вы принимаете все, во что верит дорогой ваш муж, а все, что отрицает он, отрицаете и вы, не рассуждая и не задумываясь. Как это по-женски! Он поработил ваш ум.
Зима проходила для нее в тяжелой работе, и наконец настал день, знаменательный для всех земледельцев, – день сретенской ярмарки. На этой ярмарке заключались новые договоры на год, начиная с Благовещения, и те батраки, которые подумывали о том, чтобы подыскать другое место, неизменно отправлялись в город, где была ярмарка.
замешательство, что вполне естественно, если принять во внимание, кем вы для меня были. Бог помог мне преодолеть его, и тотчас же я понял, что мой долг спасти от неминуемого гнева божия – смейтесь, если хотите! – прежде всего ту женщину, которой я причинил такое зло.
Ни один пророк не сказал ему – а сам он не был пророком, – что молодая его жена достойна похвал царя Лемуила не меньше, чем всякая другая женщина, питающая такое же отвращение к греху, – ибо не достижение, но стремление служит мерилом истинной нравственности.
Она разрыдалась и повернулась к нему спиной. Это растрогало бы всякого, но только не Энджела Клэра. Он был человек мягкий и отзывчивый, но где-то в глубине его души таился мощный пласт суровой логики, подобный горной породе, пролегающей в мягкой глине и преграждающей путь всему, что пытается ее рассечь. Эта логика преградила ему дорогу к церкви, она же преградила дорогу к Тэсс.