Зоя и Марьяна выбрались из машины, потягиваясь, вдыхая аромат сырой земли и хвои. Они открыли старые деревянные ворота, которые скрипели так, будто рассказывали историю о своих приключениях за последние полвека.

Галя заехала во двор, где их уже встречала Софья Николаевна – бабушка подруги, державшая на руках белую болонку, гордо именуемую Конфеткой.

– И где вас носило? – вместо приветствия поинтересовалась Софья Николаевна, элегантно приподняв одну бровь. В свои семьдесят, она выглядела так, будто только что сошла со страниц модного журнала, идеальная укладка с лёгким оттенком лаванды, безупречный макияж и летнее платье, с открытыми плечами.

– У нас колесо пробило по дороге, – ответила Галя, целуя бабушку в щеку с такой осторожностью, будто она хрустальная и в любой момент может рассыпаться на осколки.

– Почему-то я не удивлена, – вздохнула Софья Николаевна, опуская на землю Конфетку, которая тут же принялась обнюхивать обувь гостей с энтузиазмом таможенной службы. – С приездом, мои хорошие! – она раскрыла объятия, широко улыбаясь, как опытная актриса в финальной сцене мелодрамы.

Девушки по очереди обняли Софью Николаевну, вдыхая облако французских духов, с лёгким, тонким ароматом цитруса и роз.

– Зоя, мне кажется, ты поправилась, – с хирургической точностью нанесла первый удар Софья Николаевна, окидывая девушку взглядом эксперта программы «Модный приговор». – Женщина никогда не должна себя распускать, c'est la loi (это закон) – возмутилась, хмуря тонкие брови – Но ничего, пару недель диеты, интенсивных тренировок – и ты придёшь в форму, я в этом не сомневаюсь – мило улыбнулась, похлопав с утешением её по руке.

Зоя кивнула с таким напряжением, что, казалось, её лицо может треснуть от досады.

– Марьяна, ты выглядишь хорошо, – продолжила Софья Николаевна свой инспекционный обход, – только немного бледноватый вид. Тебе необходим отдых – солнце, сон, витамины!

– Спасибо, Софья Николаевна, – ответила Марьяна, мысленно закатив глаза – Вы как всегда великолепны.

– И вам советую, мои дорогие, – Софья Николаевна приняла позу университетского профессора, готового прочитать важную лекцию. – Мужчины любят глазами. Внешний вид женщины – это главный козырь, которым нужно уметь пользоваться!

Она обняла обеих девушек за талии, подталкивая к порогу дома.

– Ну, сегодня у нас праздник, так что один день, Зоя, тебе можно расслабиться, – великодушно разрешила она, как королева, дарующая помилование.

– Вот спасибо, – пробормотала Зоя, пытаясь не злиться. – Я прямо чувствую, как мои бедра благодарят вас.

– Когда-нибудь ты скажешь мне спасибо, douce (милая фр.) – натянуто улыбаясь сказала бабуля.

Они прошли в дом, затаскивая сумки и продукты. В коридоре их встретила мама Гали – Ольга Ивановна, выбегая из кухни, где витал аромат свежеиспечённых пирогов, способный заставить даже самого стойкого ППшника, забыть о своих клятвах.

– Девочки мои! Наконец-то вы приехали – воскликнула она, вытирая руки о фартук с надписью "Лучшая мама на свете" (подарок Гали на 8 марта). – Как же я соскучилась!

В отличие от своей свекрови, Ольга Ивановна была воплощением домашнего уюта: пухленькая, с добрыми глазами и мягкой, кокетливой улыбкой. Она обняла каждую из девушек с такой теплотой, что Зоя и Марьяна, почувствовали себя вернувшимися домой, после долгого путешествия.

– Ну, располагайтесь, мои хорошие, будьте как дома – засуетилась Ольга Ивановна. – Завтрак уже почти готов. Галя, покажи им комнаты.

– Мама, они тут уже восемь лет бывают, – закатила глаза Галя. – и знают эту дачу лучше, чем свою квартиру.

– Не дерзи матери, – строго оборвала Софья Николаевна, проходя мимо с чашкой чая, который она пила только из фарфора, привезённого из Парижа. – В твоём возрасте я уже была замужем и воспитывала ребёнка, а не ездила с подружками на дачу.

– В нынешнее время это уже не показатель, – возразила Галя – и вообще, что ты мне плохого желаешь – театрально закатила глаза.

– Вечная проблема отцов и детей – констатировала бабушка.

