– Стрельникова, я смотрю, вам весело. Не поделитесь со всеми, почему? – тут же раздался голос преподавательницы, заметившей перемену в настроении одной из своих студенток. – Это саркома Юинга вызывает у вас такую реакцию или что-то, что вы увидели в своем мелкоскопе? Хм. Даже не знаю, что хуже, – презрительно добавила она.

– Нет, ничего. Простите, – промямлила Вика и убрала со стола телефон, но это не спасло ее от праведного гнева преподавательницы.

В теме Вика разбиралась слабо, а знаний с предыдущих курсов и циклов не хватило, чтобы преподша унялась и отстала от нее, так что планы на субботу нарисовались сами собой: посещение кафедральной отработки по детской онкологии.

Вике очень хотелось взглянуть в глаза тому, кто сказал, что на последнем курсе на отработки не отправляют. Ага, конечно. Отправляют, да еще как. И к тому же накануне последней контрольной и зачета. Ситуация крайне несправедливая: отвлеклась на секундочку, а отрабатывать теперь недели три. После такого о допуске к контрольной и зачету можно было и не мечтать, да и отработки только по субботам. Хуже не придумаешь.

– Зашибись! – Вика с силой скинула вещи с парты в сумку, когда преподша объявила конец пары и ушла.

– Как будто ты не знала, как она реагирует на телефоны, – ухмыльнулся сидящий рядом с ней одногруппник.

– Вась, отстань, – она вновь достала из кармана телефон. Алиса писала еще во время пары, но Вика не стала совершать ту же ошибку и прочитала сообщение только сейчас. Ее поезд прибывает через двадцать минут. Надо бы поторопиться. – У меня нет времени на твои тупые подколы.

Вика взяла сумку и выскочила из кабинета. Возмущаясь тем, что у этой девушки никогда нет ни на что времени, Вася выбежал за ней следом. Догнать беглянку получилось только на лестнице.

– Может, сходим куда-нибудь и ты расскажешь, из-за чего ты пошла на такие жертвы? – Вася все еще не терял надежды на сближение, хотя если бы все держали такую же социальную дистанцию, как Вика с ним, пандемия ковида закончилась бы, даже не начавшись.

– На твои тупые подкаты у меня времени нет тоже. Гуляй, Вася! Надеюсь, кто-нибудь, кроме меня, сможет составить тебе компанию, – не замедляя шага, рассмеялась Вика.

– Что сразу тупые? Неужели не хочешь поделиться радостной новостью?

– Ладно, хочу, – Вика остановилась перед раздевалкой, Вася, шедший за ней следом, чуть не врезался в нее. – Только это секрет!

– Я сохраню твой секрет, Виктория, – серьезно заверил он.

– Мой престарелый любовник только что переписал все свое завещание на меня. Жить ему осталось от силы пару месяцев, так что… – она выдержала драматичную паузу, – могу вообще не работать по специальности. Только без зависти!

– Вик, иди в жопу, – недовольно буркнул Вася, не рассчитывавший, что над ним вновь начнут издеваться.

– После вас! – Она пропустила одногруппника в раздевалку и зашла за ним следом. – И я просила без зависти! Ладно… если мою статью опубликуют в «Скопусе», я никому не скажу, но намеки…

– Серьезно?! Поздравляю, но не без зависти, прости. И кому ты душу продала?

– Дьявол ни при чем, но престарелый любовник… – рассмеялась Вика.

Вася снова возмутился и засыпал ее новыми вопросами, что и как, но Вика его почти не слушала. Быстро собралась, попрощалась с одногруппниками и побежала встречать лучшую подругу.

Когда Вика приехала, Алиса уже ждала ее у здания вокзала. В черном спортивном костюме и накинутом на голову капюшоне, несмотря на нетипичную для начала мая жару. На плече – рюкзак, в руке – бутылка минералки, рядом – чемодан.

– Представляешь, чуть не проспала электричку, – вместо приветствия улыбнулась Алиса.

– И я рада тебя видеть, – Вика обняла подругу. – Ты приболела, что ли?

– Да нет, просто тусила полночи. А что такое?

– Да голос у тебя какой-то… странный… сиплый и чуток с хрипотцой, – наконец подобрала нужные слова Вика. – Ты теперь почти как Аллегрова.

