Отзывы на книги автора «Stefan Zweig»

Новелла "Жгучая тайна» рассказывает о взрослении молодого человека, который учится жить в обществе и находить общий язык с окружающим миром. При этом главный герой, взаимодействуя с другими людьми и природой, проходит через важные этапы становления личности. Эти взаимодействия помогают ему стать зрелым и лучше понимать мир вокруг. Цвейг мастерски показывает, как опыт и окружение влияют на психологию и социальную эволюцию персонажа.

Произведение Стефана Цвейга «Жгучая Тайна» — это новелла, которая относится к реалистическому направлению в литературе и обладает психологическими особенностями.

Основная идея новеллы заключается в столкновении мира детства, в виде детской невинности, с миром взрослых страстей и интриг. При этом взрослые должны прислушиваться к эмоциям своих детей. Ведь дети интуитивно чувствуют, когда кто-то пытается нарушить границы в отношениях между матерью и ребёнком. Кроме того, взрослые должны поддерживать детей, когда они становятся старше и начинают понимать, как ведут себя взрослые.

Цвейг в новелле рассматривает и исследует темы:

- Переходного возраста и познания мира. В новелле последовательно раскрывается механизм пробуждения сознания подростка, его попытки осмыслить сложность человеческих взаимоотношений, путем проб и ошибок.
- Тайны и лицемерие. Автор очень тонко и филигранно раскрывает, как скрытые желания и обман влияют на жизнь окружающих.
- Ревности и одержимости. Очень детально раскрывается разрушительная природа запретных чувств, которые в итоге приводят к недопониманию и отчуждению, и дает толчок развитию психологических зажимов в психике ребенка. Что возможно, может привести к искалеченному детству, утрате наивности и доверия.
- Родительской небрежности и эгоизма. В новелле детально рассматривается влияние взрослых проблем на развивающуюся психику ребенка со всеми вытекающими проблемами.

Сюжет новеллы разворачивается вокруг 12-летнего мальчика, который становится свидетелем начинавшейся любовной связи матери с заезжим бароном -ловеласом. Подросток не понимает суть влечения мужчин и женщин друг к другу, но чувствует опасность и пытается разобраться в происходящем… в итоге становится обладателем знания о «жгучей тайне», которая приводит к душевной травме, разрушению детского мира и вхождение во взрослую жизнь.

Характеристика героев

Эдгар. 12-летний мальчик, главный герой. Изначально наивный, доверчивый, стремящийся к дружбе и вниманию. Обладает живым умом и развитым воображением. Его чувствительность и тонкое восприятие делают его очень уязвимым.
Барон Фридрих фон Дорнберг. Искушенный аристократ, циничный и расчетливый в своих намерениях. Красив, обаятелен, ловок в манипуляциях. Его цель – удовлетворение собственных желаний, ради которых он готов использовать любые средства, идя даже на обман ребенка.
Мать Эдгара. Красивая, зрелая женщина, «пресыщенная поклонением, уверенная в себе и в своих чарах». Ее характер не раскрывается в полной мере; она предстает объектом желания Барона и невольной причиной страданий сына из-за ее легкомыслия и невнимательности к внутреннему миру ребенка.

Субъективная оценка

После прочтения новеллы “Жгучая тайна” остается грустное и печальное послевкусие, заставляющее задуматься о сложности вопроса взросления ребенка, его первых шагов во взрослую жизнь и получения первого жизненного опыта.

«Жгучая тайна» – это глубокое психологическое и тревожное произведение, затрагивающее глубинные аспекты детской психики, развитие и становление личности, а также познания мира.

В новелле Автор всесторонне раскрывает поднимаемые темы, с позиции психологии и психологии личности.

В новелле тема переходного возраста и познание мира раскрывается через образ 12-летнего Эдгара, который находится на пороге отрочества, когда мир открывается с новой, более сложной стороны. Эдгар начинает замечать тонкости в поведении взрослых, которых раньше не воспринимал. Его интуиция обостряется, и он начинает чувствовать скрытые подтексты и напряжения. Это первый шаг к более глубокому пониманию человеческих отношений. В начале новеллы Эдгар идеализирует взрослого Барона, видя в нем друга и авторитетную фигуру. Он жадно впитывает его внимание и слова. Однако в последующем испытывает разочарование, когда Барон, по своей сути, оказывается хитрым и расчетливым манипулятором. Эдгар впервые сталкивается с понятием романтических отношений и в то же время с мучительным чувством ревности. Он не понимает природу отношений между матерью и Бароном, но чувствует угрозу и отчуждение. Эта ранняя встреча с “взрослой” любовью, обманом и предательством становится для него травмирующей. Эдгар, пытаясь разгадать тайну, не только познает окружающий мир, но и формирует свои представления о справедливости, верности, лжи. Без помощи взрослых, он вынужден самостоятельно осмысливать сложные моральные дилеммы, что закаляет его характер, но и наносит душевные раны. Главный урок, который получает Эдгар, — это утрата детской наивности. Он вынужден признать, что мир взрослых полон лицемерия, скрытых желаний и эгоизма, что далеко не всегда добродетель торжествует. Это болезненный, но неизбежный этап взросления. Через тернистый путь Эдгара Цвейг показывает, как хрупка психика подростка и как важно бережное отношение к формирующемуся сознанию в этот период, когда ребенок начинает активно познавать сложный и часто жестокий мир взрослых.

В новелле темы тайны и лицемерия являются центральными, двигая сюжет и формируя тем самым внутренний конфликт произведения. Основная тайна новеллы — это скрытые от мальчика отношения между его матерью и Бароном. Эта связь держится в строжайшем секрете от Эдгара, поскольку взрослые осознают её “непристойность” и потенциальную угрозу для душевного равновесия ребенка. По мере развития сюжета, тайна становится не только скрываемым фактом, но и “тайным знанием” для Эдгара. Это знание становится для него жгучим и невыносимым бременем. Цвейг показывает, как тайна, хотя и призванная “защитить” ребенка от неприятной правды, на самом деле наносит ему гораздо больший вред. Неведение и туманная недомолвка ранят сильнее, чем открытая правда, поскольку порождают страх, подозрение и недоверие. Тайна в данном случае не оберегает, а разрушает детскую психику. Главным носителем лицемерия в новелле является Барон. Он притворяется другом Эдгара, чтобы одновременно завоевать доверие мальчика и отвлечь его внимание от своих настоящих целей. По сути, его “дружба” с Эдгаром — это тщательно спланированная маска, за которой скрывается расчетливое и эгоистичное намерение. Мать Эдгара также проявляет лицемерие, хотя, возможно, и не столь осознанное, как Барон. Она позволяет Барону использовать своего сына как ширму для их тайных встреч, делая вид, что всё нормально, при этом обманывая и себя, и ребенка относительно истинной природы их отношений. Её молчание и подыгрывание создают атмосферу лжи. В целом, лицемерие взрослых подрывает доверие Эдгара к миру и людям. Мальчик сталкивается с ситуацией, когда слова и действия не совпадают с истинными намерениями, когда взрослые, которым он доверяет, оказываются способны на обман. Это вызывает глубокое потрясение и ощущение несправедливости, искажая его представления о честности и искренности.

В новелле темы ревности и одержимости раскрываются с двух сторон: как разрушительные чувства взрослых и как травмирующие переживания ребенка.

Барон Фридрих фон Дорнберг одержим своей целью – соблазнить мать Эдгара. Эта одержимость толкает его на циничные и расчетливые поступки. При этом, его желание не имеет ничего общего с любовью; это, скорее, спортивный интерес, стремление к завоеванию, доминированию. Ревность Барона носит скрытый характер. Можно предположить наличие у Барона некой формы “ревности” к сыну, который “мешает” ему быть наедине с матерью. Эта “ревность” проявляется в его стремлении “убрать” его со своего пути.
Эдгар испытывает ревность. Сначала это смутное, неосознанное чувство. Эдгар ревнует мать к Барону. Эта ревность возникает не столько из-за романтических притязаний, сколько из-за ощущения потери её внимания и привязанности. Он чувствует, что его привычное место рядом с матерью кем-то занято, что его отодвигают на второй план. Он начинает сравнивать себя с Бароном, анализировать каждое слово и жест. Постепенно она перерастает в мучительное страдание, когда он видит, что мать уделяет внимание другому человеку, а ему достается лишь “игра” и отвлечение. Ревность трансформируется в настоящую одержимость раскрыть тайну. Темы ревности и одержимости Барона и Эдгара удивительным образом трагически переплетаются. Одержимость Барона своей “добычей” запускает цепочку событий, которая провоцирует ревность и последующую одержимость Эдгара.

