Глава 3

Престон сидел в машине и смотрел, как движется по одной из центральных улиц поток пешеходов. Желудок заурчал, возмущенный тем, что его желаниями пренебрегли из-за очередной деловой встречи. От недостатка сна и теплого воздуха из вентиляционных отверстий машины в глазах появилась сухость. За последний год из-за стараний доказать собственную состоятельность и готовность занять кресло генерального директора его жизнь превратилась в бег на одном месте. Впрочем, бессонной прошлая ночь стала совсем по другой причине.

И звали ее Тиффани Уинтерс.

И ее беременность.

Разум до сих пор отказывался принять сей факт.

Видимо, именно это привело его сюда, к антикварному магазину Алиши Уинтерс под названием «Удачная находка».

Заглушив мотор, Престон вышел и полной грудью вдохнул прохладного осеннего воздуха с запахом листвы.

– Так, так, так. Неужели это сам Ромео Дель Рио?

Алиша стояла за стойкой, ее поза со скрещенными на груди руками подтвердила, что тональность их разговора ему, скорее всего, не понравится – чего он и боялся.

– Прошу, не называй меня так.

– Предпочитаешь «будущий отец»?

Абстрактные слова сейчас обрели новый смысл.

– Лучше Престон.

– Уж я-то знаю, какое обращение ты бы предпочел, – пробормотала себе под нос Алиша и перевела взгляд на экран планшета, на документы, которые читала, когда появился незваный гость.

Престон положил руки на стойку, давая понять, что никуда не уйдет.

– Может, быстрее начнем, быстрее закончим?

– Хочешь, чтобы я тебя положила на обе лопатки?

– Прямо сейчас?

– О чем поговорить? – скривилась Алиша.

Его доверенным лицом и компасом всегда была Мэгги, от обеих ролей она отказалась в период бурного романа с Джерико. Даже не отчитала его за пропущенный вчерашний ужин.

Престон подумывал о том, чтобы сначала переговорить с Тремейном – лучшим другом со времен учебы в колледже. Престон всегда ценил его аналитический ум и здоровое отношение к жизни. Остановило лишь то, что это означало бы посвящение в тайну еще одного человека. Чем больше людей знает о беременности Тиффани, тем больше вероятность появления слухов. И потом его осенило: надо поговорить с тем, кто уже в курсе.

– Значит, поговорить, – произнесла Алиша, не дождавшись ответа, и отложила планшет в сторону. – Что ж, хорошо, давай поговорим. Начнем с того, что выясним, о чем, черт возьми, ты думал, когда решил переспать с моей сестрой?!

– Я тогда не думал.

– Оно и видно. – Золотисто-смуглое лицо Али-шы стало красным, сжатые в кулаки руки уперлись в бока. – Послушай, я все понимаю, праздник, веселье и все такое, но, послушай, ты серьезно думал, что Тиффани – лучший вариант на одну ночь?

– Да, у нас был секс, – признался Престон, – но не случайный.

Алиша покачала головой, тряхнув копной вьющихся черных волос.

– Хочешь убедить меня, что Тиффани тебя заинтересовала еще до того, как ты заправился шампанским?

Престон с трудом перевел дыхание – так щемило в груди.

– Многолетняя вражда наших предков не сделала меня слепым, Алиша. Меня всегда восхищала Тиффани.

Девушка прищурилась и впилась в него взглядом.

– И долго ты восхищался? Надеюсь, ответ будет не такой: «После закусок и перед супом на ужине в честь помолвки».

Забавно, но он хорошо помнил, когда обратил на нее внимание. В старших классах он принимал участие в постановках школьного театра для получения аттестата с отличием. В них же была задействована и Тиффани. Он был безответно влюблен в стеснительную одноклассницу, улыбавшуюся ему всякий раз при встрече, несмотря на вражду семей.

Престон осознавал, что даже взгляд в сторону Тиффани не останется тайной для обоих отцов, и тогда у него появилось желание нарушить правила. И начать он планировал с первого: Дель Рио не назначают свидания Уинтерсам.

Впрочем, сестра, как всегда, его опередила. Именно ее помолвка повлияла на его чувства, дала толчок тому, чтобы поддаться влечению к Тиффани. Возможно, оба знали, что рано или поздно это случится. Потому и зашли так далеко. И так быстро.

Престон не собирался посвящать Алишу во все подробности, потому ответил:

– До моего поступления в колледж.

– Хочешь сказать, ты влюбился в Тиффани, когда был еще подростком?