Последний раз они виделись и разговаривали вживую года полтора назад. С того времени они ни разу не созванивались, только списывались время от времени. И насколько Вика помнила, у подруги всегда был высокий чистый голос, совсем не такой, как сейчас.

– Да? Никто не жалуется, и ладно, – Алиса достала из рюкзака футляр с солнцезащитными очками и надела их. – Поехали уже скорее отсюда, пока никого из знакомых не встретили.

– Боишься, узнают и автограф попросят? – усмехнулась Вика и повела подругу к своей машине.

– Типа того…

Алиса понимала, что, возможно, ее конспирация излишняя, но ничего не могла с собой поделать. Одно дело сыпать фразами в духе «неважно, что говорят крысы за спиной у кисы», но совсем другое слышать обрывки разговоров тех, кто догадывается, чем же она зарабатывает себе на жизнь. Это уже давно не задевало Алису, осуждения она не боялась, но все равно не понимала, зачем выслушивать гадости в свой адрес, если можно не выслушивать.

– Но ты тему не переводи, тебе бы курить бросить, вдруг это из-за сигарет.

– Вообще-то я уже год как не курю, так что не трать свои время и силы на лекции о вреде курения и раке легких.

Всю дорогу до дома Вики Алиса рассказывала о своей поездке в Эмираты, опуская по просьбе подруги подробности, чем же она там занималась помимо отдыха на пляже и походов по дорогим ресторанам и бутикам.

– Я, кстати, тебе кое-что привезла!

– Дубайский шоколад? – Вика перестроилась в другой ряд.

– Да что вы все так зациклились на этом дубайском шоколаде? – тяжело вздохнула Алиса. – Ты уже вторая, кто меня о нем спрашивает.

– А первый кто?

– Светик.

При упоминании этого имени Вика поморщилась и поджала губы. Она прекрасно помнила, кто эта девушка. Именно Светик, когда Алиса уехала в Москву, но так никуда и не поступила, оказалась рядом, на своем примере показала, что это все пустяки, и утащила ее в блестящий, красивый, но насквозь фальшивый мир эскорта.

Вика вновь невольно задалась вопросом: а могла ли она что-то сделать, чтобы не дать своей Алисе упасть в кроличью нору, ведущую в Страну чудес? И единственный ответ, который ей пришел, был вновь: нет, не могла. Она не страдает синдромом спасателя, а Алиса совсем не похожа на человека, которого нужно спасать, – сидит, шутит, смеется сама своим же шуткам и, кажется, совершенно ни о чем не жалеет.

Вика не заметила, как сжала руль до побелевших костяшек.

– Земля вызывает Стрелку, прием! – напомнила о своем присутствии Алиса.

– Стрелка на связи, прием, – тут же откликнулась Вика и перевела тему: – И все же не нравится мне твой голос, сходи к врачу.

– У тебя мед головного мозга. Это диагноз, который не лечится. Нормально все с моим голосом, расслабься.

Дома, когда подруга по-хозяйски разложила чемодан в гостиной, Вика обнаружила, что одну из его половинок занимает меховое нечто.

– Ты серьезно?

– Серьезно-серьезно, – Алиса сунула в руки подруге шубу. – Знаешь как говорят? Готовь шубу летом, а стринги зимой. Знаю, что зимой ты готовилась к сессии, поэтому… – она наклонилась к чемодану и сделала вид, что ищет там что-то, – стринги я то…

– Алиса!

– Что Алиса?

– Лучше бы ты шоколад привезла…

– Да привезла я, привезла! Но отдам только когда шубу примеришь и скажешь, какая классная у тебя подруга!

Сил, чтобы спорить, у Вики совершенно не было, так что она приняла свое поражение, все же надела шубу и посмотрелась в зеркало на дверце шкафа-купе.

– Что, не нравится? – обиженно спросила Алиса, не увидев, чтобы улыбка счастья подруги ослепила всех в этой комнате.

– Я прям чувствую, как мой ай-кью падает. Я в ней такая… такая… тупая, блин, класс… вот видишь, я даже все слова забыла!