В новелле тема “искалеченного детства” является одной из самых пронзительных и центральных. Она не декларируется прямо, а раскрывается через внутренние переживания главного героя, 12-летнего Эдгара, и последствия действий взрослых. До начала всех событий, Эдгар — обычный, жизнерадостный, доверчивый мальчик. Он верит взрослым, наслаждается беззаботными играми. Но под влиянием знания “жгучей тайны” он теряет эту наивность. Мир, который раньше казался простым и безопасным, становится полон лжи, предательства и скрытых угроз. Его вера в искренность взрослых разрушается. Столкновение с “тайной” наносит глубокую психологическую травму... Это событие не просто расстраивает его, оно глубоко коренится в его психике, меняя его восприятие мира и людей. Цвейг показывает это через его бессонницу, тревожность, потерю аппетита и отчужденность. Вот таким своеобразным способом, Эдгар вынужден столкнуться с реалиями взрослого мира: предательством, эгоизмом, сексуальностью. И он по сути, вынужден самостоятельно осмысливать морально -этические дилеммы, к которым его психика еще не готова, что приводит к болезненному, негармоничному взрослению. В целом, это может повлиять на его будущие отношения, зарождая цинизм или страх близости. Несмотря на то, что мать и Барон находятся рядом, Эдгар оказывается в состоянии глубокого одиночества. Он не может разделить свои переживания ни с кем, потому что “ тайна” касается самых близких ему людей. Это одиночество усиливает его страдания и замыкает его в себе. Его взгляд становится серьезным, а прежняя непосредственность исчезает.

В новелле тема родительской небрежности является одной из ключевых и раскрывается преимущественно через образ матери Эдгара. Эта небрежность не является намеренным злом или прямым насилием, но ее последствия оказываются разрушительными для психики ребенка. Мать, несмотря на физическое присутствие рядом с сыном, эмоционально отсутствует. Она поглощена увлечением Бароном, совершенно не замечая тонких изменений в поведении сына, его тревоги, подозрительности и душевных мук. Она не ведет с ним откровенных разговоров, не пытается понять его мир, что приводит к эмоциональному отчуждению. Наиболее яркое проявление небрежности — это фактическое использование Эдгара Бароном с негласного согласия матери. Мальчик становится “прикрытием” для их тайных свиданий. Она пассивно наблюдает, как чужой мужчина, прельщаясь её вниманием, обманывает ребенка, и не делает ничего, чтобы остановить это. Её бездействие равносильно предательству и лишает Эдгара опоры и защиты в самом близком человеке. Её эгоизм становится причиной того, что она игнорирует элементарные правила приличия и морали, втягивая сына в свою опасную игру. В итоге, родительская небрежность приводит к катастрофическим последствиям : искажает детство Эдгара, разрушает его наивность и доверие. Таким образом, “ Жгучая тайна” очень точно изображает, как пассивная небрежность, эгоизм и невнимательность матери могут нанести не меньший, а порой и больший вред ребенку, чем открытая агрессия.

Повествование ведется от третьего лица, преимущественно с фокусировкой на внутреннем мире Эдгара.

Сюжет новеллы развивается постепенно, держа читателя в постоянном напряжении и предчувствии трагедии.

Герои новеллы прописаны реалистично ярко и достоверно. Автор раскрывает их внутренний мир, эмоции и чувства. При этом делает акцент на психологической характеристике каждого из героев.

Эдгар. Проходит путь от детской беззаботности к глубокой психологической травме. Его ревность, поначалу смутная, перерастает в болезненную одержимость. Он испытывает целый спектр эмоций: радость от дружбы, замешательство, подозрение, гнев, боль и отчаяние. Его детская психика не справляется с бременем тайны и предательства.
Барон Фридрих фон Дорнберг. Являет собой образец циничного манипулятора. Его психология проста: он действует исключительно из эгоистических побуждений. Он умело играет на чувствах Эдгара, притворяясь его другом, чтобы достичь своей цели. Отсутствие эмпатии и внутреннее пустота делают его по-настоящему пугающим персонажем.
Мать Эдгара. Её психологический портрет раскрыт менее подробно. Она предстает как женщина, поддавшаяся искушению, но не осознающая всю глубину трагедии, которая разворачивается с её сыном. Её психологическая характеристика сводится к слабости, желанию легких удовольствий и, к сожалению, к неспособности увидеть и защитить эмоциональный мир ребенка.

В новелле очень понравилось, как автор мастерски передает атмосферу душевного напряжения и показывает тонкую грань между невинностью и разрушением. Поражает использование автором, психологических и эмоциональных описаний состояний и ощущений, что позволяет глубоко погрузиться в переживания героев. Автор создает живые образы и атмосферу, используя меткие и выразительные детали.

В новелле не понравилось некоторая пассивность матери, хотелось бы более глубокого раскрытия её личности и мотивации.

Стефан Цвейг использует изысканный, богатый и выразительный язык. Авторский стиль отличается психологизмом, проницательностью и умением передавать тончайшие оттенки человеческих эмоций.

Книга учит , что детская невинность — хрупкая вещь, и взрослым следует быть крайне осторожными в своих поступках, чтобы не разрушить детский мир. А также напоминает об ответственности за эмоциональное благополучие детей и о том, как легко можно нанести непоправимую травму, преследуя собственные, не всегда благовидные цели.

Новелла также показывает, что тайны, особенно порочные, всегда находят способ проявиться и разрушить то, что им противостоит.

В целом, “Жгучая тайна” – это пронзительная и глубокая новелла, которая остается актуальной и по сей день. Она является ярким примером психологической прозы Цвейга, затрагивающей важные этические и моральные вопросы.

Произведение оставляет сильное впечатление и заставляет задуматься о цене наших поступков и их влиянии на тех, кто наиболее уязвим.

Новелла "Жгучая тайна» рассказывает о взрослении молодого человека, который учится жить в обществе и находить общий язык с окружающим миром. При этом главный герой, взаимодействуя с другими людьми и природой, проходит через важные этапы становления личности. Эти взаимодействия помогают ему стать зрелым и лучше понимать мир вокруг. Цвейг мастерски показывает, как опыт и окружение влияют на психологию и социальную эволюцию персонажа.

Произведение Стефана Цвейга «Жгучая Тайна» — это новелла, которая относится к реалистическому направлению в литературе и обладает психологическими особенностями.

Основная идея новеллы заключается в столкновении мира детства, в виде детской невинности, с миром взрослых страстей и интриг. При этом взрослые должны прислушиваться к эмоциям своих детей. Ведь дети интуитивно чувствуют, когда кто-то пытается нарушить границы в отношениях между матерью и ребёнком. Кроме того, взрослые должны поддерживать детей, когда они становятся старше и начинают понимать, как ведут себя взрослые.

Цвейг в новелле рассматривает и исследует темы:

- Переходного возраста и познания мира. В новелле последовательно раскрывается механизм пробуждения сознания подростка, его попытки осмыслить сложность человеческих взаимоотношений, путем проб и ошибок.
- Тайны и лицемерие. Автор очень тонко и филигранно раскрывает, как скрытые желания и обман влияют на жизнь окружающих.
- Ревности и одержимости. Очень детально раскрывается разрушительная природа запретных чувств, которые в итоге приводят к недопониманию и отчуждению, и дает толчок развитию психологических зажимов в психике ребенка. Что возможно, может привести к искалеченному детству, утрате наивности и доверия.
- Родительской небрежности и эгоизма. В новелле детально рассматривается влияние взрослых проблем на развивающуюся психику ребенка со всеми вытекающими проблемами.

