Глава 7

Авелин

Что-то изменилось.

Я не могу описать свои ощущения, но чувствую, как нечто неминуемое подкрадывается, и самое удивительное, что я также знаю, что не в силах это остановить.

Для творческого человека быть чрезмерно драматичным и становиться жертвой воронки собственных фантазий вполне нормально. Был период, когда я даже всерьез задумывалась, не страдаю ли синдромом главного героя. Чувство, что за мной постоянно наблюдают, впервые появилось через несколько дней после первого приступа в школе. Это повторялось и не раз, в конце-концов я привыкла и даже скучала по этому ощущению, живя в Швейцарии, пока оно не вернулось в тот вечер в баре.

Теперь куда бы я ни шла, тепло на моем затылке наэлектризовывает нервные окончания, заставляя мучиться догадками: это взаправду или я просто схожу с ума?

Этим вечером Брэд забирает меня из дома родителей, чтобы отвезти на свидание. Он только что купил новую машину и сообщил, что я первый почетный пассажир, опробовавший сиденья из уникальной и редкой кожи. Наощупь и на вид она такая же как и любая другая, но мне нравится чувствовать себя особенной для него. Местечко, которое он выбрал для ужина, находится за пределами Айрон Риджа, это новое заведение по статусу сравнимое с лучшими ресторанами в крупных мегаполисах. Мама не переставала повторять, как мне повезло, томно вздыхая на протяжении целого дня. Я была бы рада обычной забегаловке в родном городе, но Брэд настоял, чтобы все было по высшему разряду. И вот я здесь молча уставилась в меню, не представляя, какое из многочисленных незнакомых блюд стоит выбрать.

– Я уже говорил, как тебе идет это платье? Ты настоящая красавица, Эви! – восклицает Брэд, глядя на меня поверх своей папки.

В отличие от прошлого раза, сегодня его комплимент не вызывает столько мурашек, он просто звучит как самая обычная лесть. На мне бело-голубое платье с цветочным орнаментом, волосы пришлось немного укротить заколками. Теннисный браслет, сверкающий на запястье, сочетается с маленькими бриллиантовыми сережками, это подарок отца на мое совершеннолетие.

Мы с Брэдом выглядим как образцовая пара из каталога летней коллекции какого-нибудь бренда, отшивающего наряды исключительно для представителей высших слоев общества. И я чувствую себя немного не в своей тарелке, единственное, что не дает впасть в странное отчаяние – немного угля, застрявшего под ногтями. Большую часть времени мои руки выглядят так, словно я целыми днями работаю в шахте. И это самое привычное из всего, окружающего нас в данную минуту, необходимый мне якорь.

– Спасибо, ты тоже отлично выглядишь, – это чистейшая правда. Хотя обмен репликами и напоминает тот, что был на параде, как будто мы в какой-то дурацкой временной петле.

Брэд принарядился, его светло-бежевый сшитый на заказ костюм элегантен и прекрасно сочетается с голубой рубашкой. Это наводит на мысль, что кто-то, кто знал о моем наряде, подсказал брату, что именно ему стоит надеть. От одной только мысли, что он и Мэдди так заморочились ради меня, кружится голова, делаю глоток воды, чтобы смочить горло. Поборов приступ жажды я впервые за вечер осматриваюсь по сторонам, отмечая дорогой интерьер ресторана и миловидные столики на двоих, расставленные в хаотичном порядке.

Мы делаем заказ и непринужденно болтаем, Брэд рассказывает о поездке, а я вскользь упоминаю о ночевке с Мэдди, мне наконец удается расслабиться и перестать ерзать на стуле. Я на свидании с парнем, который нравится мне, а я нравлюсь ему, разве это не чудесно?

– Кстати, об этом. – Брэд отламывает кусочек хлеба, лежащего в корзинке перед нами, затем методично намазывает ароматным маслом и протягивает мне. – Не хочу показаться странным, но кто-нибудь из вас двоих случайно не заходил в мою комнату?

Протягиваю руку, но Брэд уворачивается, поднося закуску прямиком к моим губам, тянусь навстречу, прищуриваясь и обдумывая его слова.

– С чего бы нам это делать? – масло тает на хрустящей корочке у меня во рту.