Девушки быстро разместились в знакомой комнате, переоделись и помогли накрыть на стол в новой беседке, которой Софья Николаевна гордилась так, будто лично спроектировала и построила её своими руками.

– Вы только посмотрите на этот стол! – восхищалась она, расставляя тарелки на белоснежную скатерть. —Беседка получилась шикарной! Я лично выбирала проект.

– Действительно, очень красиво, – согласилась Марьяна, помогая раскладывать приборы. – Такая просторная и светлая.

– В отличие от твоих перспектив на личную жизнь, – вполголоса добавила Галя, за что получила от Марьяны лёгкий тычок в бок.

Завтрак был настоящим пиршеством: блины с разными начинками, омлет с грибами, свежие овощи, домашние соленья и, конечно, фирменный яблочный пирог Ольги Ивановны, от которого, по словам Зои, случился гастрономический экстаз.

– Ешь, Зоя, ешь, – подкладывала Ольга Ивановна очередной кусочек на тарелку девушки. – опять питаетесь консервами и полуфабрикатами?

– Неправильное питание, девочки, приводит к набору килограммов и портит цвет кожи, беречь нужно себя с молоду! – добавила Софья Николаевна, элегантно отпивая чай.

После сытного завтрака, от которого, как заметила Зоя, "мои бедра только что написали завещание", девушки переоделись в купальники, взяли полотенца и отправились на озеро, которое манило сверкающей гладью.

– Только не забудьте крем от загара! – крикнула им вслед Ольга Ивановна. – И шляпы возьмите!

– И не показывайте слишком много тела! – добавила Софья Николаевна. – Мужчины должны догадываться, а не видеть всё и сразу!

– Да, бабуля, мы наденем паранджи, обещаем – пробормотала Галя, поморщив курносый носик.

Пройдя по тропинке через небольшой сосновый бор, они вышли на песчаный берег. Но идиллическая картина, которую они привыкли видеть, изменилась кардинально. На противоположном берегу, где раньше был густой лес, теперь возвышалось трёхэтажное здание в форме полумесяца с красной черепичной крышей и несколькими строениями в стиле ренессанс. Деревянный причал, широкий как взлётная полоса, приютил два белоснежных катера, которые покачивались на воде с высокомерием яхт в Монако. На берегу были установлены зонты и шезлонги, а несколько человек прогуливались вдоль кромки воды с таким видом, будто им принадлежал весь мир.

– Ничего себе! – присвистнула Зоя, приложив руку козырьком ко лбу. – Серьёзный масштаб! Это что, новый филиал Рублёвки открыли?

– Да, – с неким сожалением кивнула Галя, расстилая полотенце на песке. – Всё течёт, всё меняется, и до нас добрались.

Она скинула джинсы и футболку, надела солнцезащитные очки и улеглась на полотенце с видом римской патрицианки на отдыхе.

– Говорят, какой-то миллиардер её построил, – продолжила она, поправляя лямки купальника. – Неделю назад там гулянка была, салют был как в новогоднюю ночь. До утра музыка орала, все соседи возмущались.

– Жаль, – задумчиво произнесла Марьяна, глядя на противоположный берег. – Такое тихое было место, спокойное.

– Цивилизация поглощает всё, – философски заметила Зоя, устраиваясь поудобнее на теплом песке. – Скоро здесь будет спа-центр, вертолётная площадка и бутик Gucci.

– Ну, может, хоть скидку местным жителям сделают, – хихикнула Галя.

– Погодка-то какая, – Зоя блаженно прикрыла глаза, подставляя лицо солнцу. – Умм, я столько дней мечтала об этом моменте. Наслаждайтесь, у нас впереди четыре выходных!

–

Сильно не радуйся – хмыкнула Галя – завтра нам придётся рассаду садить, клумбы приводить в порядок, впрочем, всё как обычно!

– Аминь, сестра, – Зоя подняла воображаемый бокал. – За отдых без приключений!

–

Анисимова, как же я тебя люблю – обняла подругу Галя – во всем находишь положительные моменты – хихикнула, чмокнув её в щеку.

Вернувшись с пляжа, разрумянившиеся от солнца и с песком в самых неожиданных местах, девушки обнаружили, что идиллия их отдыха была безжалостно нарушена. Во дворе дачи, словно десант с планеты "Понаехали", высадилось семейство Михайловых, во главе с Владимиром Петровичем – отцом Гали.

