4

Ребекка

Спустя три дня я следовала по коридору Лармара вслед за одним из ше’ру, который вел меня к кабинету верховного баргата в самой высокой башне академии.

Нам с Кайлом понадобилось время, чтобы выбраться с Пустого острова, привести себя в порядок после долгого скитания по горам и найти новую одежду. За эти дни мы с талласцем разработали стратегию, как отвечать на расспросы баргата, однако чем ближе становилась встреча с Шаяном, тем сильнее у меня холодело внутри.

Уже на следующее утро после знакомства с Кайлом я начала подозревать, что слишком уж быстро дала согласие на союз с ним. Возможно, в ту ночь на меня воздействовала отравляющая магия, как и на дракона. Иначе как объяснить, что буквально через несколько часов мои мысли стали яснее?

Кстати, наш общий дракон тоже стал проявлять характер. Теперь он отказывался беспрекословно подчиняться, поэтому Кайлу пришлось ждать, пока своенравное существо напоследок налетается вокруг Драконьего Хребта.

А сам Кайл пока мы ждали угомонившегося дракона заметил мои сомнения насчет нашего союза, и его жесткое «вздумаешь кинуть меня – сдам баргату» до сих пор эхом отдавалось в памяти.

И теперь здесь, в коридорах Лармара, я как никогда остро осознавала, что угодила в западню.

С одной стороны был Кайл, с другой – Шаян, а посередине мы с Ромусом.

Ше’ру, который вел меня, остановился возле массивной дубовой двери. Постучав два раза, он получил холодный ответ верховного баргата:

– Входите.

Ше’ру обернулся на меня, словно молчаливо спрашивал: «Уверена, девочка? Обратной дороги не будет».

Я поправила новую форму, которую раздобыл Кайл. На смену моей прежней потрепанной одежде пришли черная рубашка, кожаные брюки, корсет в виде жилетки и высокие сапоги на рельефной подошве. В этом наряде я еще отчетливее чувствовала себя обманщицей и лгуньей. Да, до кожаной брони ше’ру с множеством потайных карманов и скрытых ножен мне было еще далеко, но и тут имелась пара тайников с небольшими кинжалами.

Немного волнуясь, я быстро провела рукой по своим темным волосам, проверяя, не выбились ли из косы пряди, и поправила новую форму.

Я понятия не имела, откуда у Кайла столько связей и денег на покупку всего необходимого, но позволила ему полностью подготовить меня к встрече с баргатом.

Я кивнула ше’ру, тот отворил дверь и шагнул в кабинет верховного баргата. Я вошла вслед за ним.

Внутри помещение освещали несколько свечей. Баргат сидел за письменным столом и вчитывался в бумаги. На его коротких темных волосах плясали блики пламени. Густые темные брови слегка хмурились, а прекрасное лицо выражало задумчивость. На нем была черная кожаная броня ше’ру, предплечье стягивали два толстых золотых браслета – признак лидера элитных воинов империи. Вся его фигура излучала ауру властности.

– Ваше верховенство, эта девица утверждает, что хочет учиться у нас, поскольку имеет связь с драконом, – доложил ше’ру, тенью застыв рядом со мной. – Просила разговора с вами.

Я замерла на месте, боясь даже дышать. Опасная близость с баргатом настолько меня пугала, что я просто застыла в ожидании того, когда он оторвется от бумаг.

Но Шаян лишь повертел в руках перо, будто и вовсе не слышал слова одного из своих солдат. И это очень рассердило меня. Я уже открыла рот, чтобы хоть что-то ему сказать, как вдруг баргат поднял голову.

Прямой и суровый взгляд буквально пригвоздил меня к месту, заставив сердце пропустить удар. Его глаза светились мягким желтым светом, до жути притягательным и пугающим одновременно, и я забыла, что надо дышать.

– Имя?

Его бархатистый, но при этом властный и холодный, как ледник, голос окутал мой разум. Я даже не поняла, что ко мне обратились. Я вообще ничего не поняла. А под пронзительным, выворачивающим душу взглядом, я не сумела вспомнить собственное имя.

Ше’ру, который стоял рядом, покосился на меня и ответил:

– Назвалась Ребеккой. Приземлилась на драконе прямо на площадку. Сразу велела вас позвать, желает поговорить наедине. Утверждает, что всадница.

Уголок рта Шаяна дернулся вверх.

Он хмыкнул и встал из-за стола во весь свой огромный рост. В пару шагов приблизился и, нависнув надо мной, посмотрел на меня сверху вниз. Я испуганно сжалась. Баргат одним своим видом повергал меня в ужас.

«Что ему сказать?» – в панике подумала я. Все, что мы репетировали с Кайлом, мгновенно вылетело из головы.

– Раз хотела наедине, то оставь нас, Алакай, – тихо и вкрадчиво велел Шаян, не сводя с меня глаз и не мигая. – Как знать, может, хотя бы один на один она сумеет обрести дар речи.

