через некоторое время: стало ясно, что покидать город он не собирался – мы спустились под мост в район старых узких улочек и одноэтажных домов. – К моему другу. Где-то мы должны переночевать, а завтра утром по
рюмки, швырнув их в шкаф, а сам исчез за перегородкой в комнате, которая предназначалась мне. А я осталась сидеть возле окна и терялась в догадках: кого черт принес? Одно радовало: Саша сказал – гость, то есть в единственном числе
своего мужика убивать охота? Хотя есть такие, что и допекут… В общем, живи – не дергайся, и соседи слова не скажут. Тут у всех кто-нибудь да притулился. Вон напротив восемь человек живут: граждане кавказской национальности, чем здесь заняты, одному богу ведомо, и никому
отношениях с еще одним авторитетным товарищем по кличке Мухач, хотя очень возможно, что они любят друг друга как кошка с собакой. В первом случае «прекратить» будет нетрудно, во втором – крайне затруднительно. Хотя, может, зря я голову ломаю и Ленина фраза ко мне никакого отношения не имеет.
потому, что какая-то баба позвонила тебе по телефону? По-моему, это глупо. И малоправдоподобно. – Это ты так думаешь, а я, когда мне позвонили… месяца не прошло с ваших похорон. И она назвала имя… Я испугался, вдруг этот человек в самом деле решит, что я как-то причастен к Димкиной
повергло меня в недоумение: вот только наркоты мне и не хватало. Я нахмурилась, глядя в лицо Володи, а он торопливо пояснил: – Это мои догадки. Просто однажды мы сидели в ресторане, а одна девица, явно накачанная, пыталась покончить с собой, выпрыгнув из окна. Сцена была
темном стекле и даже хихикнула: – Все в порядке. Никто и не ожидал, что вернуться сюда будет легко. Я вышла на остановке «Гостиница «Заря» и направилась к девятиэтажному зданию, выкрашенному в нелепый розовый
их в пакет, сумма, судя по всему, была смехотворная. Я мысленно усмехнулась: не одной мне не везет, а потом и успокоилась – никакие парни не террористы, обычные грабители, свистнут мои сто рублей (не мои – Светкины) и