Глава 7

Ратибор проснулся ближе к полудню и еле-еле встал с пола.

– Яр… – запнулся Ратибор и простонал от нестерпимой боли в пояснице. Кто-то явно отбил ему почки и печень. – Твою мать! По мне что, всю ночь Бабайка прыгал?

Он сделал несколько шагов, и каждый из них отдавался мучительной болью во всем теле.

– Вот пакость! Где ты, мерзкая змея? Принеси мне воды.

Но жена ему не ответила. Она куда-то исчезла. Не то, чтобы Ратибор сильно расстроился, но вдруг он ее нечаянно прибил?

Долго воевода приводил себя в порядок и пытался отмыться от веселого вечера, который закончился знатным побоищем в кабаке. Как он махал кулаками, как он бил ногами тех, кто соглашался с его словами и называл Яргуй – змеей. Но только Ратибор имел право браниться на жену, а все остальные мужики должны были закрыть свои поганые рты и молча слушать его исповедь. Выпустив пар, он наконец сумел трезво оценить ситуацию и смириться с произошедшим. Дева-анчар стала его женой, и он ее люто ненавидит. Все об этом знают. Все это обсуждают.

– Ну, и чего ты скис? – спросил Ратибор у своего отражения в зеркале. – Твоя задача – служить княжескому роду, а остальное ерунда.

И вроде все правильно говорит, а сердце все равно кровью обливается. Как он будет жить без Дуняши и ее любви? Никак. Просто будет существовать, словно бледная тень.

Растерев ноющую грудь ладонью, воевода вышел на широкое крыльцо и попытался найти Яргуй во дворе. Свежей могилы в саду и трупа в колодце он не обнаружил, и это был хороший знак.

«Куда подевалась эта дрянь?»

Богатырь даже в подвал спустился, опасаясь найти там бездыханное тело жены, но все обошлось. Дом был пуст. Так прошло несколько часов. Солнце уже клонилось к горизонту и, не выдержав ожидания, Ратибор решил начать поиски сбежавшей мерзавки по соседям. Будет хороший повод повыдирать ей косы. Но не успел он открыть дверь, как вдалеке, на улице, послышались голоса.

– Завтра приходи, – это была Яргуй.

– Обязательно, – ответил какой-то тощий паренек.

– Совсем сдурела! – взбесился воевода и вылетел во двор, словно ужаленный. – Ну все! Тебе конец! Кто это? – прорычал богатырь и грубо схватил Яргуй за плечи. А как еще реагировать на то, что его жена мило улыбается худосочному подростку и машет ему на прощание рукой.

– Мой помощник, – дева-анчар попыталась вывернуться, но не тут-то было. Воевода был на грани срыва и отпускать злодейку на свободу не собирался.

– Какой еще помощник? – взревел Ратибор, чувствуя, как уцелевший глаз наливается кровью. – Мало ты мне горя принесла, блудница черноокая. Решила окончательно втоптать мою гордость в грязь.

– Тише, не шуми, – Яргуй оценила внешний вид побитого мужа и тяжело вздохнула. – У Федота мать на сносях, а его отец зимой в сугробе уснул. Пятерых детей сложно прокормить в одиночку.

– И? – не понял намека воевода.

– Мальчишка будет помогать мне по хозяйству, а его мать готовить нам еду. Деньги, которые ты не успел прогулять, я заплатила Федоту, – прошипела Яргуй и, словно скользкая змея, все-таки вывернулась из рук Ратибора. Она быстрым шагом пошла в сторону дома, не обращая внимания на притаившихся за забором соседей.

– А ты мне тогда зачем? – обогнав жену, Ратибор перегородил ей путь.

– Как зачем? Дружить с тобой и детей рожать. Ты что? Рафаила не слышал?

– А я не хочу с тобой дружить! Хочу, чтобы ты пол с утра до вечера скоблила, окна намывала, двор подметала и коров с первыми лучами солнца бежала доить.

– У тебя нет коров, – возразила Яргуй. – Не фантазируй.

– Заведу! – Ратибор аж расплылся в улыбке, представив себе загнанную до полуобморочного состояния нелюбимую жену. – Целое стадо заведу. И козу куплю. И овцу. И петуха.

