Цитаты из книг автора «Стивен Кинг»

Жестокая жизнь, жестокая смерть. Их губят собаки, не гоняются, как глупые псы из мультфильмов, а догоняют и убивают, и другие животные, и отравленная приманка, и проезжающие машины. Кошки – гангстеры животного мира, живущие вне закона и так же умирающие. Многие из них так и не доживают до старости.

утрирование и без того утрированных архетипов американских киновестернов. В этом фильме пистолетные выстрелы звучат с оглушительностью атомных взрывов; крупные планы тянутся минутами, перестрелки – часами, а улицы маленьких западных городков кажутся широкими, как современные шоссе.

Тяжело плюхнувшись на табуретку, он тупо уставился на коробку из-под «Джонни Уокера». Итак, как он и предполагал, газеты унес Грязнуля Дейв, который всегда приходил за ненужными газетами в начале месяца. Однако на сей раз он прихватил с собой и еще кое-что: «Помощник оратора» и «Любимые стихи американцев». Сэм прекрасно понимал, во что теперь превратились эти книги. В бумажную массу. Ту самую, что получали, перерабатывая макулатуру.

Наоми же была искренно убеждена, что Сэм просто ее разыгрывал; она слишком хорошо знала, что представляет собой Арделия Лорц, и была уверена, что и Сэм знает ее не хуже. Как-никак эта женщина была замешана в самой громкой и скверной истории из тех, что случились в Джанкшен-Сити за последние двадцать лет… а то даже и вообще после второй мировой, когда Моггинс вернулся после войны с помутившимся рассудком, расстрелял всю свою семью, а затем покончил и с собой. Когда Айра Моггинс сделал это, Наоми еще и на свете не было; но ей даже в голову не пришло, что и история с Арделией случилась задолго до того, как Сэм появился в Джанкшен-Сити.

– Если вам и правда пригодились книги, взятые в библиотеке, то можете действительно считать себя везунчиком. Ведь обычно по пятницам библиотека открывается лишь в пять часов вечера. Я хотела предупредить вас, но забыла. – Вот как? – Вы, должно быть, застали там одного мистера Прайса, который свои бумажки раскладывал? – Прайса? – вскинул брови Сэм. – Вы имеете в виду мистера Пекхэма? Вахтера, который там вытирает пыль и утреннюю газету читает? Наоми покачала головой. – Сколько я здесь живу, но слышала только про одного Пекхэма – старого Эдди, который уже давно умер. Нет, я имею в виду мистера Прайса, библиотекаря. – Она посмотрела на Сэма, словно недоумевала, как можно быть таким тупицей. – Высокий мужчина, худой. Лет пятидесяти. – Нет, – пожал плечами Сэм. – Я встретил там только даму. Лорц. Маленькая, кругленькая, седовласая; примерно в том возрасте, в каком женщин притягивает ярко-зеленая синтетика.

– Понимаю. Мы поставлены здесь для того, чтобы служить людям, и рады любой здравой критике со стороны налогоплательщиков. – Она слегка подчеркнула слово здравой, давая тем самым понять, что критика мистера Пиблса к таковой не относится.

Она снова улыбнулась – одними губами, но не глазами, в которых опять засияли никелевые монетки.

Если хочешь знать, как мужчина обращается с женой и с детьми, посмотри, как он относится к своим книгам. Ральф Уолдо Эмерсон[1]. Почему-то и этот афоризм Сэму не приглянулся. Он и сам не знал, по какой причине… возможно, потому, что считал: даже самый заядлый книжный червь должен обращаться с семьей чуточку лучше и бережнее, чем с обычным чтивом.

Сэм двинулся по широкому проходу между стойкой с журналами и книжным шкафом. Как ни старался он ступать тише, каблуки его звонко цокали, а стук шагов перекатывался эхом под высоченными потолками. Сэм уже жалел, что пришел сюда, а не возвратился в контору. Все здесь внушало ужас.

Сэма Пиблса охватила неясная тревога. Как будто он что-то натворил. Не просто открыл дверь и пересек фойе, а вошел в какой-то незнакомый мир, не имевший ничего общего с захолустным городком в штате Айова, который он порой любил, порой ненавидел, а чаще всего просто воспринимал как должное. Даже воздух в помещении был словно гуще и тяжелее. Тишина же и вовсе казалась материальной – густой, толстой, как одеяло, и ледяной, как снег.