Я уже рассказала, что мы смотрели фильмы, ели пиццу и болтали, пока обе не отключились до утра. Мэдди из тех сестер, кто не приблизился бы к комнате брата даже под дулом пистолета, она с детства считает все, что мальчишки делают за закрытыми дверями, крайне гадким и на сто процентов заразным. После случайного визита в спальню Корвина, я убеждена в обратном, никаких аномалий обнаружено не было. Не то чтобы у меня было время порыться в его вещах, но выглядело все довольно прилично.

Теперь, когда я думаю об этом, мне хочется вернуться, чтобы изучить каждый уголок мрачного пространства. Низ моего живота непроизвольно сжимается, но к счастью подоспевший официант уже ставит перед нами еду, отвлекая от непрошенных мыслей. Хватит с меня и того, что не перестаю рисовать одно и то же лицо, как одержимая. Образ Корвина давно отпечатался на обратной стороне моих век, так что я вижу его слишком ясно и четко даже когда закрываю глаза, чтобы сделать глубокий вдох, сидя здесь перед другим парнем.

Брэд, по всей видимости, решает, что моя реакция направлена на него.

– Я не обвиняю, просто спрашиваю, если ты хотела вернуть портрет, ничего страшного…

Открываю рот, чтобы переспросить, о каком портрете речь, но громкий вой с улицы прерывает разговор. Несколько голов поворачиваются в сторону окна. Брэд вскакивает, засовывая руку в карман брюк, вынимая оттуда ключи от машины, брелок в его руке издает тревожный писк.

– Я разберусь, оставайся здесь, – бросает он, прежде чем рвануть к выходу. Я тоже встаю, чтобы подойти к окну и посмотреть, не нужна ли помощь. С моего места почти не разобрать происходящего, но вскоре звук сигнализации прекращается, и я возвращаюсь к столу в ожидании возвращения Брэда.

Проходит двадцать минут, но он все не появляется, наша еда давно остыла, поэтому я достаю телефон, чтобы набрать его номер. Звонок сбрасывается. Чувство беспокойства в груди начинает разрастаться, я пробую позвонить снова, но вызов улетает на голосовую почту. Подзываю официанта, чувствуя себя полной дурой.

– Извините, со мной был друг, но он отлучился, потому что его машина…

– Да, я в курсе, мисс, – перебивает официант, чуть склоняясь над столиком и понижая голос. – Наш сотрудник на входе сказал, что он просто сел в свою машину и уехал.

Сердце проваливается в живот.

– Как уехал?

Видимо, парень, понимает, насколько провально это звучит в моих ушах. Даже если Брэду не понравилось свидание, это не повод бросать меня здесь одну без объяснений. Внезапно становится жутко холодно, сглатываю горечь, образовавшуюся во рту, поднимая глаза.

– Тогда если вас не затруднит, принесите пожалуйста счет.

– Не беспокойтесь, мисс, он уже оплачен. Могу я сделать для вас еще что-нибудь?

Какая-то бессмыслица.

– Нет, большое спасибо, – я стараюсь не встречаться с ним взглядом, сгорая от смущения.

– Приятного вечера, – официант удаляется, а я все никак не найду сил, чтобы встать и покинуть заведение, чувствуя, как слезы собираются в уголках глаз.

По крайней мере Брэду хватило такта оплатить нетронутый ужин. Что вообще за ерунда? Это так на него не похоже… Пробую позвонить еще дважды, но все попытки только еще больше подрывают мою веру.

Испытывая невероятно сильный прилив злости, я подаюсь вперед и одним сильным дуновением гашу обе свечи. В этом позорном вечере нет ничего романтичного, и вряд ли пара фитилей, обернутых воском, это исправят.

Ничто этого не исправит…

– О, привет! Не ожидал, встретить кого-то знакомого так далеко от дома! – на свободный стул напротив меня опускается человек, которого я тоже никак не ожидала встретить.

Корвин

Шокированная моим появлением, Авелин быстро смахивает не пролитую слезинку и глубоко вздыхает, прежде чем ее плечи пораженно опускаются.

