В тот год я разговаривал с собой и себе же отвечал. Иногда отвечали и другие голоса, но вечером моего первого дня во Флориде беседу вели я, только я, и никто, кроме меня.
– Хьюстон, это Фримантл, как слышите, Хьюстон? – сунувшись в холодильник, с мыслью: «Господи, если это самое необходимое, не хочется даже представлять себе, что парнишка понимает под словами «набить холодильник»… того, что уже есть, мне хватит, чтобы пережить третью мировую войну».
– Последнее сообщение принято, Фримантл, мы вас слышим.
– У нас тут копченая колбаса, Хьюстон, мы принимаемся за копченую колбасу, как меня слышите?
– Вас понял, Фримантл, слышим вас ясно и четко. Как ситуация с майонезом?
Мы принялись и за майонез. Я приготовил два сандвича с кружочками копченой колбасы, уложенными на слой майонеза