Раннее творчество Софьи Прокофьевой еще не обладает изощренной сказочностью, и повесть кажется вполне традиционной для 1960-х годов. Приключения преданной своему хозяину игрушки полна задиристого комизма, иронии по отношению к взрослым, меткой наблюдательности за детьми, абсурдности, но в конечном счете веры в человеческую порядочность. Спустя десять Юрий Яковлев напишет хитовую историю о льве, что ушел из дома. И лев будет настоящий, а не игрушечный тигр. Почти нет сомнений, что сказка Прокофьевой так или иначе повлияла на Яковлева. И тем интереснее помнить о приключениях маленькой игрушки в большом мире.
Впрочем, игрушка не такая уж и маленькая. Прокофьева придумала волшебный ход – тигр становится большим, и по-прежнему ненастоящим. И с этим связано немало комических ситуаций. Понимание своей природы, ограниченных вроде бы возможностей, тем не менее, не мешает упрямому стремлению защитить свой мир и своего хозяина Сережу. Мальчик оставил включенным утюг, и игрушка отправляется в забег по городу, чтобы найти хозяина и предупредить его об опасности. И самое интересное – это реакция на беглеца окружающих. Краткими штрихами писательница фиксирует емкие типажи – капризные и любопытные дети, недоверчивые и эксцентричные взрослые. Прокофьева подмечает множество нелепостей и несправедливостей, с которыми живет большой город. Бедный малыш парится летом в шерстяном костюмчике, потому что так решила строгая бабушка. Швейцар не может пропустить тигра в женский зал парикмахерской, потому что он выглядит как мужчина (по пути герой успел обзавестись пальто и шляпой). Даже характеры животных поданы с очаровательным юмором. Взбалмошные Жучки, которые в ответственный момент помогают тигру. А затем настоящий тигр в цирке – меткая пародия на «звезду» сцены. И артисты оценят усталый вздох по поводу двух выступлений в день – для детей, а затем для взрослых. А уж как колко Прокфьева рифмует названия кинотеатров – «Знамя», «Пламя» и «Юное племя»!
Самыми эмоциональными моментами повести стали поцелуи. Их всего несколько, зато они могут растопить самое черство сердце. Игрушечный тигр целует циркового за помощь, что для не становится лучшей наградой за всю карьеру. Затем мама целует сына после пожара. И напоследок Сережа целуют свою игрушку. Вот такой трогательный круговорот поцелуев в природе.
Что интересно, сеттинг повести нисколько не устарел. В нем нет каких-либо отмерших бытовых деталей или понятий. Разве только тигр набит опилками, что можно встретить только в каких-то уж совсем крафтовых игрушках. То время воскрешают ставшие уже классикой иллюстрации Юрия Молоканова. Неяркие цвета, доставшиеся в наследство от уровня полиграфии середины прошлого века, плавные линии, делающие всех персонажей пухленькими, мягкими. Условность рисунка Молоканова, тем не менее, позволяет легко различить мир вещей и живых существ. Особенно хороши смешные массовые сцены с падениями и различными трюками. Молоканов выводит из равновесия привычный мир, заставляет смеяться и переживать за персонажей.