– Что ты здесь делаешь? – ее голос дрожит и звучит подавлено. Заставляю себя не думать о том, что именно я стал причиной этой грусти. Придет время, и я заглажу свою вину. На самом деле это одна из причин, почему я здесь.

– Были кое-какие дела в городе. Я проходил мимо и увидел тебя, – вру, наблюдая, как Авелин поворачивает голову к окну, после чего кивает самой себе. Предвосхищая ненужные вопросы, даю объяснение, прежде чем отвлечь ее внимание тем, что точно сместит фокус с меня. – Почему ты сидишь тут одна?

Моя добродушная улыбка служит снотворным для ее бдительности.

Брови Авелин сходятся на переносице, и глаза на секунду мечутся к экрану телефона, лежащего на столе, как будто она ждет, что ее ухажер позвонит и объяснится. Но он не позвонит, я позаботился об этом.

Черт, она так беспощадно красива даже с выражением тоски от разочарования на этом прекрасном лице. Жаль, что я не умею рисовать так же красиво, чтобы сотни дней один за другим повторять ее черты на бумаге. Из тринадцатилетней девочки с огромными карими глазами, печальными и непонятыми никем в Айрон Ридже, Авелин Кинкейд выросла в настоящую ослепительную красавицу. Мои руки зудят от желания перевернуть стол, отшвырнуть его в сторону и прикоснуться к ее лицу, провести кончиками пальцев по раскрасневшимся щекам и этим полным губам. Член в моих джинсах болезненно напрягается, как каждое нервное окончание во мне он желает соприкоснуться с этой девушкой. Я сижу здесь, сверкая беззаботной улыбкой, сводящей скулы, а внутри умираю, сходя с ума от тоски по ней.

– Это самая стыдная история за последние несколько лет, даже при учете истории с моей выходкой в твоей ванной. Так что может я расскажу, а ты вдоволь поглумишься? – внезапно сжав руки в маленькие кулачки, начинает она.

Эта версия Авелин мне еще не знакома. Где-то под поверхностью моей кожи кровь закипает от предвкушения, что каждый ее слой будет снят мною с особым трепетом, сравнимым лишь с детским восторгом в рождественское утро. Я буду первым, кто увидит ее без кокона, в котором она пряталась всю свою жизнь.

– Итак, с чего бы начать, – она допивает воду, ставя стакан на стол и указывая на две тарелки еды, которые официант до сих пор не удосужился убрать. Стоит отлучиться, чтобы сломать идиоту обе руки, но я откидываюсь на стуле, притворяясь, что весь внимание.

– Давай, Нимфалида, выплесни свою злость! – подбадриваю я.

– Окей, ситуация в том, что парень пригласил меня на свидание. Наше первое свидание. – Поправляя идеально сложенные приборы, она еще раз подчеркивает, будто я и без того не расслышал, что этот урод посмел перейти мне дорогу. – А потом в его машине сработала сигнализация, он… Я даже, черт возьми, не знаю, что именно произошло. Он вышел ненадолго и с тех пор, как видишь, все еще не вернулся.

– Ты пробовала ему звонить? – конечно она пробовала, телефон ван Аллена отключен и лежит во внутреннем кармане моей кожаной куртки.

– Да, но звонок отправляется на голосовую почту, и прежде чем ты скажешь, что у него должно быть сел телефон или еще что-то подобное, я должна опередить тебя. Официант рассказал мне, что кто-то из служащих видел, как Брэд просто сел в машину и уехал.

– Брэд как Брэд ван Аллен? – когда она кивает, я с видом неверия качаю головой. – Вот же придурок. Ну я не особо удивлен, он всегда был немного странным.

Авелин неосознанно принимается защищать.

– Мы дружим с самого детства, он брат моей лучшей подруги, и наши родители тесно общаются уже много лет, – судорожно начинает она, явно занимаясь самокопанием в поисках причины исчезновения ее спутника. – Зачем было приглашать меня, если… – не закончив фразу, она закрывает лицо обеими ладонями.

Спасибо, Господи!

Я принимаю этот шанс, с радостью касаясь ее нежных рук, чтобы убрать их с лица.

– Не стоит переживать из-за него, Нимфалида, и уж тем более искать причину в себе. Иногда люди просто поступают дерьмово потому что могут, и разгребать последствия должны только они сами.

