Постепенно перечитываю старое-доброе.
Не рядовая вещь у Кинга, поскольку книга неразрывно связана с экранизацией, мало того, книга написана практически в виде сценария. И фильм получился, на удивление, пронизывающий. Я не могу их разделить совершенно - они прекрасно друг друга дополняют.
Надо сказать, Кинг и тут сел на любимого конька - поведение изолированной общины в экстремальной ситуации. Мой любимый цвет, мой любимый размер. Даже больше.
Представьте себе, мои маленькие любители изоляции, остров. Литтл-Толл-Айленд. Знатоки Кинга зашевелились - да, угадали, тот самый островок, где Долорес Клейборн научила своего пьянчугу-мужа уму-разуму.
Все друг друга знают, все друг друга обсуждают, утаить что-то - это вряд ли. В принципе, отношения как везде - есть добрые соседи и соседи не очень, есть мерзавцы, есть задаваки, есть просто хорошие парни, не без изъяна, конечно, но кто может этим похвастаться. В плане взаимоотношений островная община представляет собой запутанный клубок родственных и дружеских связей, симпатий, ненависти, любви, похоти, расчёта, мелких грешков, сплетен...до завтра можно перечислять.
Так вот, на остров надвигается что, мои маленькие любители экстремальных ситуаций? Буря столетия, вот что. Шторм, снежный буран, отключение электричества, телефонной связи и полная изоляция. Плюс ещё маяк упадёт для полного счастья. Ах. Жителям есть где укрыться и переждать непогоду, с этим проблем нет.
Проблема пришла извне. На ней чёрная шапочка и жёлтые перчатки. У неё странные и дикие глаза.
Проблему зовут Андре Линож. И эта проблема не уйдёт, пока не получит то, за чем пришла. Она доберётся до всех и каждого, во сне и наяву.
И больше ничего не скажу по сюжету.
А если не по сюжету распространяться, то мистики здесь просто кот начихал, а самое главное - то небольшое сообщество людей, которое становится перед выбором. Собственно, выбора здесь и нет.
Жить или умереть.
Умереть с чистой совестью, но кому эта совесть вообще пригодилась в жизни, руки поднимите.
Или жить, но с огромным чувством вины, величиной, ну, с дом. С небоскрёб. Кому как, впрочем. Может быть, у кого-то она и на лодочный сарай не потянет. Но и самый захудалый лодочный сарай вполне может раздавить любые крепкие семейные узы, если в правильное место надавит, а точнее - будет давить вечно.
И я понимаю абсолютно всех. И могу вообразить, что увеличиваюсь в размерах, расползаюсь, словно облако, и становлюсь одновременно на место каждого островитянина. И я каждый раз оказываюсь на своём месте, вот так.