Сюжет новеллы разворачивается вокруг 12-летнего мальчика, который становится свидетелем начинавшейся любовной связи матери с заезжим бароном -ловеласом. Подросток не понимает суть влечения мужчин и женщин друг к другу, но чувствует опасность и пытается разобраться в происходящем… в итоге становится обладателем знания о «жгучей тайне», которая приводит к душевной травме, разрушению детского мира и вхождение во взрослую жизнь.

Характеристика героев

Эдгар. 12-летний мальчик, главный герой. Изначально наивный, доверчивый, стремящийся к дружбе и вниманию. Обладает живым умом и развитым воображением. Его чувствительность и тонкое восприятие делают его очень уязвимым.
Барон Фридрих фон Дорнберг. Искушенный аристократ, циничный и расчетливый в своих намерениях. Красив, обаятелен, ловок в манипуляциях. Его цель – удовлетворение собственных желаний, ради которых он готов использовать любые средства, идя даже на обман ребенка.
Мать Эдгара. Красивая, зрелая женщина, «пресыщенная поклонением, уверенная в себе и в своих чарах». Ее характер не раскрывается в полной мере; она предстает объектом желания Барона и невольной причиной страданий сына из-за ее легкомыслия и невнимательности к внутреннему миру ребенка.

Субъективная оценка

После прочтения новеллы “Жгучая тайна” остается грустное и печальное послевкусие, заставляющее задуматься о сложности вопроса взросления ребенка, его первых шагов во взрослую жизнь и получения первого жизненного опыта.

«Жгучая тайна» – это глубокое психологическое и тревожное произведение, затрагивающее глубинные аспекты детской психики, развитие и становление личности, а также познания мира.

В новелле Автор всесторонне раскрывает поднимаемые темы, с позиции психологии и психологии личности.

В новелле тема переходного возраста и познание мира раскрывается через образ 12-летнего Эдгара, который находится на пороге отрочества, когда мир открывается с новой, более сложной стороны. Эдгар начинает замечать тонкости в поведении взрослых, которых раньше не воспринимал. Его интуиция обостряется, и он начинает чувствовать скрытые подтексты и напряжения. Это первый шаг к более глубокому пониманию человеческих отношений. В начале новеллы Эдгар идеализирует взрослого Барона, видя в нем друга и авторитетную фигуру. Он жадно впитывает его внимание и слова. Однако в последующем испытывает разочарование, когда Барон, по своей сути, оказывается хитрым и расчетливым манипулятором. Эдгар впервые сталкивается с понятием романтических отношений и в то же время с мучительным чувством ревности. Он не понимает природу отношений между матерью и Бароном, но чувствует угрозу и отчуждение. Эта ранняя встреча с “взрослой” любовью, обманом и предательством становится для него травмирующей. Эдгар, пытаясь разгадать тайну, не только познает окружающий мир, но и формирует свои представления о справедливости, верности, лжи. Без помощи взрослых, он вынужден самостоятельно осмысливать сложные моральные дилеммы, что закаляет его характер, но и наносит душевные раны. Главный урок, который получает Эдгар, — это утрата детской наивности. Он вынужден признать, что мир взрослых полон лицемерия, скрытых желаний и эгоизма, что далеко не всегда добродетель торжествует. Это болезненный, но неизбежный этап взросления. Через тернистый путь Эдгара Цвейг показывает, как хрупка психика подростка и как важно бережное отношение к формирующемуся сознанию в этот период, когда ребенок начинает активно познавать сложный и часто жестокий мир взрослых.

В новелле темы тайны и лицемерия являются центральными, двигая сюжет и формируя тем самым внутренний конфликт произведения. Основная тайна новеллы — это скрытые от мальчика отношения между его матерью и Бароном. Эта связь держится в строжайшем секрете от Эдгара, поскольку взрослые осознают её “непристойность” и потенциальную угрозу для душевного равновесия ребенка. По мере развития сюжета, тайна становится не только скрываемым фактом, но и “тайным знанием” для Эдгара. Это знание становится для него жгучим и невыносимым бременем. Цвейг показывает, как тайна, хотя и призванная “защитить” ребенка от неприятной правды, на самом деле наносит ему гораздо больший вред. Неведение и туманная недомолвка ранят сильнее, чем открытая правда, поскольку порождают страх, подозрение и недоверие. Тайна в данном случае не оберегает, а разрушает детскую психику. Главным носителем лицемерия в новелле является Барон. Он притворяется другом Эдгара, чтобы одновременно завоевать доверие мальчика и отвлечь его внимание от своих настоящих целей. По сути, его “дружба” с Эдгаром — это тщательно спланированная маска, за которой скрывается расчетливое и эгоистичное намерение. Мать Эдгара также проявляет лицемерие, хотя, возможно, и не столь осознанное, как Барон. Она позволяет Барону использовать своего сына как ширму для их тайных встреч, делая вид, что всё нормально, при этом обманывая и себя, и ребенка относительно истинной природы их отношений. Её молчание и подыгрывание создают атмосферу лжи. В целом, лицемерие взрослых подрывает доверие Эдгара к миру и людям. Мальчик сталкивается с ситуацией, когда слова и действия не совпадают с истинными намерениями, когда взрослые, которым он доверяет, оказываются способны на обман. Это вызывает глубокое потрясение и ощущение несправедливости, искажая его представления о честности и искренности.

В новелле темы ревности и одержимости раскрываются с двух сторон: как разрушительные чувства взрослых и как травмирующие переживания ребенка.

Барон Фридрих фон Дорнберг одержим своей целью – соблазнить мать Эдгара. Эта одержимость толкает его на циничные и расчетливые поступки. При этом, его желание не имеет ничего общего с любовью; это, скорее, спортивный интерес, стремление к завоеванию, доминированию. Ревность Барона носит скрытый характер. Можно предположить наличие у Барона некой формы “ревности” к сыну, который “мешает” ему быть наедине с матерью. Эта “ревность” проявляется в его стремлении “убрать” его со своего пути.
Эдгар испытывает ревность. Сначала это смутное, неосознанное чувство. Эдгар ревнует мать к Барону. Эта ревность возникает не столько из-за романтических притязаний, сколько из-за ощущения потери её внимания и привязанности. Он чувствует, что его привычное место рядом с матерью кем-то занято, что его отодвигают на второй план. Он начинает сравнивать себя с Бароном, анализировать каждое слово и жест. Постепенно она перерастает в мучительное страдание, когда он видит, что мать уделяет внимание другому человеку, а ему достается лишь “игра” и отвлечение. Ревность трансформируется в настоящую одержимость раскрыть тайну. Темы ревности и одержимости Барона и Эдгара удивительным образом трагически переплетаются. Одержимость Барона своей “добычей” запускает цепочку событий, которая провоцирует ревность и последующую одержимость Эдгара.

В новелле тема “искалеченного детства” является одной из самых пронзительных и центральных. Она не декларируется прямо, а раскрывается через внутренние переживания главного героя, 12-летнего Эдгара, и последствия действий взрослых. До начала всех событий, Эдгар — обычный, жизнерадостный, доверчивый мальчик. Он верит взрослым, наслаждается беззаботными играми. Но под влиянием знания “жгучей тайны” он теряет эту наивность. Мир, который раньше казался простым и безопасным, становится полон лжи, предательства и скрытых угроз. Его вера в искренность взрослых разрушается. Столкновение с “тайной” наносит глубокую психологическую травму... Это событие не просто расстраивает его, оно глубоко коренится в его психике, меняя его восприятие мира и людей. Цвейг показывает это через его бессонницу, тревожность, потерю аппетита и отчужденность. Вот таким своеобразным способом, Эдгар вынужден столкнуться с реалиями взрослого мира: предательством, эгоизмом, сексуальностью. И он по сути, вынужден самостоятельно осмысливать морально -этические дилеммы, к которым его психика еще не готова, что приводит к болезненному, негармоничному взрослению. В целом, это может повлиять на его будущие отношения, зарождая цинизм или страх близости. Несмотря на то, что мать и Барон находятся рядом, Эдгар оказывается в состоянии глубокого одиночества. Он не может разделить свои переживания ни с кем, потому что “ тайна” касается самых близких ему людей. Это одиночество усиливает его страдания и замыкает его в себе. Его взгляд становится серьезным, а прежняя непосредственность исчезает.