– О нет, только не это, – пробормотала Канаева, замерев на пороге калитки. – Я чувствую приближение Армагеддона.

– Мать твою, Лёвушка с семейством – возмутилась Зоя. – картина «не ждали, а мы припёрлись».

И действительно, в беседке, развалившись в кресле с таким видом, будто это был трон, а он – как минимум наследный принц, восседал Лёвушка Михайлов – единственный сын Даниила Львовича и Натальи Викторовны, баловень судьбы и главный претендент на звание "Самый противный говнюк на планете" по версии Гали и её подруг.

– Ой, Галчонок! – воскликнул Даниил Львович, заметив девушек. Его массивная фигура напоминала комод на ножках, а улыбка была такой широкой, что, казалось, вот-вот лопнет на его круглом, пухлом лице. – Ты прям расцвела, такой красавицей стала, одно загляденье!

Его взгляд, маслянистый, похотливый, скользнул по Зое и Марьяне с таким интересом, что девушкам захотелось немедленно сбежать на ближайший рейс до города.

– А нас вот твой батя в гости позвал, на все выходные, – продолжил он, поглаживая свой живот, который явно свидетельствовал о его любви к хорошей кухне и пренебрежении к физическим упражнениям. – А тут такая замечательная компания собралась, вот это мы удачненько заехали! – подмигнул девчонкам

– Я вас тоже рада видеть, Даниил Львович, – ответила Галя с вежливостью дипломата, вынужденного общаться с представителем враждебной державы.

– Здравствуйте, – хором поздоровались Зоя и Марьяна, бросая взгляды на Лёвушку, который даже не потрудился встать или хотя бы кивнуть в знак приветствия.

– Мы это… пока пойдём переоденемся, – быстро сказала Марьяна, ища путь к отступлению.

– Так, девочки мои, давайте к столу! – крикнул Владимир Петрович, размахивая щипцами для мяса, как дирижёр палочкой. – Шашлык уже готов, да и гости ждут!

Владимир Петрович, был человеком простым и добродушным, несмотря на свой статус профессора. Высокий, подтянутый, с лёгкой сединой на висках и лучезарной улыбкой.

– Пап, мы быстро! – крикнула Галя, скрываясь с подругами за дверью дома с такой скоростью, будто за ними гнался рой взбесившихся пчёл.

– Вот егоза, – усмехнулся Владимир Петрович, глядя вслед дочери с нежностью. – Вроде взрослой стала, а ведёт себя порой как капризный ребёнок.

– Замуж выйдет и беспечность пройдёт, – сказала Наталья Викторовна, элегантно отпивая красное вино. Она была полной противоположностью своему мужу – худая, с идеальной осанкой и таким выражением лица, будто постоянно чувствовала запах чего-то неприятного.

– Это да, – согласился Канаев, переворачивая шашлык. – Только вот жениха пока у нас нет, всё работает, карьеру строит.

– Нынешняя молодёжь предпочитает свободные отношения без всякой ответственности! – фыркнула Наталья Викторовна так тихо, что услышала только Софья Николаевна, которая в ответ многозначительно кивнула.

– Так это дело поправимое, – подмигнул Михайлов с видом заговорщика. – Мы уже давно согласны на брак, да и Льву пора браться за ум, а не по клубам шататься.

Он посмотрел на своего сына с упрёком и раздражением, но тот даже не заметил, он всё так же сидел, уткнувшись в телефон, игнорируя всех вокруг.

В доме девушки спешно переодевались, периодически поглядывая в окно через прозрачную тюль, как опытные разведчицы на вражеской территории.

– Вот же блин, – сетовала Галя, натягивая джинсы с такой яростью, будто они были виноваты в появлении Михайловых. – И какая нелёгкая его принесла? – Не дай бог ещё ночевать останется! Бабушкина мечта!

– Сейчас начнёт свои дебильные подколки раздавать, – подтвердила Марьяна, застёгивая пуговицы на рубашке. – В прошлый раз я его за малым стулом не огрела.

– Помню-помню, – хихикнула Зоя. – ему тогда очень повезло, что Софья Николаевна вернулась за пледом.

– Я бы даже сказала, нереально, – добавила Галя, расчёсывая волосы. – но не в этот раз!

– Вы гляньте, как негодяй раздухарился, – кивнула на окно Зоя. – явно пытается выслужиться перед отцом, наверное, мальчика карт лишили, вот и сидит, как пёс на привязи.

– Вечер становится всё занятнее, – согласилась Марьяна, подкрашивая губы. – Если что, сами его выкурим, иначе выходной будет испорчен.

