Три преступления доступны биографу: фактические ошибки, натягивание совы на глобус и агрессивное навязывание каких-либо моральных установок. Не знаю, существует ли Софья Бенуа на самом деле или же столь обширную библиографию наваяла бригада полуграмотных пенсионерок… Быть может, безжалостные издатели заперли несчастную даму-автора в обнимку с компьютером и, угрожая лишением жизни и чести, велели писать о декадентском «мире грёз», обитатели коего напрочь «испорчены деньгами и развратом»? Посочувствуем бедняжке, вынужденной творить вопреки уму и сердцу, и восхитимся принципиальностью писательницы: желаете сведений о легендарной шведке? Мадам Бенуа намерена резать правду-матку: Грета Гарбо была извращенкой, дурой и шлюхой!
Крайне неполиткорректно по нынешним временам : называется слатшеймингом и считается проявлением узколобости. Не модно-с!
Должно быть, у меня приключилось затмение мозгов, коли я взяла с библиотечной полки биографию голливудской звезды, сочиненную отечественным производителем. Повинюсь также в том, что не прочла аннотацию: сенсационная биография, откровения, все тайны личной жизни… Серьезно? Почти век прекрасная Грета хранила все тайны при себе, а после смерти поведала всё-всё некой российской литераторше? Ибо книжка названа «Исповедь», но ни слова о том, что перед нами грошовый бульварный роман…
Я, положим, и не ждала, что автор патриотического разлива, в жизни не переступавший порога студийных архивов по ту и эту стороны океана, сразит читателя какими-то особо тонкими, доныне считавшимися сокрытыми в толще времен фактами из жизни знаменитой актрисы, но… надо же совесть иметь! Перекатав полкниги Виккерса об отиравшихся вокруг Гарбо жаждавших внимания прессы личностях, мадам Бенуа не постеснялась нарастить объём за счет собранных со всех уголков интернета слухов, сплетен и мягко говоря сомнительных кусков информации. Попутно пнув британского коллегу за излишнюю трепетность натуры, русская биографиня постановила: ясное дело, никакой платоники – шведка спала с каждым встречным фонарным столбом. Ёжиков, наверно, и тех в постель тащила – а все потому что в юности подпала под влияние режиссера Стиллера, страшного, по мнению мадам Бенуа, негодяя. Можно подумать, шведский киноклассик основал бордель на дому, в каковом его подопечная вкалывала по-стахановски. Странно, что о своем Свенгали фрекен Гарбо дурно никогда не отзывалась… стокгольмский синдром, literally?
Отчего писать о порочной богемной среде злые издатели вынудили столь высоконравственную особу как Софья Бенуа? Садисты и звери, уроню я слезу над горькой судьбиной нашей авторессы, но вот какого же хрена мадам моралистка не проверяет факты?! Фильм «Божественная женщина» нельзя назвать утраченным: сохранившийся десятиминутный отрывок можно найти даже на youtube. И, черт возьми, перепутать светлоглазого блондина Ларса Хансона с чернооким брюнетом Гилбертом способен либо слепой, либо человек тотально равнодушный к допотопному Голливуду!
К слову, мадам Бенуа, в каком столетии вы проживаете? Повторять байку про якобы писклявый голос Джона… а ничего, что буржуйские киноисторики плотно взялись за опровержение скопившихся вокруг немого - раннего звукового кинематографа мифов ещё в 60-х годах прошлого века? Практически все talkies Гилберта доступны сегодня любому желающему: скачайте, например, циничнейшую сатиру Downstairs (1932) да включите ж наконец мозги. Сказка об ужасном голосе Гилберта родилась благодаря руританскому романсу His Glorious Night (1929), официальному дебюту Джона в звуковом кино. Абсолютно недоступному для широкого зрителя – единственную уцелевшую копию картины хранят в музее и выдают, по-видимому, только научным работникам. Впрочем, в документальные ленты иногда включают отрывок с объяснением главгероя-гвардейца в любви главдеве-принцессе. Поверьте мне, это страшное зрелище! Неудивительно, что репутация The Great Lover of Silent Screen рухнула в один миг: Гилберт играет размашисто, в стиле предыдущей декады, текст любовного признания настолько цветист, что годится лишь для пародии, вдобавок партнерша, призванная изображать таимую в женской груди великую ответную страсть, стоит столбиком – и, по-моему, даже не дышит. Ровно труп. Гилберта кинокритики закопали живьём.
Пускай Софья Бенуа искренне ненавидит артистическую среду и полагает, что путь к нравственному возвышению доступен лишь работникам офисов или мающемуся у заводских конвейеров пролетариату – обойдемся без философии. Но факты всё-таки следует проверять. На съемки «Королевы Кристины» Гилберта не могли – что бы там не плел Оливье – зазвать из соседнего офиса, ибо к 1933 году падшая звезда немого кино и студия MGM пребывали в состоянии мировой войны. «Ниночка» вызвала всеобщий восторг, «Двуликая женщина» не проваливалась в прокате. Мерседес де Акоста, литераторша-неудачница, имела привычку действительность в своих писаниях, хм, творчески преображать. Стало быть, едва ли надежный источник и нет смысла цитировать ее сочинения страницами. То же самое относится к Сесилу Битону, из шкурки выпрыгивавшему во имя саморекламы. Изучением матчасти мадам Бенуа не озаботилась, психологическую достоверность выбросила в окошко, Гарбо вываляла в грязи с головы до ног и сладострастно осудила: ишь, порочная потаскуха, с бабами романы заводила!
Поклонники шведской дивы, крепитесь! Воспринимайте сию книжонку в качестве пособия по развитию критического мышления. Эти навыки пригодятся вам в дальнейшей читательской биографии, ибо едва ли когда-нибудь удастся искоренить подобную унылую геббельсовщину. Моему воображению рисуется рейхминистр пропаганды, умиленно вздыхающий над томиком Софьи Бенуа: «Моя школа!».