В новелле тема родительской небрежности является одной из ключевых и раскрывается преимущественно через образ матери Эдгара. Эта небрежность не является намеренным злом или прямым насилием, но ее последствия оказываются разрушительными для психики ребенка. Мать, несмотря на физическое присутствие рядом с сыном, эмоционально отсутствует. Она поглощена увлечением Бароном, совершенно не замечая тонких изменений в поведении сына, его тревоги, подозрительности и душевных мук. Она не ведет с ним откровенных разговоров, не пытается понять его мир, что приводит к эмоциональному отчуждению. Наиболее яркое проявление небрежности — это фактическое использование Эдгара Бароном с негласного согласия матери. Мальчик становится “прикрытием” для их тайных свиданий. Она пассивно наблюдает, как чужой мужчина, прельщаясь её вниманием, обманывает ребенка, и не делает ничего, чтобы остановить это. Её бездействие равносильно предательству и лишает Эдгара опоры и защиты в самом близком человеке. Её эгоизм становится причиной того, что она игнорирует элементарные правила приличия и морали, втягивая сына в свою опасную игру. В итоге, родительская небрежность приводит к катастрофическим последствиям : искажает детство Эдгара, разрушает его наивность и доверие. Таким образом, “ Жгучая тайна” очень точно изображает, как пассивная небрежность, эгоизм и невнимательность матери могут нанести не меньший, а порой и больший вред ребенку, чем открытая агрессия.

Повествование ведется от третьего лица, преимущественно с фокусировкой на внутреннем мире Эдгара.

Сюжет новеллы развивается постепенно, держа читателя в постоянном напряжении и предчувствии трагедии.

Герои новеллы прописаны реалистично ярко и достоверно. Автор раскрывает их внутренний мир, эмоции и чувства. При этом делает акцент на психологической характеристике каждого из героев.

Эдгар. Проходит путь от детской беззаботности к глубокой психологической травме. Его ревность, поначалу смутная, перерастает в болезненную одержимость. Он испытывает целый спектр эмоций: радость от дружбы, замешательство, подозрение, гнев, боль и отчаяние. Его детская психика не справляется с бременем тайны и предательства.
Барон Фридрих фон Дорнберг. Являет собой образец циничного манипулятора. Его психология проста: он действует исключительно из эгоистических побуждений. Он умело играет на чувствах Эдгара, притворяясь его другом, чтобы достичь своей цели. Отсутствие эмпатии и внутреннее пустота делают его по-настоящему пугающим персонажем.
Мать Эдгара. Её психологический портрет раскрыт менее подробно. Она предстает как женщина, поддавшаяся искушению, но не осознающая всю глубину трагедии, которая разворачивается с её сыном. Её психологическая характеристика сводится к слабости, желанию легких удовольствий и, к сожалению, к неспособности увидеть и защитить эмоциональный мир ребенка.

В новелле очень понравилось, как автор мастерски передает атмосферу душевного напряжения и показывает тонкую грань между невинностью и разрушением. Поражает использование автором, психологических и эмоциональных описаний состояний и ощущений, что позволяет глубоко погрузиться в переживания героев. Автор создает живые образы и атмосферу, используя меткие и выразительные детали.

В новелле не понравилось некоторая пассивность матери, хотелось бы более глубокого раскрытия её личности и мотивации.

Стефан Цвейг использует изысканный, богатый и выразительный язык. Авторский стиль отличается психологизмом, проницательностью и умением передавать тончайшие оттенки человеческих эмоций.

Книга учит , что детская невинность — хрупкая вещь, и взрослым следует быть крайне осторожными в своих поступках, чтобы не разрушить детский мир. А также напоминает об ответственности за эмоциональное благополучие детей и о том, как легко можно нанести непоправимую травму, преследуя собственные, не всегда благовидные цели.

Новелла также показывает, что тайны, особенно порочные, всегда находят способ проявиться и разрушить то, что им противостоит.

В целом, “Жгучая тайна” – это пронзительная и глубокая новелла, которая остается актуальной и по сей день. Она является ярким примером психологической прозы Цвейга, затрагивающей важные этические и моральные вопросы.

Произведение оставляет сильное впечатление и заставляет задуматься о цене наших поступков и их влиянии на тех, кто наиболее уязвим.

Взросление - штука сложная и не подлежащая чёткому определению. Кто-то взрослеет рано, кто-то может дожить до старости, во многом сохранив ребячливую наивность и открытость по отношению к окружающей его или её действительности. Бывает так, что для определённого осознания своего места в бескрайнем мире нужен внешний толчок. Он может стать результатом относительной случайности.
Примерно так произошло с двенадцатилетним мальчиком по имени Эдгар.
Его отец, успешный венский адвокат, отличается вспыльчивостью и, похоже, не слишком сдерживает себя матримониальными узами.
Мать мальчика, при витринном благополучии, не слишком довольна своим браком и смутно желает чего-то нового в своей жизни.
Эдгар - любознательный, доверчивый ребёнок, болезненный и чувствительный. Его опекает семья.
Мать привозит Эдгара на горный курорт, чтобы тот поправил здоровье.

В этот же курортный городок приезжает молодой барон, принадлежащий к не слишком родовитой семье австрийской чиновной знати.
На отдых барон прибывает не потому, что он устал. На весенних каникулах полагается отдыхать, и ему хочется поразвлечься. Ни к чему не обязывающий флирт, лёгкая интрижка, которая потешит его тщеславие и доставит несколько приятных минут.
Ловелас уверен в своих способностях охотника. Осталось только выбрать дичь. Курорт, к сожалению для новоприбывшего, не может похвастаться разнообразием в этом вопросе. Но барону повезло, и его взгляд падает на привлекательную даму. Она кажется достаточно светской и уверенной в себе, но что-то в ней выдаёт страстную натуру, «огонёк под маской возвышенной меланхолии». Барон, несмотря на молодость, достаточно опытен, чтобы быстро распознать перспективный для себя фронт.
У дамы есть сын. Вот это обстоятельство барон решает обернуть себе на пользу.
Ему не составляет труда очаровать мальчика, который не привык к такому вниманию, тем более со стороны самоуверенного взрослого человека.

Он [Эдгар] смеялся и радовался каждому слову, опьяненный тем, что кто-то неожиданно отнесся к нему столь дружелюбно. Барон сам удивлялся своему быстрому успеху и решил ковать железо пока горячо. Он предложил мальчику пойти погулять, и бедный ребенок, изголодавшийся за долгие недели по обществу, был в полном восторге. Он беспечно выбалтывал то, на что его наводил новый друг при помощи безобидных, как бы случайных, вопросов.

Новелла облекает в плоть целый сонм эмоций. Наслаждение мальчика, которому льстит внимание молодого барона, непонимание и нарастающее раздражение, что тот предпочитает ему общество его мамы. Любопытство, что же скрывают от него взрослые. Гнев и жажда мести, которая поражает ребёнка своей интенсивностью. И, наконец, приятное чувство, порождаемое благодарностью матери за то, что он сохранил произошедшее между ними в тайне.
Кульминацией этого процесса познания себя и мира становится побег из курортного города, предпринятый мальчиком. Пережив множество неприятных минут и жгучее разочарование, испугавшись, что его больше не любят, Эдгар решается на отчаянный поступок. Ещё несколько дней он и помыслить о таком не мог. Преодолеть страх и убежать от матери, самому купить билет на поезд и одному отправиться в другой город, где живёт любящий его человек? Разве он способен на такое?

В новелле ярко проявился талант Цвейга как мастера психологической прозы.
Впечатляет, как весь этот психологизм поместился в таком небольшом, но насыщенном тексте. Один слой истории плавно переходит в другой.
Эдгар упорно препятствует сближению барона со своей мамой и параллельно познаёт, что во взрослом мире много секретов и что жизнь не вращается вокруг его, Эдгара, интересов и желаний. Недостаточно хотеть дружить с кем-то, надо, чтобы этот кто-то тоже хотел с тобой общаться, а не использовал тебя как трамплин для достижения своих целей.
Барон беззастенчиво играет чувствами мальчика, который ничего не знает об интимной стороне отношений.
Действия барона, всячески очаровывающего мать мальчика, преподносят Эдгару несколько горьких уроков. Он поражается тому, как мало он знает о жизни, каким изолированным было до этих пор его детское существование. Теперь всё иначе, у него появилась секрет. Эти и другие истины постепенно доходят до детского сознания.

