Цитаты из книг автора «Тата Кит»

мне вот по инициалам. Костров Михаил Захарович. «К», «М», «З». Камаз. – Как примитивно. – Какая у тебя фамилия, Маруся-необычная. – Чернявская. И не называйте меня Марусей. – Чернявская Марина Олеговна… Стало быть… – Я не играю, – перебила я его раньше, чем он успел бы договорить то, что звучало хуже, чем «очкушка». – Зря, Чернявская Марина Олеговна. По-моему, очень лаконично, Чернявская Марина Олеговна. А главное, в тему последних дней и событий, Чернявская Марина Олеговна. – Боже, – закатила я глаза.

почему вас Камазом называют? У вас фамилия ведь не Камазов. На самом деле мне не была интересна история появления его прозвища, но я была готова говорить о чем угодно, лишь бы увести тему подальше от содержимого моей сумки. Уверена, Костров еще не все шутки пошутил по этому поводу. – Ты, Марина Олеговна, в школе не училась, что ли? Сразу учить пошла? – В смысле? – В прямом. Ты где была, когда клички по инициалам раздавали?

Ебучий дзен меня покинул и пришиб нахрен Марусю, когда она бросилась ко мне на шею, и, честное слово, лучше бы придушила, чем начала целовать. Еще никогда и ни одна женщина не пыталась засунуть свой язык в мой рот настолько настойчиво и открыто. Помимо обслюнявленной Марусей бороды мокрым у меня был даже нос. – Маруся, чтоб тебя! – рявкнул я на девушку, отчего она замерла лишь на секунду, а затем предприняла новую попытку забраться мне в рот. – Хватит, я сказал! Пришлось грубо схватить ее за плечи, оторвать от себя, запихнуть ее же язык обратно в ее дурную башку и усадить задницей на диван. – Какого хрена ты делаешь? – резким движением руки тыльной стороной ладони отёр свой подбородок.

Вот и я для всех как катышек пупочный, – опечалилась шальная императрица, снова пустив сопливую слезу. – Все вспоминают обо мне только когда им скучно. Никому я по-настоящему не нужна. Совсем никому. Миша, познай дзен. Познай этот ебучий дзен и не ляпни чего лишнего! Тут каждое сказанное тобой слово может и будет использовано против тебя. – Мне нужна, – ляпнул я с небольшим дополнением. – Ты мне нужна сидящая здесь и никуда не рыпающаяся.

давайте потанцуем, – снова засияло веснушчатое лицо. – Маруся, – вздохнул я, качнув головой. – Что насчет того, чтобы прижать свой зад на ближайший час и никуда не рыпаться? – Но я не хочу прижимать свой зад. Говорят, если много сидеть, то может появиться геморрой. – М. Так вот, что я насидел себе в том баре. Ну, давай, танцуй. – Я одна не умею. Я с вами хочу.

Фу! А знаете, что я еще не люблю в мужчинах? – Страшно представить, – бросил я равнодушно. Посмотрел на наручные часы, чтобы засечь час, после которого мне можно будет сдернуть с нее свою футболку и уехать домой. – Ненавижу, когда мужчина грызёт свои ногти. И знаете, делает это так…

подглядывали?! – выпучила Маруся возмущенно глаза. – Как вам не стыдно?! Вы же взрослый человек! – Это не я тут перед тобой светанул тощей копилкой. Так что засунь свои возмущения обратно туда, откуда они вылетели. – Вы всё видели, да? – значительно успокоилась Маруся и, будто бы, постыдилась даже. – Я не смотрел. – Я вам не нравлюсь, да? Совсем? Не диалог, а пляски на минном поле. – Скажем так, Маруся, ты не в моем вкусе. Я предпочитаю женщин

Маруся, запах самца, – пощёлкал пальцами перед её лицом. – Бери, пока дают. – Это у вас от чего? – спросила она, коснувшись подушечками пальцев старого уродливого шрама на моих ребрах справа. Непроизвольно вздрогнул и слегка отпрянул. – Это, Маруся, не твоё дело. – А это? – коснулась она другого шрама значительно меньше с левой стороны живота.

подкатываешь ко мне, что ли? – вскинул я изумленно брови. – Неплохая попытка, Маруся, но нет. – Вам жалко дать мне свою футболку? – вцепилась в мои плечи Олеговна. – Буквально на часок. Я пропитаюсь вашим запахом и постараюсь сохранить его до встречи с Витей. – Так тебе футболка моя нужна?

Помолчи, Маруся. Просто помолчи, – пришлось отвести обеими руками нитки ото рта, чтобы можно было сделать глубокий вдох, попытаться успокоиться и не подавиться ниткой от затычки.