– Так это же за-ме-ча-те-льно! – по слогам проговорила Алиса, положила руку подруге на плечо и погладила мех. – А то умная слишком.

– Есть люди, которые с тобой поспорили бы… – печально вздохнула Вика, вспоминая преподшу по онкологии и три предстоящие отработки, где на нее будут смотреть как на грязь из-под ногтей.

– Стрелка, не грусти, а то попа не будет расти! Снимай шубу, и пойдем где-нибудь посидим. Я плачу.

– Хорошо, мамочка, – Вика сняла шубу, откинула ее на диван и обняла подругу, – но ты прекрати так планку задирать, а то я точно никогда мужика себе не найду.

– И не подумаю, потому что тебе и не нужен абы какой. Кстати, тот сын главврача детской больницы все еще подкатывает к тебе?

– Вася? – Вика взяла шубу с дивана и повесила ее в шкаф.

– А с тобой учится так много сыновей главврачей?

– Нет, только он.

– И?..

– Ну как сказать…

– Так и скажи.

Все время сборов и дорогу до ресторана Вике пришлось выслушивать от подруги, что пора бы задуматься о своем будущем и прекратить динамить человека, чей отец сможет без проблем достать целевое не только сыночке, но и его любимой девушке, или же устроить в больницу обоих.

– Вот ты вроде умная, но лежит перед тобой изумруд, а ты его не берешь, – Алиса отпила из бокала белое вино.

– Я не такая, как ты, – Вика поковырялась вилкой в тарелке с пастой.

Все слова о том, что она хочет сама чего-то добиться и что-то из себя представлять, Вика оставила при себе. Одно дело воспользоваться знакомствами родителей, но совсем другое – начать встречаться с человеком только из-за того, что он сын кого-то там. Да и, к сожалению, перед глазами живо всплывал пример человека, задавшего ей вопрос: «Ты хоть знаешь, кто мой отец?» Именно после случившегося с Нечаевым на кафедре биохимии Вика начала сторониться Васю, хотя и понимала, насколько это глупо.

– Конечно, не такая. Мне не нужны посредники, я бы замутила сразу с его отцом.

– Фу! – скривилась Вика.

– Что, он настолько не очень? – рассмеялась Алиса и отпила еще вина.

– Он, может быть, очень даже очень, но, блин… он нам в отцы годится!

– Не вижу проблем, – пожала плечами Алиса.

– Как скажешь. А с чего это вдруг ты вернулась, если не секрет? – Вика схватилась за возможность перевести тему, чтобы случайно не свернуть на скользкую дорожку обсуждения Алисиных проблем с отцом и вытекших из этого пристрастий.

– Подругу навестить. Нельзя?

– Полтора года не навещала и вдруг решилась?

– Я копила.

– Деньги?

Алиса задорно, но сипло рассмеялась. Вика поймала себя на мысли, что скучает по ее звонкому смеху, который, возможно, уже никогда не услышит.

– Желание увидеться. Я так соскучилась, что ты от меня не скоро отделаешься.

– И все? – Вика смотрела в честные глаза подруги и не верила ни единому ее слову.

– Ладно, я буду тут сдавать ЕГЭ. Не хочу в Москве. Здесь следят меньше.

От таких заявлений Вика подавилась и закашлялась. Алиса и высшее образование? Вике казалось, что такой образ жизни, как у ее лучшей подруги, уже не меняют на пары и сессии. Можно отчислиться и уйти в эскорт, но чтобы это работало и в обратную сторону? Вика о таком никогда не слышала.

– Все же созрела? И куда будешь поступать?

– В финашку.

– На факультет развода мужиков на деньги?

– Милая моя, там, где они учились, я преподавала.

– Погоди-погоди, – Вика достала телефон, – мне надо записать это в фонд золотых цитат.

– Можешь его не убирать, потому что я только начала…

Посиделки в ресторане с обсуждением сначала поступления, а потом и последних сплетен пришлось прервать чуть ли на самом интересном месте, потому что Вика взглянула на часы и поняла, что опаздывает на работу. Алиса сказала, что хочет еще немного посидеть, а потом и погулять по городу, и Вика помчалась к своим мини-пациентам, надеясь, что дневная смена не сильно разозлится из-за ее опоздания.