Переживания и соблазн, которые испытывает женщина, осаждаемая напористым бароном, переданы вполне реалистично.
Сам барон также прописан психологически тонко. Без общества он, всеобщий любимец, повсюду принимаемый с распростертыми объятиями, жить не мог.
Он относился к тому типу внешне любезных людей, которым необходимо общество, где они будут производить впечатление. В окружении других они верят в свои таланты. Наедине с собой - начинают, вполне возможно, в этом сомневаться. Одиночество наводит на такие натуры страх.

На этом полагаю нужным завершить свой обзор, чтобы не выдать сюжет. История сама по себе небольшая.
Скажу только, что кончится всё благополучно для Эдгара и его мамы. Это усилило мои положительные эмоции от книги. Счастливый исход - не такое частое явление в классических новеллах. К счастью, никто не потерялся, не бросился под поезд и не выпил яду. Даже тайна, сделавшая мальчика заговорщиком, оказалась не такой страшной.
Несколько дней на курорте вынудили Эдгара пережить один из тех формирующих опытов, которые нередко делят жизнь на «до» и «после».
Однако он всё ещё ребёнок, и вероятно долго останется таковым. Важный урок, который мальчик извлёк из курортного происшествия, - близкие ему взрослые далеки от совершенства, могут выходить из себя, ошибаться и вести себя глупо, но они любят его.

Кадр из одноимённой экранизации 1988 г.

Странная новелла. Замечательная, психологически выверенная, с неожиданными поворотами, но – странная. Поневоле хочется спросить, что писатель хотел этим сказать. Занятная картина безумия? Но отчего Стефан Цвейг выбрал именно шахматы?..

«Шахматная новелла» наполнена какими-то сложными и алогичными деталями, которые выбиваются из ткани текста, кажутся неестественными. Не имеющими никакого значения (если это не желание растянуть историю, ага).

Так, Цвейг со странной дотошностью раскрывает личность шахматиста, чемпиона мира Чентовича. У новеллы долгое вступление – с описанием жизни Чентовича, с подчеркиванием его ограниченности (тупости!) во всем, кроме, собственно, шахмат. Но Чентович, позвольте, не главный герой, и его качества (так старательно выписанные) никак не влияют на дальнейшие события. Рассказ г-на Б. так же вырывается из настроения новеллы, этакое седло на корове. Право, если рассматривать эту историю исключительно так, как она написана (история победы и безумия на фоне шахмат), в мозгу никак не утрамбовывается то, что к самим шахматам не имеет отношения.

Если же взглянуть на «Шахматную новеллу», как на продолжение «Марио и фокусника» Томаса Манна и «Зимы больного» Альберто Моравиа, то мелкие детали новеллы приобретают хоть какой-то смысл. В этом случае новелла Цвейга оптимистична и депрессивна одновременно. Если это иносказательная (как у Манна и Моравиа) антифашистская история, то у меня никаких вопросов.

Цвейг избежал слишком явной аллегории – он не сделал Чентовича немцем. И все же его Чентович несет в себе все черты «классического фашиста». Необразованный, лишенный такта и простого уважения к человеческому, этот Чентович хорош лишь в шахматах. Чемпионом мира он стал благодаря своему узконаправленному таланту. Он мономан, т.е. ничего, кроме шахмат, для него не существует. Более того – на все, что вне шахмат, он взирает с непонимающим презрением. Невоспитанный дикарь-фанатик. Много раз Цвейг подчеркивает нравственную нищету этого героя. Так он его описывает:

«В его ограниченном уме гнездится только одна мысль: уже в течение многих месяцев он не проиграл ни одной партии. И так как он не имеет ни малейшего представления о том, что в мире существуют другие ценности, кроме шахмат и денег, у него есть все основания быть в восторге от собственной персоны».

О шахматах Цвейг отзывается тоже двусмысленно (понимайте, как хотите):

«Ограниченная тесным геометрическим пространством – и в то же время безграничная в своих комбинациях; непрерывно развивающаяся – и совершенно бесплодная… И, однако, эта игра выдержала испытание временем лучше, чем все книги и творения людей, эта единственная игра, которая принадлежит всем народам и всем эпохам, и никому не известно имя божества, принесшего ее на землю…»

Шахматы – это вечная борьба двух противоположностей. Война в разных ее ипостасях. То, что у любителей – простое развлечение, у профессионалов – единственное дело жизни, то, что может вознести человека на вершину мира.

«Я не мог понять психологии человека, который верит в то, что ход конем, а не пешкой может принести ему славу и обеспечить место среди бессмертных…»

Понятно и соперничество (на нравственном уровне) Чентовича и г-на Б. Забавно, что Цвейг называет чемпиона мира по фамилии, а его противника Б. словно бы обезличивает. Б. – австрийский антифашист, который в памятном 1938 г. оказался в руках гестапо (интересно, что он – юрист, самая ненавистная профессия у А.Г.). От Б. хотели кое-что узнать и, чтобы довести его до нервного срыва, на долгое время поместили в одиночную «камеру» гестаповского отеля. Полнейшая изоляция плохо сказалась на Б. (чего, собственно, и добивались). Но, когда он уже хотел выдать все своим мучителям, у него появился шанс сохранить разум и самообладание – шахматы.

Не случайно Б. крадет сборник лучших шахматных партий у нацистского палача (какие эстеты служили в гестапо!). Он только хотел украсть какую-нибудь книжку, чтобы было, на что перенести внимание, и вот получилось, что книжка оказалась по шахматам. Б., можно сказать, присваивает себе интерес врага. Сам Б., по своей воле, ни за что шахматами бы не занялся. А тут он, чтобы занять время, начинает усиленно этими шахматами интересоваться и постепенно сходит от этого с ума. Конечно, с ума его сводят не сами шахматы, а отсутствие достойного противника. Играть против себя, как он говорит, – это шизофрения.

Ты знаешь, что человечный антифашист-любитель Б. просто обязан выиграть у Чентовича. Б. не может проиграть исторически. Чентович – лишь злой гений, у него богатый опыт реальных «сражений», но полностью отсутствует воображение. Б., напротив, не гений (и Цвейг прямо на это указывает), но воображение у него замечательное, и за ним – его опыт воображаемых партий с самим собой. Мужество, помноженное на упрямство разума и богатейшее воображение, оказывается сильнее ограниченной («кабинетной») гениальности чемпиона мира.

И все же финал «Шахматной новеллы» не так счастлив, как бы хотелось. Б. сильнее Чентовича, но в итоге сам чуть не становится жертвой безумной увлеченности. После триумфальной победы Б. уже не может остановиться, его все больше затягивает, и лишь вовремя проявленное человеческое участие спасает его от окончательного безумия. Цвейг прямо говорит, как важно остановиться после одержанной победы – и больше никогда не садиться за игру. Иначе есть риск оказаться рабом этих проклятых шахмат.

«Я один знал, почему этот человек никогда больше не прикоснется к шахматам, остальные же в замешательстве стояли вокруг, смутно догадываясь, что нечто темное и грозное пронеслось мимо, едва не задев их…»

Взросление - штука сложная и не подлежащая чёткому определению. Кто-то взрослеет рано, кто-то может дожить до старости, во многом сохранив ребячливую наивность и открытость по отношению к окружающей его или её действительности. Бывает так, что для определённого осознания своего места в бескрайнем мире нужен внешний толчок. Он может стать результатом относительной случайности.
Примерно так произошло с двенадцатилетним мальчиком по имени Эдгар.
Его отец, успешный венский адвокат, отличается вспыльчивостью и, похоже, не слишком сдерживает себя матримониальными узами.
Мать мальчика, при витринном благополучии, не слишком довольна своим браком и смутно желает чего-то нового в своей жизни.
Эдгар - любознательный, доверчивый ребёнок, болезненный и чувствительный. Его опекает семья.
Мать привозит Эдгара на горный курорт, чтобы тот поправил здоровье.

