Глава 9

– Твою мать! Я сейчас сдохну! – пыхтела Наташа, умирая на скамейке в парке.

Подруга, наконец-то, нашла в себе силы для того, чтобы выбраться на пробежку вместе со мной. Хотя, её энтузиазма хватило ровно на тридцать секунд, так как уже на тридцать первой она решила умереть прямо посреди парка на чудесной деревянной скамейке.

– Вставай, старуха, – усмехнулась я и потянула её за ногу. – Мы только начали.

– Чтоб тебя тот парень драл до такого же состояния как ты меня, – злорадно произнесла подруга, даже не пытаясь подняться.

– Опять начала сватать мне того блондина? – села рядом с Наташей, положив её голову себе на колени. С пробежкой, видимо, на сегодня всё.

– А почему бы и нет? – пожала подруга плечами. – Ты прекрасно знаешь, как я теперь отношусь к твоему муженьку, в свете последних событий. Поэтому не вижу ничего зазорного в том, чтобы отплатить ему той же монетой.

– Ну и зачем мне это надо? Что мне даст секс на стороне, кроме отвращения к самой себе?

– А то к Илье ты отвращение не испытывала первое время, после того как снова съехались? – иронично произнесла Наташка. – К тому же, это всего лишь секс, который ни к чему не обязывает. Пососались, полизались и разбежались. Ты сама говорила, что паренек частенько меняет девок, так что он самый оптимальный вариант для горячего секса без каких-либо обязательств. А если ещё вспомнить, в каких красках ты описывала его ночные сношения, то могу с уверенностью сказать, что кончать ты будешь, как пулемет. Сколько там у тебя уже искры из глаз от мощнейшего оргазма не сыпались? Месяц? Два?

– Пять, – ответила ей тихо, отчего подруга присвистнула. – Лет, – уточнила я после короткой паузы и это маленькое слово заставило девушку резко сесть и уставиться на меня во все глаза.

– Пять лет?! – ещё немного и её глаза точно выпадут. – Пять лет без оргазма? Пять, сука, лет!?

– Успокойся ты. Сейчас последний голубь в этом парке будет в курсе того, когда у меня и чего было.

– Пять лет, – на выдохе сказала подруга, глядя куда-то в пустоту. – А Илья, что думает по этому поводу? Он как-то работает над тем, чтобы ты уже… то самое слово, которое нельзя знать голубям.

– Илья не знает, – стыдливо произнесла я.

– В смысле? – не поняла подруга и снова положила голову мне на колени. – Как муж может не знать, что его жена не кончает?

– Я симулирую, – чем больше я откровенничала, тем больше мне хотелось провалиться под землю.

– Нахрена? – задала Наташа вполне резонный вопрос. – Надо ему сказать! Пусть лучше старается.

– Я тебе-то кое-как сейчас об этом сказала, а с ним вообще не представляю, как об этом говорить. Да, и сама подумай, пять лет молчала, делала вид, что все хорошо и такое признание. Каково ему будет?

– Каково будет ему?! – Наташа села и вновь возмущенно заглянула мне в глаза. – А ты забыла каково было тебе, когда ты увидела, как он драл левую телку в женском туалете? Или, может, ты забыла, каково было тебе, когда ты ревела у меня на плече, не зная, как тебе быть и жить дальше? Окстись, подруга, и хотя бы раз в жизни подумай о себе. Тебе двадцать девять лет и за всю жизнь у тебя был один мужчина, и тот не самый лучший, как выяснилось. Ты ни разу не была плохой, отвязной девочкой. Вышла замуж на втором курсе, родила на нем же. Носилась и носишься до сих пор со своими мужичками, совершенно не думая о своем комфорте и желаниях. Поживи для себя хотя бы раз. Трахни того парня, оттянись по полной. Напейся, хотя бы раз в жизни. По пьяни столько приколюх можно совершить. Хоть в старости будет что вспомнить, если, конечно, вспомнишь, – улыбнулась подруга. – Ты знаешь, что я тебя люблю, Лёлька, но я не могу любить тебя за нас двоих. Не живи для кого-то, поживи для себя, хотя бы этим летом.