– Есть идеи? – с любопытством спросила Галя.

– Запрём его в бане до утра? – предложила Зоя.

– Подсыпем слабительное, чтобы с толчка не слезал? – воодушевлённо добавила Марьяна.

– Господи, какие у меня кровожадные подруги – Галя наигранно изобразила испуг. – но идея Марьяны мне нравиться! – Осталось привести план в действие! – воскликнула Зоя.

– У тебя есть слабительное? – удивилась Марьяна – не знала, что ты страдаешь запорами.

– Ты совсем уже, – покрутила у виска пальцем подруга – Нет, конечно! Но я знаю где его можно раздобыть – заговорщически прошептала Зоя

– Девочки! – раздался голос Софьи Николаевны из-за двери. – Вы там что, бальные платья примеряете? Все уже за столом!

Идём, бабуля! – крикнула Галя, а потом тихо добавила: – Ну что, устроим ему Варфоломеевскую ночь?

– С удовольствием! – шутливо отсалютовала Зоя.

– Месть, это блюдо, которое падают холодным, – понизив голос сказала Марьяна. – повеселимся?

Смеясь, они вышли из комнаты, уже распланировав маленькую шалость.

В беседке их ждал накрытый стол, ломившийся от еды: шашлык, салаты, овощи, зелень, домашние соленья и, конечно, вино и знаменитая вишнёвая наливка, которая подавалась в доме Канаевых, исключительно по праздникам и была всеми обожаема.

– А вот и наши красавицы! – воскликнул Владимир Петрович, поднимая бокал. – Присаживайтесь, девочки! Прекрасно выглядите, подзагорели!

Лёвушка наконец соизволил поднять глаза от телефона и окинул девушек оценивающим, пренебрежительным взглядом, с язвительной усмешкой.

– Привет – произнёс он с улыбкой, которая, по мнению Зои, делала его похожим на хорька, нашедшего курятник. – Давно не виделись, девчонки.

– Ещё бы столько же, Лёва, – ответила Галя, не скрывая сарказма, садясь, как можно дальше от него. – Как поживаешь? – приторно улыбнулась

– Не жалуюсь, как видишь – утвердительно кивнул. – а вы? – окинул подруг надменным взглядом – замуж я смотрю, вас так и не взяли?

–

Мы свободу предпочитаем – заявила Галя – смотрю и за тобой очередь не стоит?!

–

Не волнуйся, баб у меня хватает! – с гордостью и пренебрежением ответил Лёвушка, мельком взглянув на отца – завтра, я с огромной радостью, покину ваше болото – тихо прошептал так, чтоб это точно услышала Галя.

-Буду ждать с большим нетерпением – буркнула она, еле сдерживая себя в руках, посмотрев на родителей, которые над чем-то смеялись вместе с Михайловыми.

Зоя и Марьяна переглянулись, мысленно отсчитывая секунды до взрыва Галиного терпения. Но та, к их удивлению, только мило улыбнулась:

– Знаешь, Лёва, а давай лучше выпьем – с хитренькой улыбкой, она подняла бокал. – За майские праздники и выходные!

– За майские! – поддержали все, чокаясь хрустальными бокалами.

Но Софья Николаевна, конечно, не могла оставить последнее слово не за собой:

– И за то, чтобы в следующем году, я наконец-то увидела своего правнука – многозначительно посмотрела на Лёвушку и Галю, которая подавилась шашлыком и закашлялась.

Вскоре Лёвушка расслабился, громко смеясь над собственными шутками, периодически проверяя телефон, строча сообщения. Он сидел, развалившись в мягком кресле, иногда поглядывая на родителей, поджимая губы, недовольно цокая.

Зоя незаметно исчезла в доме, пока все были увлечены рассказом Даниила Львовича о его новом бизнес-проекте и вернулась через пять минут с таким видом, будто только что, совершила ограбление века.

– Миссия выполнена, – прошептала она Гале, садясь рядом. – Теперь нужно подождать удобного момента, который представился, когда Владимир Петрович предложил всем прогуляться к озеру.

– А вы, молодёжь, можете остаться, – добродушно предложил он. – Наверняка вам наши разговоры неинтересны.

– Конечно, папа, – с готовностью согласилась Галя. – Мы тут посидим, пообщаемся.

Как только они скрылись за калиткой, Лёвушка принялся за своё. Он откинулся на диван с таким видом, будто делал всем одолжение своим присутствием.