Алакай кивнул, а я с отчаянием посмотрела на него, умоляя не уходить. Но ше’ру быстро скрылся за дверью, сверкнув беловолосой макушкой. А мне оставалось лишь медленно повернуть свою голову к баргату.

– Садись, – кивком указал он на кресло возле своего стола. – Слушаю тебя.

Я скользнула на кресло и тут же вцепилась в обивку сидения.

«Спокойно, Ребекка. Спокойно. Вдох-выдох. Ты справишься! Просто повтори все, что выучила наизусть. В конце концов, ты будущий всадник!».

Я вспомнила о брате и том, что очень нужна ему, вновь напитав себя уверенностью, что справлюсь. Что смогу! Но вся эта уверенность тут же разбилась о скалы волнения стоило мне осознать, что Шаян не собирается возвращаться за стол. Присев на край столешницы, он продолжил взирать на меня сверху вниз, словно сова на мышку-полевку.

– Итак?..

Я пропала.

Повисла пауза, во время которой баргат рассматривал меня, а я его.

В его ухе блеснули золотой кафф и два колечка, когда он чуть наклонил голову и сощурил глаза. Шаян взял меня за руку, и его неожиданное прикосновение обожгло кожу. Я судорожно вздохнула, наблюдая за тем, как он изучает татуировку, доказывающую мою связь с драконом. Закончив, он пальцем очертил завиток на моей ладони, отчего по моему телу одна за другой прошли волны дрожи и жара.

Татуировка засветилась, и немного погодя погасла. После чего баргат вновь обратил взор на мое лицо, обращаясь ко мне с новым вопросом:

– Откуда у тебя дракон, Ребекка?

Я потерялась в его глазах и тепле, идущем от огромной ладони, в которой до сих пор тонула моя маленькая ладошка.

– Я… – наконец удалось выдавить мне, – я обуздала его на Пустом острове.

– Это все, что ты хотела сообщить мне наедине? – Его вкрадчивый голос забирался под кожу, жаля укусами тысячи змей. – Только ради этого требовала приватный разговор?

Не только, но ничего больше я, как назло, произнести не могла.

Верховный баргат занимал мои сны с тех самых пор, как я увидела его на площади. И сейчас кошмар оказаться напротив него воплотился в реальность.

«Я аэрукет. Он – ше’ру. Он ловит и убивает таких, как я, – билось в голове. – И пока он лишь по благословению Шаале не догадался, кто на самом деле сидит перед ним». Такие мысли вызвали очередной приступ паники, который заставил меня задышать чаще.

Я прекрасно понимала, что если продолжу молчать, то скоро терпению баргата придет конец. Он меня принял, и уже это можно было считать чудом. По словам Кайла, меня скорее направили бы к заместителю Шаяна. Уж не знаю, с кем бы мне удалось изъясниться проще, однако если бы я заранее знала, что мне предстоит разговор с самим баргатом, то еще вчера скончалась бы от страха.

– Нет, я…

– Ты хочешь стать ше’ру? – перебил он, пресекая мои жалкие потуги объяснить цель визита.

– Да, – быстро кивнула я, схватившись за вопрос как за спасительную соломинку.

– Стать одной из моих солдат? Беспрекословно выполнять любые приказы?

Я вжалась в спинку кресла.

«О Шаале… что он имеет в виду?».

Неожиданно Шаян усмехнулся, и на его щеке появилась ямочка.

– Тебе здесь не место, Ребекка. Ни среди ше’ру, ни в академии. С драконом или без него. Можешь уходить, дверь не заперта.

Меня будто бы окатили ледяной водой.

«Что?! Неужели это провал? Он выгоняет меня? Даже с драконом?».

– Нет… – выдохнула я.

Баргат, который уже успел отвернуться, снова обратил на меня внимание.

– Что ты сказала, девочка?

– Нет, – увереннее и громче повторила я, вызвав немалое удивление баргата.

– Что значит «нет»? – уточнил он, складывая руки на могучей груди.

– Нет, значит нет, господин. – Сверкнув глазами, я вздернула нос. – Я не уйду отсюда, пока не стану кадетом академии Лармар. Я имею право на обучение. У меня есть дракон, а в империи каждый всадник на счету.

В глазах Шаяна мелькнуло что-то недоброе.

– Имеешь право? – повторил он.

– Да, имею.

– А знаешь, на что еще ты имеешь право, наглая девчонка? – Мышцы на руках баргата напряглись. А ведь он мог запросто раскрошить мне череп, если бы захотел. По сравнению с ним я была словно стеклянная ваза. Такая же хрупкая. – Не оспаривать мои решения.

В последней фразе сквозил такой холод, что мне стоило бы побояться связываться с этим мужчиной. Однако в стенах академии находился мой брат, который мог не пережить отбор через месяц.