– А для этого обязательно трахать кого-то помимо мужа? – сдерживая смех, спросила я.

– Всенепременнейше! Стряхни паутина со своей киски и поимей того парня так, чтобы это он стонал, как те его многочисленные сучки, – с нажимом ответила подруга. – И вообще, надо выпить.

– Шесть утра, Наташа, – напомнила я ей. – И что за повод?

– Надо помянуть твой оргазм. Пять лет – юбилей.

– Балбесина ты, – натянула капюшон ей на голову, от чего она тоже засмеялась.

– Не хочешь трахать того красавчика, то хотя бы пофлиртуй с ним, – не унималась подруга. – Знаешь, как флирт поднимает самооценку и настроение? Отнесись к этому, как спорту. Зацепи парня и получай волну комплиментов. От тебя, по большому счету, ничего и не требуется, кроме милой улыбки и пары фраз.

– Какая ты приставучая! – закатила я глаза. – Ладно, флирт я попробую, но ничего больше. Я, всё-таки, замужем, – указал на кольцо на безымянном пальце правой руки.

– И на том спасибо, – кивнула подруга, расплываясь в широчайшей улыбке. – Побежали дальше. Я ещё не на всех скамейках этого парка полежала.

Глава 10

Очередной вечер снова выдался жарким. Природа решила окончательно спалить наш город этим летом, чтобы не мешали ей спокойно жить. В чем-то я с ней согласна, но легче и хоть сколько-нибудь прохладнее мне от этого не становится.

Привычно по дороге с работы забрала Никиту с тренировки. Переодевшись в домашнее, решила приготовить традиционный сытный ужин перед тем, как Илья уедет почти на неделю в небольшую командировку для подписания сверхважных и, безусловно, сверхденежных контрактов.

Никита привычно устроился за компьютером в своей комнате, пройдя мимо которой несколько раз, я решила прервать привычной ход его послетренировочного времени. Мальчику девять лет и он все больше стал уделять времени компьютеру, а не живому общению со сверстниками.

– Никита, – позвала я сына, зайдя к нему в комнату. – Сходи, погуляй немного на площадке.

– Зачем? – обернулся сын и посмотрел на меня как на идиотку.

– Чтобы глаза за компьютером не портил, – ответила ему самым очевидным аргументом из тех, что смогла придумать. – И вообще, тебе через неделю ехать в лагерь, а ты даже с ровесниками контакт находить не умеешь. Сходи и пообщайся.

– Мне хватает общения и на тренировке. В команде одиннадцать человек, не считая тренера и запасных игроков. Так что мне и за компом нормально. И я устал после тренировки.

– Ты каждый вечер после тренировки приезжаешь домой, ужинаешь и садишься за компьютером до самого сна. Может, все-таки, погуляешь? Да и видела я ваше общение в команде: поорали друг на друга на поле, а потом еще немного в раздевалке и разошлись. Так что иди и ищи себе друзей по интересам, – судя по тому, что сын закатил глаза и вновь повернулся к компьютеру, мне еще предстоит серьезно поработать над командным голосом. – Значит, помогай мне готовить. За компьютером я тебе сидеть все равно не дам, но зато научу стряпать твой любимый пирог с земляничным вареньем.

Отодвинула стул с сидящим на нем Никитой подальше от компьютерного стола и выключила сам компьютер.

– Ну, ма! – возмутился сын и закатил глаза. – Нормально же общались. Чего начала-то?

– Хочу еще нормальнее пообщаться со своим сыном. Пойдем со мной на кухню, приготовим ужин. Наденешь тот розовый фартук с цветочками, что мне на восьмое марта подарил.

– Фу! Он же девчачий!

– Ну так, что, – деловито произнесла я, словно мы были на важных переговорах. – Идешь гулять или в фартуке по кухне бегать? Ещё нужно пропылесосить во всей квартире и пыль протереть. О, и окна помыть тоже надо…

– Я пошел гулять!