В этот же курортный городок приезжает молодой барон, принадлежащий к не слишком родовитой семье австрийской чиновной знати.
На отдых барон прибывает не потому, что он устал. На весенних каникулах полагается отдыхать, и ему хочется поразвлечься. Ни к чему не обязывающий флирт, лёгкая интрижка, которая потешит его тщеславие и доставит несколько приятных минут.
Ловелас уверен в своих способностях охотника. Осталось только выбрать дичь. Курорт, к сожалению для новоприбывшего, не может похвастаться разнообразием в этом вопросе. Но барону повезло, и его взгляд падает на привлекательную даму. Она кажется достаточно светской и уверенной в себе, но что-то в ней выдаёт страстную натуру, «огонёк под маской возвышенной меланхолии». Барон, несмотря на молодость, достаточно опытен, чтобы быстро распознать перспективный для себя фронт.
У дамы есть сын. Вот это обстоятельство барон решает обернуть себе на пользу.
Ему не составляет труда очаровать мальчика, который не привык к такому вниманию, тем более со стороны самоуверенного взрослого человека.

Он [Эдгар] смеялся и радовался каждому слову, опьяненный тем, что кто-то неожиданно отнесся к нему столь дружелюбно. Барон сам удивлялся своему быстрому успеху и решил ковать железо пока горячо. Он предложил мальчику пойти погулять, и бедный ребенок, изголодавшийся за долгие недели по обществу, был в полном восторге. Он беспечно выбалтывал то, на что его наводил новый друг при помощи безобидных, как бы случайных, вопросов.

Новелла облекает в плоть целый сонм эмоций. Наслаждение мальчика, которому льстит внимание молодого барона, непонимание и нарастающее раздражение, что тот предпочитает ему общество его мамы. Любопытство, что же скрывают от него взрослые. Гнев и жажда мести, которая поражает ребёнка своей интенсивностью. И, наконец, приятное чувство, порождаемое благодарностью матери за то, что он сохранил произошедшее между ними в тайне.
Кульминацией этого процесса познания себя и мира становится побег из курортного города, предпринятый мальчиком. Пережив множество неприятных минут и жгучее разочарование, испугавшись, что его больше не любят, Эдгар решается на отчаянный поступок. Ещё несколько дней он и помыслить о таком не мог. Преодолеть страх и убежать от матери, самому купить билет на поезд и одному отправиться в другой город, где живёт любящий его человек? Разве он способен на такое?

В новелле ярко проявился талант Цвейга как мастера психологической прозы.
Впечатляет, как весь этот психологизм поместился в таком небольшом, но насыщенном тексте. Один слой истории плавно переходит в другой.
Эдгар упорно препятствует сближению барона со своей мамой и параллельно познаёт, что во взрослом мире много секретов и что жизнь не вращается вокруг его, Эдгара, интересов и желаний. Недостаточно хотеть дружить с кем-то, надо, чтобы этот кто-то тоже хотел с тобой общаться, а не использовал тебя как трамплин для достижения своих целей.
Барон беззастенчиво играет чувствами мальчика, который ничего не знает об интимной стороне отношений.
Действия барона, всячески очаровывающего мать мальчика, преподносят Эдгару несколько горьких уроков. Он поражается тому, как мало он знает о жизни, каким изолированным было до этих пор его детское существование. Теперь всё иначе, у него появилась секрет. Эти и другие истины постепенно доходят до детского сознания.

Переживания и соблазн, которые испытывает женщина, осаждаемая напористым бароном, переданы вполне реалистично.
Сам барон также прописан психологически тонко. Без общества он, всеобщий любимец, повсюду принимаемый с распростертыми объятиями, жить не мог.
Он относился к тому типу внешне любезных людей, которым необходимо общество, где они будут производить впечатление. В окружении других они верят в свои таланты. Наедине с собой - начинают, вполне возможно, в этом сомневаться. Одиночество наводит на такие натуры страх.

На этом полагаю нужным завершить свой обзор, чтобы не выдать сюжет. История сама по себе небольшая.
Скажу только, что кончится всё благополучно для Эдгара и его мамы. Это усилило мои положительные эмоции от книги. Счастливый исход - не такое частое явление в классических новеллах. К счастью, никто не потерялся, не бросился под поезд и не выпил яду. Даже тайна, сделавшая мальчика заговорщиком, оказалась не такой страшной.
Несколько дней на курорте вынудили Эдгара пережить один из тех формирующих опытов, которые нередко делят жизнь на «до» и «после».
Однако он всё ещё ребёнок, и вероятно долго останется таковым. Важный урок, который мальчик извлёк из курортного происшествия, - близкие ему взрослые далеки от совершенства, могут выходить из себя, ошибаться и вести себя глупо, но они любят его.

Кадр из одноимённой экранизации 1988 г.

Странная новелла. Замечательная, психологически выверенная, с неожиданными поворотами, но – странная. Поневоле хочется спросить, что писатель хотел этим сказать. Занятная картина безумия? Но отчего Стефан Цвейг выбрал именно шахматы?..

«Шахматная новелла» наполнена какими-то сложными и алогичными деталями, которые выбиваются из ткани текста, кажутся неестественными. Не имеющими никакого значения (если это не желание растянуть историю, ага).

Так, Цвейг со странной дотошностью раскрывает личность шахматиста, чемпиона мира Чентовича. У новеллы долгое вступление – с описанием жизни Чентовича, с подчеркиванием его ограниченности (тупости!) во всем, кроме, собственно, шахмат. Но Чентович, позвольте, не главный герой, и его качества (так старательно выписанные) никак не влияют на дальнейшие события. Рассказ г-на Б. так же вырывается из настроения новеллы, этакое седло на корове. Право, если рассматривать эту историю исключительно так, как она написана (история победы и безумия на фоне шахмат), в мозгу никак не утрамбовывается то, что к самим шахматам не имеет отношения.

Если же взглянуть на «Шахматную новеллу», как на продолжение «Марио и фокусника» Томаса Манна и «Зимы больного» Альберто Моравиа, то мелкие детали новеллы приобретают хоть какой-то смысл. В этом случае новелла Цвейга оптимистична и депрессивна одновременно. Если это иносказательная (как у Манна и Моравиа) антифашистская история, то у меня никаких вопросов.

Цвейг избежал слишком явной аллегории – он не сделал Чентовича немцем. И все же его Чентович несет в себе все черты «классического фашиста». Необразованный, лишенный такта и простого уважения к человеческому, этот Чентович хорош лишь в шахматах. Чемпионом мира он стал благодаря своему узконаправленному таланту. Он мономан, т.е. ничего, кроме шахмат, для него не существует. Более того – на все, что вне шахмат, он взирает с непонимающим презрением. Невоспитанный дикарь-фанатик. Много раз Цвейг подчеркивает нравственную нищету этого героя. Так он его описывает:

«В его ограниченном уме гнездится только одна мысль: уже в течение многих месяцев он не проиграл ни одной партии. И так как он не имеет ни малейшего представления о том, что в мире существуют другие ценности, кроме шахмат и денег, у него есть все основания быть в восторге от собственной персоны».

О шахматах Цвейг отзывается тоже двусмысленно (понимайте, как хотите):

«Ограниченная тесным геометрическим пространством – и в то же время безграничная в своих комбинациях; непрерывно развивающаяся – и совершенно бесплодная… И, однако, эта игра выдержала испытание временем лучше, чем все книги и творения людей, эта единственная игра, которая принадлежит всем народам и всем эпохам, и никому не известно имя божества, принесшего ее на землю…»

Шахматы – это вечная борьба двух противоположностей. Война в разных ее ипостасях. То, что у любителей – простое развлечение, у профессионалов – единственное дело жизни, то, что может вознести человека на вершину мира.

«Я не мог понять психологии человека, который верит в то, что ход конем, а не пешкой может принести ему славу и обеспечить место среди бессмертных…»

Понятно и соперничество (на нравственном уровне) Чентовича и г-на Б. Забавно, что Цвейг называет чемпиона мира по фамилии, а его противника Б. словно бы обезличивает. Б. – австрийский антифашист, который в памятном 1938 г. оказался в руках гестапо (интересно, что он – юрист, самая ненавистная профессия у А.Г.). От Б. хотели кое-что узнать и, чтобы довести его до нервного срыва, на долгое время поместили в одиночную «камеру» гестаповского отеля. Полнейшая изоляция плохо сказалась на Б. (чего, собственно, и добивались). Но, когда он уже хотел выдать все своим мучителям, у него появился шанс сохранить разум и самообладание – шахматы.