Хотел бы я рассказать, как все было на самом деле.

Подкравшись к дому Авелин этим вечером я планировал немного понаблюдать, прежде чем уйду на задание, связанное с Кланом. Но миссис Кинкейд была так воодушевлена свиданием дочери, что ее радость просачивалась сквозь стены дома, впиваясь в мои уши. Болтая по телефону в саду, она твердила о ресторане в соседнем городе так, словно ублюдок ван Аллен достал для Авелин звезду с неба.

И я сорвался.

Потребовалось меньше тридцати минут, чтобы прибыть на место, и когда мои глаза нашли парочку, сидящую по ту сторону окна и мило беседующую за ужином при свечах, красная пелена заволокла зрение. Быстро оценив ситуацию и проверив камеры, я снова заглянул в окно ресторана, улучив момент, когда к столику подошел официант. К огромному несчастью ван Аллена, миссис Кинкейд обмолвилась о новой машине, найти которую не составило большого труда. Ярко-красный «БМВ» стоял припаркованным чуть дальше по безлюдной улице.

Одного удара по лобовому стеклу оказалось достаточно, чтобы пошли трещины, а чертов ван Аллен выскочил из ресторана с позеленевшим лицом. Я не собирался прятаться, когда он в полном бешенстве направлялся ко мне быстрыми шагами.

– Ты совсем охренел, Бёрк? – парень остановился в паре ярдов от того места, где я стоял, прислонившись к его новенькой машине. Он отключил сигнализацию и вперил в меня свой обозленный взгляд. – Хочешь неприятностей?

Его намек на угрозу вызвал у меня слабую усмешку.

– Как будто ты можешь их доставить, – на этот раз я шагнул вперед, встретившись с ним нос к носу. Я был выше и крупнее, но физическое преимущество не играло роли, когда в моем рукаве лежали другие карты. – Сейчас ты сядешь свою тачку и нахрен уберешься отсюда, но перед этим отдашь мне свой телефон.

– Ты перебрал с выпивкой? – он отступил назад, несмотря на не угасающую враждебность. – Я не собира…

– Выпускные экзамены, кабинет химии, было весело, правда? Напомни, сколько баллов ты тогда заработал? – на моих губах заиграла лучезарная улыбка. Лицо ван Аллена побелело, я подмигнул. – Это было два, три года назад? Столько ей сейчас?

– Кк-аак ты узнал? – заикаясь спросил он, озираясь по сторонам. На самом деле я мог бы просто вырубить его и отбуксировать тачку куда-нибудь, где ее долгое время никто не заметит. Но это заняло бы слишком много времени, и повсюду здесь были камеры. Поэтому я предпочел излюбленное средство моего старшего брата – шантаж.

– Фокусник не раскрывает своих секретов, – я снова выдавил из себя улыбку, но на этот раз она была больше похожа на оскал.

– Там внутри меня ждет девушка, я не могу бросить ее одну, – пробормотал придурок. Вот именно, он не должен был бросать ее, ему следовало послать меня нахрен и вернуться внутрь, а не поджимать хвост как жалкому неудачнику. Чего еще ему не стоило делать, так это трахать свою учительницу прямо в классе, а потом рассчитывать, что об этом никто не узнает. Он не заслуживал даже мимолетного взгляда Авелин, не то чтобы свидания с ней.

Демонстративно бросив взгляд на наручные часы, я протянул руку, требуя его телефон, как только тот оказался в моей ладони, раздался звонок, и имя Авелин вспыхнуло на экране. Я сбросил вызов, вырубив устройство, снова взглянув на парня.

– Поторопись, приятель, даю тебе ровно минуту.

Ван Аллен тяжело сглотнул и поджал губы, я чувствовал, как он хочет дать отпор, но в нынешней ситуации отступить было бы лучшим решением, ведь так или иначе я бы не позволил ему вернуться внутрь. Без дальнейших споров он сел в тачку и сорвался с места, а я направился к ресторану и на поиски официанта, чтобы избавить Авелин от необходимости закрывать счет и оставить щедрые чаевые взамен на небольшую помощь.