– Вот так-то! – отряхнула руки и уперла их в бока. – Возьми гироскутер, покатайся. А то два раза проехался на нем и в шкаф убрал.

– У него одно колесо не едет, а папе починить некогда, поэтому он в шкафу и лежит, – ответил Никита, переодеваясь в темные шорты и светлую футболку для прогулки.

– Скейт тогда возьми, он тоже без дела у тебя стоит и очень давно, кстати.

– Ладно, – устало протянул сын и отодвинул дверцу шкафа купе, откуда достал черный скейт с рыжим пламенем. – Довольна?

– Надень шлем и наколенники и мама будет довольна, – ехидно произнесла я, скрестив руки под грудью.

– Да, блин… – протянул сын. – Мне же не пять лет, чтобы в защите ездить. Упаду и встану. Ныть не буду.

– Ну, тогда конечно… – согласно закивала я, состроив серьезную рожицу. – Тогда конечно разбивай себе голову об асфальт и шокируй голубей мозгами.

– Ладно, – оборвал меня сын. – Но я надену только шлем.

– И на том спасибо, – старательно пыталась подавить улыбку победителя, но у меня это плохо выходило.

Увидев мой триумф, Никита устало вздохнул и поспешил покинуть квартиру, чтобы не нервировать прежде всего себя.

– Всё, я ушел! – резюмировал он напоследок.

– Я буду скучать, – крикнула я в закрывающуюся дверь и услышала наигранный тяжелый вздох сына. – Когда начнет темнеть, возвращайся домой.

– Знаю, – ответил он и, судя по звукам, решил спуститься пешком по лестнице.

Оставшись дома в гордом одиночестве, включила на полную громкость любимый русский рок и приступила к привычным домашним хлопотам. Уборка и готовка всегда очень легко и быстро проходили только тогда, когда я оставалась дома одна и никто не бегал под ногами, спрашивая: «Когда уже всё будет готово?» или «Долго там ещё?».

Пока курица с овощами запекались в духовке, я порхала по комнатам, собирая пыль со всех возможных поверхностей, тихо напевая себе под нос любимые композиции. Примерно через час после начала прогулки домой вернулся Никита и, скинув в прихожей кроссовки, быстрыми шагами прошел в свою комнату.

Проследовала за ним, так как выражение его лица было уж очень сосредоточенным и серьёзным.

– Никита, ты почему так быстро вернулся? – спросила я аккуратно, наблюдая за тем, как сын рылся в своем шкафу. – Что-то случилось?

– Где мой гироскутер? – спросил он немного раздраженно, откуда-то из недр шкафа.

– В синей коробке на нижней полке, – поспешила ответить и я и робко спросила. – А тебе он зачем? Друзьям показать хочешь?

Шуршание, кряхтение, довольный возглас «Нашел!» и Никита выбрался тз шкафа, закрыв за собой его дверцу.

– Демон обещал его починить.

Горящие восторгом глаза сына заставили меня улыбнуться. Вот только кличка «чинителя» мне не очень понравилась.

– Что еще за «демон»? Я тебя отпускала гулять на детскую площадку, а не в преисподнию.

– Ну-у… – протянул Никита в ответ. – Я немного расширил границы площадки и выехал на парковку возле дома. Там и асфальт ровнее для скейта.

– А кто такой «демон»? Я его знаю?

– Ма, ты чё? – возмущению сына не было границ. – Это же наш новый сосед.

– А нормального имени у нашего нового соседа нет? – вскинула я брови.

– Демьян, кажется, – сын задумчиво поднял взгляд в потолок. – Не помню, короче. Он сказал называть его Демоном, и пообещал починить мне гироскутер.

– За какие такие заслуги он пообещал починить тебе гироскутер? – не унималась я.

– Я помог ему сейчас отремонтировать машину, а он мне за это починит колесо. Вот такой у нас обмен.

– Понятно, – сощурила я глаза. – Только не задерживайся там и никуда с ним не уходи. Понял? – крикнула уже в спину убегающему сыну, который, вероятно спешил на парковку.

Демьян, значит…