Воевода нес несусветную чушь, рассказывая в красках о том, как он будет угнетать Яргуй всеми доступными ему способами. Но у девы-анчар на этот счет было свое мнение. Смерив мужчину недобрым взглядом, Яргуй убрала руки за спину, чтобы не дать волю эмоциям и не полезть в драку.

– Позволь мне задать тебе один вопрос, Ратибор. Как скоро ты заставил бы княжну полы воском натирать и в конюшнях навоз таскать? В день вашей свадьбы или после? А?

– Дуняша – княжна! А ты – девка безродная. Тебя вместо кобылы в поле нужно использовать. Решено! Отправлю тебя на пашню.

– Кто бы говорил, – огрызнулась Яргуй. – Сам из какой дыры вылез? – Она широко улыбнулась, попав по больному месту воеводы. А вот нечего было орать на весь двор гадости. – Клянусь, Ратибор, если еще одно мерзкое слово вылетит из твоих уст, ты сам пойдешь Светозара по миру искать. Княжичу так и передам, мол, извини, Мирослав, но дальше ты сам по себе. Воевода, к сожалению, дурачком оказался, поэтому я возвращаюсь домой.

– Не посмеешь! Я твой муж! А ты моя жена! – внезапно запаниковал богатырь. – Баба беспрекословно служит мужику и подчиняется его воле, и не смеет перечить, и обязана уважать, и…

– Уважать? Тебя? – расхохоталась Яргуй, смахивая невидимые слезы. – Не смеши, Ратибор! Весь град гудит о ночных приключениях озорной свинки. Народу на меня плевать. Сегодня чужеземка есть, а завтра чужеземки – нет. А вот тебе здесь жить. Я ясно выразилась?

Такого развития событий Ратибор не ожидал. Он думал, что напугает Яргуй людским поношением, а она вон что удумала. Озорной свинкой его обозвать и сбежать за туман.

– Порченная девка никому не нужна! – рявкнул воевода, не успев вовремя прикусить язык. Но слова уже вылетели из уст.

– Это ты сейчас к чему сказал?

Живя в здоровом обществе, Яргуй слегка подзабыла, что унижать женщин всеми доступными способами в отсталых государствах было нормой.

– Ты никогда не найдешь себе достойного мужа, – не унимался Ратибор, пугая деву-анчар жуткими карами. – Ты больше не девственница!

Последняя фраза была произнесена особенно громко.

– Ты такой страшный, когда гневаешься, – громко расхохоталась Яргуй и вместо обиды подошла к воеводе и обняла его за талию. – Ратибор, муж мой любимый, ты воплотил в себе все женские страхи. Деспот, тиран, лжец, драчун, самодур, пьяница и сквернослов. Обожаю тебя.

– На нас кто-то смотрит? – вмиг напрягся мужчина и крепко обнял Яргуй в ответ.

– Да. Твои соседи.

– Понятно.

А тем временем в кустах у забора:

– Ставлю на бабу три медика. Она ему точно будку расковыряет.

– Намордник путь ему купит и на цепь посадит. Весь град с облегчением вздохнет.

***

Яргуй усадила воеводу за стол и решила наконец прояснить ситуацию. Как бы она ни старалась изображать влюбленную дурочку, у нее ничего не получалось. Так зачем издеваться над собой и над несчастным мужиком?

– Ты понимаешь, что я здесь неспроста? – дева-анчар уперлась ладонями в край стола, нависая над воеводой, и вопросительно подняла бровь.

– Это ты меня заставила жениться на тебе, – огрызнулся Ратибор и, вскочив со стула, скопировал ее позу. Того и гляди бросится в драку. – Откуда я знаю, что ты затеяла? Ты сама меня выбрала!

– Забудь про недоразумение с женитьбой, – отмахнулась Яргуй. – В шатре был дурман.

– Что? Какой еще дурман? Ты издеваешься?

Яргуй звонко расхохоталась, а воеводу замутило. Он уже где-то слышал этот заливистый смех.

– Ратибор, пока ты мерзко кряхтел, изображая из себя племенного жеребца, мы с моим дедом пили вино и думали, с чего нам начинать поиски князя.