– Ну как поживаете, убогие? Всё ищите возможность зацепиться в столице, пашите за гроши, питаясь дошиками? – поморщился с пренебрежением

–

А ты не завидуй! – съязвила Зоя – У нас всё отлично, а вот ты зачем припёрся в такой грандиозный праздник или в Москве все клубы на карантине?

–

Очень смешно – хмыкнул Лёва – с Галкой приехал переспать! – злорадно расхохотался, запрокинув голову, как раненная гиена.

– Остряк! – скривилась от такой перспективы Галя. – Не волнуйся, на такого, как ты, не позарюсь.

– Аж на душе полегчало! – театрально схватился за сердце Лёвушка. – А то я каждый раз переживаю, что ты согласишься под давлением предков!

– Боюсь, что меня вырвет на твою половину, – парировала Галя, глядя, как из дома выходит улыбающаяся Зоя, одобрительно подмигивая.

Подруга несла поднос с напитками: морс, компот и для Лёвушки – специальный бокал с вишнёвой наливкой, в которую она щедро добавила содержимое двух пакетиков слабительного.

Лёва, специально для тебя, – пропела она с улыбкой, от которой у любого нормального человека волосы встали бы дыбом. – Фирменная наливка Владимира Петровича – помни мою доброту!

Лёвушка, польщённый таким вниманием, взял бокал и сделал большой глоток.

– Неплохо, – кивнул он. – Хотя я предпочитаю виски – осушил бокал до дна – ну что поделитесь, как проводят время старые девы?

–

Очень весело – усмехнулась Марьяна – хочешь попробовать? – вздёрнула бровью.

–

Предпочитаю красивых и неопытных – поиграл бровями Лёвушка – хотя… вдруг он замолчал

– Что-то не так, Лёвушка? – невинно поинтересовалась Зоя. – Может, ещё наливочки?

– Нет, я.… – он схватился за живот, и его лицо приобрело зеленоватый оттенок. – Мне нужно…

Он вскочил и бросился к дому с такой скоростью, что мог бы установить олимпийский рекорд.

Как только дверь за ним захлопнулась, девушки разразились хохотом.

– Зоя, ты очень страшный человек! – выдохнула Галя, вытирая слезы. – Сколько ты ему подсыпала?

– Два пакетика, – гордо ответила Зоя. – Чтоб наверняка!

– Боюсь, он там надолго, – заметила Марьяна, глядя на дом, откуда уже доносились звуки, которые лучше не описывать.

– Именно на это я и рассчитывала, – кивнула Зоя. – Теперь у нас есть целый вечер и ночь для бесед под луной!

Глава 3. Дачники.

Утро наступило внезапно и безжалостно, дверь в комнату распахнулась с таким грохотом, что Зоя подпрыгнула на кровати, а Марьяна, спавшая на краю, чуть не свалилась на пол.

В дверном проёме, словно ангел возмездия в шёлковом халате, в бигудях, застыла Софья Николаевна. Ее лицо выражало такую решимость, что даже Наполеон перед Ватерлоо, выглядел бы более приземлённым.

– Признавайтесь, негодные девчонки, что вы подмешали Лёвушке? – она сложила руки на груди, став похожей на строгую гувернантку, обнаружившую, что её воспитанники не выучили урок. – Он всю ночь в туалете провёл! Вам не стыдно!

Галя, с трудом разлепив один глаз, посмотрела на часы: 10:07. По дачным меркам – практически рассвет.

– Ба, – возмутилась она, зарываясь обратно в подушку, – мы ещё спим, и что это за вопросы? Может, у него просто слабый желудок?

– Не ломай комедию, Галина! – Софья Николаевна произнесла имя внучки с таким акцентом на последнем слоге, что оно прозвучало как приговор. – Мне стало ещё вчера понятно, что вы это устроили. Бедный мальчик, он весь зелёный!

– Может быть, он превратился в Шрека? – пробормотала Марьяна, натягивая одеяло на голову, чтобы скрыть улыбку.

Зоя издала звук, подозрительно похожий на сдавленный смех, но быстро замаскировала его под кашель.

– В общем так, – Софья Николаевна подошла к окну и с драматичным жестом, распахнула шторы, впуская яркий солнечный свет, – собирайтесь и сходите к Клавдии Ивановне за настойкой от расстройства. Вы сильно переборщили, и без разговоров! Я ей звонила, она вас уже ждёт.

– Но бабуля… – начала было Галя.