрытые рамки перехода в другие социальные слои никак не преодолеть. И из-за всего этого душу охватывает угнетающее чувство, и жаль всех метаний, терзаний героев, и жизни растрачивающейся впустую. И все летит мимо, и воздушные замки таят, уж слишком они хороши для окружающей серости и суровой мрачности проходящих дней.

Джуд и Сью пытались выразить протест, но к чему это все привело? Стремление к индивидуальному, своему счастью, дорогому и нужному, распалось, и его не склеить. Не хватило сил на то, чтобы быть не такими как все, жить, не оглядываясь на общественное мнение. Герои хотели счастья и любви, но не случилось. Да, осенняя, унылая тональность книги навевает грусть и меланхолию. И действительно остается чувство сожаления после прочтения, что все сложилось так, а не иначе, жизнь проскользнула в пугающую пустоту, и вернуться назад во времени нельзя. Как бы ты ни бился... «Всё это так смешано... всё это так жаль».

Не могу отделаться от ощущения, что мои каждодневные проблемы и душевные метания ничто по сравнению с тем, что наворотил в своем романе Томас Харди. Но сделал это так странно и нелогично, что я в недоумении, как ко всему этому в целом относиться.

Если роман каким-то определенным образом назван, то он и определяет тему произведения. Мы имеем главного героя Джуда Фаули (вот он, Джуд Незаметный), живет он в Англии 19 века. Знакомимся с ним с детства, в котором ребенок показан слишком чувствительным и мягким. Автор сразу настраивает своего читателя на минорный лад и дает понять, что добром все это не кончится.

И все-таки, хотя фермер Траутем только что причинил ему боль, сам мальчик был неспособен делать больно другим. Если случалось, что он приносил домой гнездо с птенцами, то потом полночи не смыкал глаз и чувствовал себя несчастным, а наутро возвращал на место и гнездо и птенцов. Он не мог видеть без слез, как рубят деревья или подрезают ветви, ему казалось, что им от этого больно; а когда из-за позднего подрезания дерево истекало соком, для его детской души это было подлинным горем. Подобная слабость характера, если ее можно так назвать, говорила о том, что Джуду на роду было написано страдать всю свою жизнь, пока над его ничтожным существованием не опустится занавес, возвещая, что он наконец обрел покой.

Мальчик с детства мечтает уехать учиться в соседний город, славный своими колледжами и университетами. Растет с этой мыслью, добывает книги, изучает по ним латынь, читает религиозные книги в оригинале. Ни малейшего намека, откуда это стремление в ребенке, автор не высказывает. Все деревенские смеются над Джудом, и он живет с клеймом белой вороны.

Далее юность. По нелепой случайности оказывается плененным чарами местной девахи. Видит ее вульгарность, переживает, но ничего не может с собой поделать и волочится за ней по полям и лесам. Та вскоре сообщает о беременности и тут уж ничего не поделаешь — должен жениться! Меня в этой связи настигает когнитивный диссонанс… Человек, читающий книги, не может настолько далеко зайти в своей глупости. Допустим, автор намеренно утрирует черты Джуда, чтобы показать тенденции того времени. Тогда что в герое утрировано (но является частью характера): бесхребетность и невозможность противостоять женским «чарам» или стремление учиться и тонко развитая чувствительность ко всему ненастоящему? Если что-то одно, то другое исключается! Если он нормальный (от слова норма) член общества, продукт воспитания эпохи, то я верю, что баба (не-девушка) его могла окрутить. Но тогда пусть автор не врет и не воротит огород про его начитанность и тонкие чувства.

Вскоре жена оставляет Джуда и уезжает с родителями в далекую Австралию искать лучшей жизни. А наш герой решает наконец осуществить свою мечту и отправиться в заветный ученый город. Но перед отъездом получает напутствие от бабули никогда не встречать в том городе свою кузину Сью. Будто бы своенравная девчонка, имеет слишком скверный нрав, да к тому же отрицает общепринятые моральные устои! И что, вы думаете, Джуд сделает, приехав в новый город? Правильно, пойдет искать ту самую кузину, чтобы просто с ней познакомиться…

И таким образом наживает себе еще одну идиотскую проблему на всю жизнь. С их знакомства и начинаются самые потрясающие моменты жизни Джуда. Долгие страницы и главы, дни и месяцы будут посвящены ухаживаниям простого, молодого парня за почти столичной девушкой. За их страстным танцем ухаживаний, схождений и расхождений беспристрастно смотреть было невозможно. Сью то звала парня, то отфутболивала, то приходила к нему, то убегала в ночи восвояси. Так бегала, пока не прибилась к товарищу Джуда и не вышла за него замуж, оставив Джуду кучу неразрешимых вопросов и нажитых в связи со случившимся комплексов. Причем рада своему выбору не оказалась и изводила своего мужа тем же образом. И все это искренне и без тени смущения! Дескать, люблю-не-могу, но исполнять супружеский долг выше моих сил, я нэжный цвэток.

Так шла она по дороге, тоненькая, хрупкая, жена не любимого ею мужа, нервное, восприимчивое создание, ни по темпераменту, ни по инстинктам не пригодное для брака с Филотсоном, как и, пожалуй, ни с каким другим мужчиной, — шла неровным шагом, тяжело дыша, и в глазах ее были усталость и безнадежная тоска.

Сью описывается действительно эдаким созданием не от мира сего, которое боится плотских проявлений любви. Ее можно пожалеть, но, если честно, почему-то не получается… Если она такая, то пусть была бы честной с собой (в первую очередь) и с мужчинами, которых привлекала по своей же инициативе. Она поселилась в романе гораздо прочнее, чем Джуд — с ним-то все как раз понятно было, влюбился и волочился, пока мог… А Сью металась от одной крайности к другой, то хочу, то не хочу. Причем, она не глупая девушка была. Училась в педагогическом колледже, работала учительницей. Джуд признавал за ней превосходство в начитанности и способности рассуждать на разные темы. Вообще, все ее поклонники были людьми весьма терпеливыми и нежными с нею, что выглядит неправдоподобно. Можно только представить, чем, скорее всего, кончила бы в современном мире эта прелестная особа, если бы продолжала динамить всех подряд. Но в романе ей все сходит с рук…

И кто оказывается крайним по воле автора? 30-летний молодой мужчина Джуд, всю дорогу убеждающий свою благоверную в любви до гроба. Они даже прожили больше пяти лет как муж и жена, идиллией повеяло, но на их долю выпало большое несчастье. После чего Сью совсем слетела с катушек и сделала финт ушами.

Томас Харди на протяжении своего романа через диалоги героев отрицал существующий тогда институт брака. И нелогичные поступки Сью были продиктованы боязнью стать нелюбимой и несчастной женой. Только жизнь свою она прожила как истеричная и ни на что не годная женщина, как мать, обрекшая своих детей на жалкое существование. Боялась химер, не видя счастья, в котором жила и могла бы жить.

Вот про что, по-моему, написал роман Томас Харди. А что до общественного порицания и нравов викторианской эпохи — так и с ними можно было жить. А Джуда все-таки жаль. Загубил себя мужик.