– Значит вы, господин, можете решать за меня мою судьбу? Вы настолько же могущественны, как сам Шаале? Согласно Руманаку¹⁰, каждый имеет право на выбор своего пути, ваше верховенство.

– И что же выбирает такая умная госпожа? – На скулах баргата заходили желваки. Очевидно, ему не понравилась моя дерзость.

Особенно это стало ясно, когда он с издевкой обозвал меня «госпожой», намекая на мое не столь высокое положение в обществе.

– Я выбираю право испытательного обучения в академии! Право на возможность стать всадником империи. – И пусть слова с легкостью слетали с моих губ, но набраться смелости и высказать их Шаяну в лицо, было отнюдь не так просто.

Я играла с огнем, и прекрасно это понимала. Но отступать мне было некуда. И не собиралась покидать кабинет коменданта пока не стала кадетом Лармара.

– Я прошу три месяца.

– Теперь вы уже просите, а не выбираете? – продолжил обращаться ко мне как к госпоже Шаян. – Как быстро меняется ваш настрой, драгоценная Ребекка. Это вызывает серьезные подозрения.

Я, уже открыв рот для продолжения спора, осеклась.

Учуяв мой страх, он растянул губы в довольной ухмылке. Словно кот, который объелся сметаны.

– Откуда у тебя дракон, Ребекка? – перескочил на «ты» баргат. – Кто ты такая? И какие цели преследуешь? Скажи мне правду, и тогда я подумаю над твоей просьбой.

– Обычная шеррувийка. Хочу стать, как вы. И я же говорила, что самостоятельно его обуздала на Пустом…

Однако договорить я не успела.

Шаян наклонился и уперся ладонями в подлокотники кресла, поймав меня в своеобразную ловушку и тем самым ограничив движения.

Его лицо оказалось в миллиметре от моего. Щеки обдало его горячим дыханием, и мое дыхание сбилось.

– Хочешь стать, как я? – зловеще прошептал он. – Убийцей?

От его близости сердце буквально выпрыгивало из груди, и я не заметила, как перешла с ним на «ты»:

– Ты… ты не убийца. Ты несешь правосудие.

Когда баргат заметил мою дерзость, уголки его губ дрогнули.

– Правосудие? В народе нас называют палачами.

– Вы исполняете волю императора.

«Шаале, зачем вообще я пререкаюсь с ним? Как будто собственноручно копаю себе могилу. Ему даже не понадобится прикладывать усилий, чтобы свернуть мне шею голыми руками!» – кричал в моей голове голос рассудка.

– Ты хочешь быть такой же? Подчиняться мне, заставлять людей бояться? Ты сама дрожишь от одного моего взгляда. Ты боишься меня.

Да, я боялась. Как никого другого в жизни не боялась. Но ответила совсем иное, пререкаясь с ним:

– Уважаю.

От его кожи исходил едва различимый аромат цитрусов.

Баргат находился на непозволительно близком расстоянии от меня. И почему я не желала отстраниться, продолжая вдыхать его запах, когда любой адекватный человек уже бежал бы из его кабинета прочь?

– Кто ты такая, Ребекка? – повторил Шаян.

– Важно не то, кем я являюсь, а то, кем хочу стать, – процитировала я кодекс всадников Лармара. Эта фраза стала крылатой и часто использовалась простым народом в моменты борьбы за лучшую жизнь. – И я хочу стать такой же, как вы. Я восхищаюсь вами.

Недоумение едва заметной тенью проскользнуло по лицу баргата, а потом он отстранился и выпрямился во весь рост. Его губы дрогнули в горькой усмешке.

Похоже, моя лесть сработала. Теперь мне оставалось только уповать, чтобы он не усомнился в честности моих слов.

– Правильные речи говоришь, шерравет¹¹, – кивнул Шаян. – Ты сумела меня удивить. Но не настолько, чтобы я записал тебя в кадеты. Тебе придется доказать свои слова, чтобы я увидел чистоту твоих помыслов.

С моих губ сорвался еле различимый вздох облегчения.

Но увидев, что я расслабилась, он добавил:

– Не думай, что я буду давать тебе поблажки или допущу в отряд всадников. С этого дня будешь под моим постоянным наблюдением.

«Нет! Только не это!».

– Если за месяц сможешь показать мне, на что способна, я подумаю над тем, чтобы дать тебе шанс. Но до тех пор я твой наставник, и слушаться будешь меня. Беспрекословно, шерравет. И звать меня не иначе, как господином.

«О Шаале!».

Впрочем, это единственное, что мне оставалось. Я пообещала спасти Ромуса и собиралась выполнить свое обещание. Даже, если теперь за мной неустанно будет следить опаснейший человек империи.

– Хорошо, господин, – подтвердила я, не узнавая собственный голос.

«Все ради Ромуса. Все ради него».