Цитаты из книг автора «Тата Кит»

Кому что, а парень с растущим отростком не перестает тянуться к влаге.

– Вообще-то, – не выдержал он на пододеяльнике. – Я планировал натягивать тебя на себя, а не пододеяльник на одеяло. И почему эта штука называется пододеяльником? – ворчал он, борясь с тканью. – Пододеяльник же я, раз лежу под одеялом. А это какой-то наодеяльник. И, блядь! – выругался он, – Как эта штука работает?!

Кажется, слова сестры оказались пророческими для меня: «И не дай тебе Бог применить на практике выражение: «если любишь – отпусти». Я отпустила.»

Сложно сказать, что именно я чувствовал, глядя на их удаляющиеся спины. Тоску по веселым годам, проведенным с семьёй? Безусловно. Желание вернуться домой и попытаться повторить то, что было до того, как всё начало рушиться? Нет. Как было, уже не будет, даже если мы очень сильно постараемся. А любить свою жену по привычке – это прямой путь к ненависти к ней и к себе. Я хочу оставить в своём сердце уважение к ней и благодарность за те годы, что мы прожили вместе. Возможно, рвать нужно было постепенно, чтобы не причинять той боли, что сейчас читалась в глазах Наташи. Но мои сомнения и бесконечные копания в себе не оставили мне выбора, позволив обстоятельствам решать за меня.

Мне было жалко его, нашу дочь, себя, нас – поломанных и ослабших. Но вернуть всё назад и сказать ему то, что я должна была сказать когда-то, уже не представляется возможным. Остается только расхлебывать последствия уже сказанного и надеяться на то, что завтрашнее утро окажется мудренее этого совершенно сумбурного дня и вечера.

Всего один раз я позволила себе мельком, через плечо, посмотреть в сторону Саши и это было моей фатальной ошибкой. Он поймал мой взгляд, усмехнулся уголками губ, тут же спрятав улыбку за ободком бокала. Улыбка его была злая, раздраженная, от нее так и веяло холодом равнодушия и вместе с тем горячей яростью, с которой он всё продолжал смотреть на меня и следить за пальцами Дениса, ненавязчиво поглаживающими мою спину.

- В общем, жду вас в субботу, - ни то улыбнулся, ни то оскалился Саша. Воткнул в уши наушники, попрощался с Денисом и, обходя нас с моей стороны, на короткую секунду заглянул в мои глаза. Жар, бегущий по коже, достиг своего пика. Я не могла не пошевелиться, не вдохнуть. Я видела перед собой лишь темно-карие глаза, в которых читалось всё – от ненависти до… ревности?

- Ну, а я? – поинтересовалась и я. – Изменилась? - Да, - бросил Саша уверенно, скользнул взглядом по моему плечу и вновь вернулся к глазам. – Ты не носишь косуху. - И всё? – хохотнула я. – Всё, что ты заметил? - Заметил, что теперь ты выглядишь дорого. Элитно. - Как-то странно звучит, - нахмурилась я и далеко не от яркого солнца. – Характеристику эскортницы напоминает. - Ну, - повел Саша неопределенно плечами и снова спрятал глаза под сгибом локтя. – Наверное, чтобы привлекать мужиков с деньгами, как раз и нужно иметь характеристику эскортницы… Наверное, никогда я еще не испытывала такого жгучего коктейля чувств из злости и обиды. К горлу подступил горький ком, глаза защипало, но вместе с тем я настолько сильно стиснула зубы от злости, что еще немного они захрустят, рассыпавшись. - Ясно, - выронила я сипло. И прочистив горло, привстала, чтобы взять толстовку и спуститься с крыши. - Уходишь? – спросил Саша, приподняв голову. - Угу, - только и смогла я выдавить, скатываясь по лобовому на капот. И уже с капота спрыгнула на траву. Взяла с заднего сиденья свою сумочку, перекинула ее через голову на плечо и, не оборачиваясь, пошла в сторону аэропорта к автобусной остановке. Толстовку повязала на поясе. Прохлада утра уже отступила, и теперь жарко казалось даже в майке. Саша не последовал за мной и только это обстоятельство позволило мне не разреветься в эту же секунду. Я уже находилась на грани, и еще один эмоциональный всплеск, который произойдет после первого любого слова, сказанного Сашей, приведет к тому, что сопливая бомба, которую я сдерживаю, рванёт.

– Тогда хвостик нельзя. Нужно косичку. Арина, плети, - приказала дочка, сунув своей тётке в руки расческу и резинку. - Кажется, ты забыла добавить «пожалуйста». - Быстро, а не пожалуйста, - деловито уточнила Настя, показав на свои волосы. – Я на работу опаздываю, вообще-то. Улыбнувшись, мы переглянулись с Ариной, молча придя к решению, что с нашим генералом спорить бесполезно.

– Всё ещё не хочешь, меня поцеловать? – спросил он хрипло, лаская кожу плеча губами. – Хочу, чтобы ты целовал меня, – выдохнула я, чувствуя сладкую дрожь по телу, когда платье красным облаком упало к ногам. Тихий смешок коснулся волос на затылке. Артём тягуче медленно провел костяшками пальцев по коже предплечья. Неспешно скрутил волосы жгутом и перекинул через плечо. – Где тебя поцеловать? – шепнул он, коснувшись губами мочки уха. – Здесь? – едва слышный вопрос и легкое касание губ на шее. – Или здесь? – поцелуй спустился ниже по шее. Теплая ладонь накрыла мой живот и мягко вжала меня в горячий обнаженный торс. – Где, Оля? Нежный шёпот, пустивший