Цитаты из книг автора «Стивен Пинкер»

Первая особенность – это способность работать с индивидным объектом.

Мысли состоят из концептов; они не хранятся в мозге в готовом вид

комбинаторные способности мыслей могут легко превзойти количество нейронов в мозге. Сотню миллионов триллионов значений предложений нельзя впихнуть в мозг, в котором всего сто миллиардов нейронов, отводя для каждого значения собственный нейрон.

если бы это и было возможно, сложные мысли все равно не хранились бы в мозге в готовом виде, по одной на каждый нейрон. На это указывает то, что наши мысли связаны между собой.

Композициональность ментальных репрезентаций – вот что позволяет нам воспринимать новости.

композициональность: способность репрезентации состоять из частей и обладать значением, которое исходит из значений составляющих и из того, каким образом они соединяются между собой. Композициональность – типичная черта всех естественных языков.

«рекурсивность». Фиксированной совокупности узлов для каждой роли недостаточно. Мы, люди, можем взять любое суждение целиком и отвести ему роль в более длинном суждении, а потом взять это длинное суждение и встроить его в еще большее, тем самым создав иерархическую структуру из суждений внутри суждений.

Для формирования садизма достаточно двух условий: мотивов, побуждающих наслаждаться страданиями других, и устранения ограничений, которые в норме препятствуют реализации таких мотивов. Как ни больно это признавать, природе человека свойственны как минимум четыре мотива, побуждающие получать удовольствие от чужих страданий. Первый — это болезненный интерес к хрупкости жизни, феномен, точнее всего выражающийся словом «макабрический». Именно он побуждает мальчиков отрывать ножки кузнечику и поджаривать муравьев с помощью увеличительного стекла. Это он заставляет взрослых выворачивать шеи, рассматривая место ДТП, — слабость, собирающая километровые пробки, — и платить деньги постановщикам кровавых зрелищ. Его конечной целью может быть ощущение контроля над миром живого, в том числе над собственной безопасностью. Ма

Десятком трупов обрывалась фантазия и душевные силы шекспировских злодеев. Потому что у них не было идеологии

Массовые убийства, осуществляемые на государственном уровне, так же легко могут порождаться системой, которая не верит в наследственность, как и системой, которая в нее верит, — понимание этой истины переворачивает послевоенное представление о том, что пагубны только биологические подходы к поведению. Причины государственных геноцидов необходимо искать в убеждениях, общих для нацизма и марксизма, запустивших их на параллельные траектории, и, конкретно, в убеждениях, характерных для марксизма, которые привели к невероятным зверствам, совершенным во имя него. Этим и занимается новое поколение историков и философов 48