Не случайно Б. крадет сборник лучших шахматных партий у нацистского палача (какие эстеты служили в гестапо!). Он только хотел украсть какую-нибудь книжку, чтобы было, на что перенести внимание, и вот получилось, что книжка оказалась по шахматам. Б., можно сказать, присваивает себе интерес врага. Сам Б., по своей воле, ни за что шахматами бы не занялся. А тут он, чтобы занять время, начинает усиленно этими шахматами интересоваться и постепенно сходит от этого с ума. Конечно, с ума его сводят не сами шахматы, а отсутствие достойного противника. Играть против себя, как он говорит, – это шизофрения.

Ты знаешь, что человечный антифашист-любитель Б. просто обязан выиграть у Чентовича. Б. не может проиграть исторически. Чентович – лишь злой гений, у него богатый опыт реальных «сражений», но полностью отсутствует воображение. Б., напротив, не гений (и Цвейг прямо на это указывает), но воображение у него замечательное, и за ним – его опыт воображаемых партий с самим собой. Мужество, помноженное на упрямство разума и богатейшее воображение, оказывается сильнее ограниченной («кабинетной») гениальности чемпиона мира.

И все же финал «Шахматной новеллы» не так счастлив, как бы хотелось. Б. сильнее Чентовича, но в итоге сам чуть не становится жертвой безумной увлеченности. После триумфальной победы Б. уже не может остановиться, его все больше затягивает, и лишь вовремя проявленное человеческое участие спасает его от окончательного безумия. Цвейг прямо говорит, как важно остановиться после одержанной победы – и больше никогда не садиться за игру. Иначе есть риск оказаться рабом этих проклятых шахмат.

«Я один знал, почему этот человек никогда больше не прикоснется к шахматам, остальные же в замешательстве стояли вокруг, смутно догадываясь, что нечто темное и грозное пронеслось мимо, едва не задев их…»

Сколько разных книг читаешь - а таланта встречаешь крупицы, запоминаешь лишь самую малость авторов и сюжетов... Стефан Цвейг - один из этих мимолетных видений, врезающихся, однако, в память. Вовсе неважно, испытываешь ли собственный серьезный отклик на происходящее в его произведениях: переживаешь, имея подобный опыт, негодуешь от неверности в корне поступков - можно вовсе не находить в новеллах цепляющего для себя, но при этом остаться зацепленным мастерством великого австрийца.

"Двадцать четыре часа из жизни женщины" - новелла не о любви, как многие могут подумать, и даже не о любовной страсти, а о переносе чувств. Начинающаяся побегом одной женщины с любовником история перерастает в воспоминание другой об одном дне, что окончательно и бесповоротно изменил всю жизнь. В пансионе на Ривьере произошло происшествие - однажды жена сбежала с едва знакомым французом, оставив мужа и дочерей - многие осудили, но нашелся и один мужчина (наш рассказчик), считающий, что ничего подлого леди не совершила. Могу согласиться, что не посторонним обсуждать и осуждать случившееся, но не могу согласиться с тем, что вспыхнувшая страсть обесценивает ответственность - муж заслуживал объяснительного разговора, а дети имели право не оставаться брошенными по-английски. Но это я считаю, что другим не стоит вести разговоры на эту тему, жители же пансиона думали иначе - и произошедшее разбухало и надувалось толками и перешептываниями.

Для одной же из жительниц заведения вся эта ситуация вообще послужила триггером, чтобы как перед попутчиком в поезде, которого никогда, вроде бы, больше не встретишь, раскрыться и поведать ему историю об одном дне из своей жизни, когда произошло нечто подобное - когда страсть женщины затмила реальность. Миссис К. когда-то, лишь недавно потеряв мужа, умершего из-за болезни, зачастила в казино Монте-Карло, чтобы оживить себя и собственную жизнь. Смотреть лишь на лица игроков она не привыкла, поскольку благодаря потерянному любимому обратила свое внимание на хиромантию, познав всю мощь эмоциональной передачи руками того, что переполняет человека, - и вот судорожно сцепленные, взволнованные, страстные руки незнакомца привлекли ее к себе, будто приворожили. Нет, здесь не было любви, из-за которой миссис пошла за молодым человеком - и сама К. понимала это, но не понимала она, что любви не было по одной простой причине: желание спасти мальчишку, чьи руки будто взывали о помощи, являлось переносом неполучившегося спасения мужа от смерти на возможность уберечь другого мужчину. Она ощущала любопытство и страх перед чем-то ужасным (объясняла себе так порыв), а по сути чувствовала необходимость выплеснуть контроль, который не помог с мужем, но даст возможность повторить травмирующую ситуацию и наконец ее решить верно. Потому не испугалась при своем положении миссис К. того, что приняли ее за кокотку, и того, что по сути человек этот - вор, ощутила позднее боль из-за того, что ее восприняли лишь как спасительницу, но не видели в ней женщины. Недаром говорила, чувствовала и понимала она, что "боролась с человеком за его жизнь", счастьем считала "радостное сознание, что кому-то нужна", а, вроде бы, свершив миссию чувствовала себя "будто в церкви, блаженно ощущая чудо и святость". А последней каплей, переполняющей уже чашу иллюзии контроля, были надиктовывание обета перед алтарем юноше и навязывание спасения тому, кто на самом деле в нем не нуждался - "прочь! оставьте меня в покое!" (он не просил о помощи, миссис К. сама пришла и положила к его ногам собственную потребность опекать, оберегать и вытаскивать из ямы).

История миссис К. - исповедь, не требующая ответа и обратной связи. Поэтому Цвейг не подводил ни к выводам, ни к реакциям, которые могли бы вызвать ярое обсуждение - а обчно, именно это цепляет меня в книгах, пустые рассказы не оставляют заметного следа... Однако, именно Цвейг умеет передать молчаливое прослушивание таким образом, что не просто имеешь собственные мысли (странно получая информацию не иметь на каждый ее элемент своего мнения), а и не ощущаешь потребности увидеть их же либо их противоположность, просто сам себе рассказываешь, размышляешь - и этого достаточно.

Страшная книга. А еще восхитительная история. И не менее глубокий рассказ... Да, это все - о ней, о знаменитой "Шахматной новелле" Стефана Цвейга. Наслышана о ней была давно, но приступать к чтению долго не решалась - шахматы по жизни совсем не моя тема, хотя играть в них все же умею...

Главным героем небольшого по объему, но такого значительного по своей глубине произведения австрийского классика станет, на мой, как и всегда, субъективный взгляд, не человек, а потрепанная книжечка. Знали бы вы, как я обожаю с детства такие "книжные" истории, истории, в которых нашим скромным бумажным друзьям отдается роль не вспомогательного плана, а вполне себе основного действующего лица. А затем представьте потрепанную книжечку, весьма узконаправленной тематики для таких же узких специалистов или любителей. Сущей безделицей она станет для человека "не в теме", которому без надобности заключенные в ней, рассыпанные по ее пожелтевшим от времени страничкам сведения. И вместе с тем сможет она однажды спасти чью-то жизнь, сохранив рассудок и подарив смысл жизни. Наполнить однообразно тянущиеся дни и ночи, заполненные прежде лишь отупляющей мозг пустотой.

И я вовсе не утрирую, утверждая, что книга страшная. Таковой она и стала для меня. Жутковато было читать наяву о том, как человек изголодался по общению с книгами, лишенный этой возможности помимо собственной воли. Провести четыре месяца без книг! Возможно ли?.. Без радио, без газет, без чернил и бумаги, чтобы выплеснуть собственные мысли чувства, без общения с людьми...

Ах, как мы все-таки недооцениваем книги в нашей жизни, считая их чем-то само собой разумеющимся, чем-то привычным, обязательным, вечным и непременным!.. А ведь так было далеко не всегда...

О многом меня заставила задуматься во время прочтения и после него (особенно - после) эта новелла.