– Что? – не веря собственным ушам, прошептал воевода. – Не было в том шатре никого, кроме тебя и меня.

– Поверь мне, зрителей там было предостаточно.

– Врешь, змеюка!

Яргуй вместо того, чтобы проявить женскую мудрость, наоборот, нагнетала обстановку. Ох, как ей хотелось осадить завравшегося богатыря. Ничего. Будет ему наука. С ней нельзя разговаривать, как с деревенской дурочкой и орать гадости.

– А тебе не показалось странным, что ты сидел на подушках в полном боевом обмундировании, а через секунду лежал на мне в чем мать родила?

Повисла тишина. Ратибор действительно не помнил момент, когда он снимал с себя кольчугу и наручи.

– Но я проснулся голым!

– Гектору скажи спасибо.

– Кому? Это еще кто?

– Гектор – мой отец. С твоими сапогами он мучился дольше всего, – и тут Яргуй загадочно улыбнулась, а Ратибору аж поплохело от увиденного. Сейчас она его добьет окончательно. – Кстати, пролить девственную кровь и измазать тебя в нужных местах – его идея. Правда, он немного перестарался. Лужа получилась, как будто в шатре свинью зарезали.

– Зачем он это сделал? – с ужасом спросил воевода, почувствовав, как на лбу выступил холодный пот.

– Батька у меня неисправимый романтик, а еще он очень добрый и веселый мужик. Гектор хотел тебя немного порадовать и приободрить, чтобы ты не повесился от горя. Все-таки жена тебе досталась не самая покладистая.

– Твой отец глумился над моим телом, пока я был без сознания? Он меня трогал? Там? – Ратибор невольно посмотрел на свой пах и побледнел от омерзения. Его лапал за чресла какой-то мужик, пока он был в беспомощном состоянии. Это было уже за гранью добра и зла.

– Запомни, Ратибор! Первое правило выживания за туманом, – поделилась великой мудростью Яргуй. – Никогда не засыпай в незнакомой компании. Иначе изнасилуют все кому не лень.

– Вы больные уроды! – Ратибор уже миллион раз пожалел, что согласился жениться на Яргуй. Даже ради Светозара.

– Ты тоже далеко не красавец, да и умом не блещешь, поэтому закрой свой поганый рот и слушай внимательно. Когда найдется ваш князь, я поскачу домой за туман, а ты медленно на брюхе поползешь к Дуняше вымаливать прощение. И она тебя обязательно простит. Понятно?

– Она меня ненавидит! – возразил богатырь и тут же сник. – Дуняша в мою сторону даже не посмотрит.

– Потерпи еще немного, и ты станешь для нее героем.

– Каким еще героем?

– Сказочным. Женихов у Дуняши может быть сотня, но родной отец всего один. – Яргуй подошла к мужчине и ощутимо ткнула пальцем ему в грудь. – Ты тот, кто пожертвовал всем ради князя. Ты тот, кто доказал свою верность Мирославу и Настасье. Много ты знаешь людей, способных прилюдно отказаться от всего?

Мужчина промолчал. Он не знал, что ответить. В чем-то Яргуй была права.

– Ратибор, пойми, я не могла просто так явиться в княжество и спокойно ходить по улицам, выискивая врагов Светозара. Мне нужен был статус. Вот и все.

– Вы поступили очень подло. Могли сразу мне об этом рассказать.

– Могли, но не стали. Ты был первый под подозрением. Поэтому я за тобой внимательно следила и докладывала деду все новости.

– Я? Под подозрением? – воевода чуть не выругался страшной бранью. Они что? Совсем из ума выжили? – Я бы никогда не причинил вреда князю! Я верен ему!

– Ратибор, мы можем до ночи грызться и выяснять отношения… – Яргуй протянула руку. – А можем начать поиски князя вместе, как друзья.

Воевода недоумевающе посмотрел сначала на деву-анчар, затем на ее руку и мотнул головой, чтобы сбросить наваждение. Но девушка никуда не исчезла. Значит, не померещилось. Ратибор протянул руку и, крепко обхватив предплечье девы-анчар, проговорил:

– Есть идеи, с чего начать поиски?

– Расскажи мне все про окружение князя.