Она, к слову, не только о важности книг, информации, коммуникаций в нашей жизни. Она еще и том, как легко увлеченность чем-то полезным переходит грань, превращаясь в настоящую одержимость, помешательство, крепкую зависимость, лишающую воли (почему-то при чтении книги Цвейга мне живо вспомнилось документально-биографическое произведение, честно и шокирующе рассказывающее о природе такой зависимости - Джордан Белфорт - Волк с Уолл-стрит ). Вот это тоже страшно - наблюдать процесс психического раздвоения, расщепления внутреннего "я", смотреть за тем, как нормальный до этого человек сходит с ума. Даже безобидные, казалось бы, шахматы могут послужить источником безумия, затягивая исподволь в свои сети... Ах, эта тонкая и хрупкая грань между безумием и гениальностью...

Новелла Цвейга, подобно матрешке, скрывает историю в истории. Так вот, меньшая по объему, раскрывающаяся лишь во второй части новеллы история потрясла меня сразу, основная же история задела чуть меньше, больше порадовав своей атмосферой и антуражем самого действия: пароход, двое любителей шахмат, бросающие вызов чемпиону, таинственный незнакомец, предсказывающий ход партии... Есть в этом нечто интригующее, не правда ли?

Потрепанный сборник из ста с лишним знаменитых в истории игры шахматных партий станет для одного из героев личным психотерапевтом, стимулом жить и соперником. Средством спасения и разрушения. Психотерапевтической вполне может стать и новелла Цвейга, если правильно применять полученные из книги знания, если учиться у героев ценить то, что мы зачастую не ценим (те же книги да и саму возможность их читать), и никогда не переходить пограничной линии, оставляя увлечение любимым делом, но уж никак не парализующей волю страстью.

Весьма неожиданным открытием этого месяца стала для меня цвейговская новелла.

Страшная книга. А еще восхитительная история. И не менее глубокий рассказ... Да, это все - о ней, о знаменитой "Шахматной новелле" Стефана Цвейга. Наслышана о ней была давно, но приступать к чтению долго не решалась - шахматы по жизни совсем не моя тема, хотя играть в них все же умею...

Главным героем небольшого по объему, но такого значительного по своей глубине произведения австрийского классика станет, на мой, как и всегда, субъективный взгляд, не человек, а потрепанная книжечка. Знали бы вы, как я обожаю с детства такие "книжные" истории, истории, в которых нашим скромным бумажным друзьям отдается роль не вспомогательного плана, а вполне себе основного действующего лица. А затем представьте потрепанную книжечку, весьма узконаправленной тематики для таких же узких специалистов или любителей. Сущей безделицей она станет для человека "не в теме", которому без надобности заключенные в ней, рассыпанные по ее пожелтевшим от времени страничкам сведения. И вместе с тем сможет она однажды спасти чью-то жизнь, сохранив рассудок и подарив смысл жизни. Наполнить однообразно тянущиеся дни и ночи, заполненные прежде лишь отупляющей мозг пустотой.

И я вовсе не утрирую, утверждая, что книга страшная. Таковой она и стала для меня. Жутковато было читать наяву о том, как человек изголодался по общению с книгами, лишенный этой возможности помимо собственной воли. Провести четыре месяца без книг! Возможно ли?.. Без радио, без газет, без чернил и бумаги, чтобы выплеснуть собственные мысли чувства, без общения с людьми...

Ах, как мы все-таки недооцениваем книги в нашей жизни, считая их чем-то само собой разумеющимся, чем-то привычным, обязательным, вечным и непременным!.. А ведь так было далеко не всегда...

О многом меня заставила задуматься во время прочтения и после него (особенно - после) эта новелла.

Она, к слову, не только о важности книг, информации, коммуникаций в нашей жизни. Она еще и том, как легко увлеченность чем-то полезным переходит грань, превращаясь в настоящую одержимость, помешательство, крепкую зависимость, лишающую воли (почему-то при чтении книги Цвейга мне живо вспомнилось документально-биографическое произведение, честно и шокирующе рассказывающее о природе такой зависимости - Джордан Белфорт - Волк с Уолл-стрит ). Вот это тоже страшно - наблюдать процесс психического раздвоения, расщепления внутреннего "я", смотреть за тем, как нормальный до этого человек сходит с ума. Даже безобидные, казалось бы, шахматы могут послужить источником безумия, затягивая исподволь в свои сети... Ах, эта тонкая и хрупкая грань между безумием и гениальностью...

Новелла Цвейга, подобно матрешке, скрывает историю в истории. Так вот, меньшая по объему, раскрывающаяся лишь во второй части новеллы история потрясла меня сразу, основная же история задела чуть меньше, больше порадовав своей атмосферой и антуражем самого действия: пароход, двое любителей шахмат, бросающие вызов чемпиону, таинственный незнакомец, предсказывающий ход партии... Есть в этом нечто интригующее, не правда ли?

Потрепанный сборник из ста с лишним знаменитых в истории игры шахматных партий станет для одного из героев личным психотерапевтом, стимулом жить и соперником. Средством спасения и разрушения. Психотерапевтической вполне может стать и новелла Цвейга, если правильно применять полученные из книги знания, если учиться у героев ценить то, что мы зачастую не ценим (те же книги да и саму возможность их читать), и никогда не переходить пограничной линии, оставляя увлечение любимым делом, но уж никак не парализующей волю страстью.

Весьма неожиданным открытием этого месяца стала для меня цвейговская новелла.

Читая роман Ирвин Шоу - Люси Краун , я сожалела, что автор оставил за скобками переживания героя-мальчика, этот же рассказ Цвейга заполнил данный пробел и с головой погрузил меня во внутренний мир ребенка, переживающего предательство взрослых. Конечно, ситуации в этих произведениях не идентичны, хотя в обеих книгах идет речь об адюльтере матери и эмоциональной реакции сына, узнавшего тайну. Если в «Люси Краун» героиня вначале отчасти вызывает понимание, ведь писатель весьма подробно описывает ее смятение и бурю противоречивых чувств, то тут образ матери вызвал у меня весьма негативное впечатление. И не только потому, что было жаль маленького одинокого ребенка, которого обманули, сначала поманив дружбой, а потом резко отстранив от «взрослых дел», но оттого, насколько напролом, почти в открытую, действовали любовники, не заботясь о детских чувствах, да и в целом о приличиях. Хотя можно сказать, что проблема возникла на пустом месте, ведь сохрани взрослые хоть немного хладнокровия и прояви внимание к потребностям одинокого мальчика, не было бы всей этой трагической ситуации в его жизни (ночи вполне длинны, а дети рано ложатся спать ;) )

В «Люси Краун» герой, наоборот, слишком окружен вниманием, причем не только материнским, ему даже нанимают тьютера, в задачи которого входит всячески развлекать подростка. Тут же ребенок предоставлен сам себе, у него нет друзей, нет интересного занятия и логично, что он легко становится «добычей» первого же человека, который показал в нем заинтересованность. В романе Шоу герой-любовник отчасти вызывал симпатию, можно было поверить в искренность его чувств к женщине, тут же совсем иной случай: барон не только использует малыша в своих целях, но также потребительски относится и к женщине - она не более чем трофей, развлечение на время отпуска.

Очень яркой и волнительной получилась у писателя сцена объяснения матери и сына: их противостояние, обоюдное желание победить, сломить сопротивление и сделать больно другому. И, конечно, финал в данном рассказе понравился мне больше, он кажется более логичным и правдоподобным. Ведь, несмотря на все произошедшее, ребенок не может не любить мать (как часто мы прощаем весьма отвратительные проступки тем, кого любим, уж не говоря про естественную связь детеныша и родителя), но тут так же и желание оставаться ребенком, отринуть все опасности взрослой, одинокой жизни, груз ответственности и вновь погрузиться в теплое лоно семьи, вернуть все привилегии беззаботного детства.
При этом интересно поразмышлять, как в будущем сложатся отношения героев, смогут ли они оставить эту ситуацию в прошлом, а может, это бомба замедленного действия или вершина айсберга, о которую разобьются столь хрупкие детско-родительские отношения.

Подводя итог, советую этот замечательный психологичный рассказ, несмотря на небольшой объём, писатель очень полно и широко осветил столь сложную тему человеческих взаимоотношений.