– Если помнишь, мы оба были подростками.

Алиша вновь посмотрела пристально:

– Я помню, что на каждом футбольном матче и танцевальном вечере ты появлялся с разными девчонками.

– Чаще всего с дочерями нефтяного магната, которого обхаживал отец.

– Жаль, если так, но мы уже не в школе, Престон. И речь не просто о вечеринке.

Разговор стал его раздражать.

– Как думаешь, почему я здесь?

– Потому что ты в дерьме и ждешь моей помощи.

– Не буду отрицать, что был шокирован. Могло быть иначе, когда получаешь такие новости?

Алиша фыркнула:

– Не веди себя как обычно, и не будешь получать.

Престон впервые столкнулся с подобной проблемой. После расставания с Санни – единственной, с кем хотел построить долгие отношения, – он мало заботился о том, что случится с партнершей после того, как они расстанутся утром.

– Ладно, хорошо, я облажался, мы это установили. Теперь я хочу выяснить, как не допустить повторения. – Он умоляюще сложил руки. – Алиша, ты знаешь ее лучше всех. Я не хочу вторгаться в ее жизнь, но хочу быть рядом. Ради нее и моего ребенка.

«Моего ребенка».

Он впервые произнес эти слова вслух и не ожидал, что на душе сразу станет так тепло. Он поклялся себе, что установит доверительные отношения с ребенком, будет поступать так, как никогда не делал его отец.

– Итак, шаг первый, – неожиданно заговорила Алиша. – Тиффани пытается получить диплом магистра и одновременно ведет бизнес. Теперь она будет еще и вынашивать ребенка. Ей не нужен сексуальный партнер, ей нужен любящий и заботливый будущий отец ребенка.

– Заботливый отец. Понятно.

– Шаг второй, – произнесла Алиша. – Иди за мной.

Он прошел следом в смежную комнату и увидел витрины с мелкими, но очень ценными предметами антиквариата. Сердце подпрыгнуло, когда она открыла замок футляра с подборкой обручальных колец с бриллиантами. Однако, к его облегчению, достала маленькую серебряную погремушку.

– Скажи мне, какое самое глубокое и сильное пожелание ты хотел бы на ней выгравировать, и через полчаса все будет сделано, вещь упакована в подарочную коробку и готова к вручению женщине, которая в данный момент выбирает оттенок бежевого для детской.

Яркий образ Тиффани всплыл перед глазами и тронул своей нежностью.

– Ты правда думаешь, что она не будет возражать против моего появления?

– Появления с подарком. – Алиша подняла палец.

Престон в задумчивости прошел за ней к прилавку, где она взяла карандаш, готовая записать фразу для гравировки.

Он погрузился в мысли, но внезапно на ум пришли слова брата Лоренцо из «Ромео и Джульетты».

– Придумал! – почти весело произнес Престон: – «Да будет сей союз развязкой нашего междоусобья».

– Я надеялась, что это будет цитата не из «Бойцовского клуба».

– Порой я и сам себя удивляю.

Алиша положила игрушку на подставку из черного бархата для демонстрации украшений и быстро записала слова в блокнот с логотипом «Удачная находка».

– Сколько я должен? – Престон достал бумажник.

– Тебе повезло, как будущий отец, ты получишь скидку.

Закончив дела, Престон ощутил поднимающийся к голове жар, потому вышел из магазина с мыслью о кофе.

Через условленное время он вернулся в магазин. Алиша была занята с покупателем, но на стойке лежала небольшая коробочка с лентой мятного цвета и серебряным бантом.

Нейтральные цвета.

Престон поблагодарил ее кивком и получил беззвучный ответ одними губами:

– Удачи!

Да, она ему понадобится.

Остановившись у дома Тиффани, Престон вновь ощутил нахлынувшие воспоминания. Ее дом ближе к Техасскому клубу скотоводов, потому, ведомый страстью, он приехал сначала сюда, а не домой. Тем вечером, когда он был здесь впервые, из-за обстоятельств и темного времени суток оценить его красоту не смог, но отдал должное сейчас. Окна на фасаде увиты по обеим сторонам плющом, листья которого начали приобретать бордово-золотистую кайму. Шпалеры во дворе оплетены алыми и белыми розами. Обработка кирпича была ему знакома благодаря передаче, которую иногда смотрел, если не мог заснуть. Белый как мел, с красно-коричневыми пятнами и вкраплениями в той же гамме. Свежевыкрашенные черные ставни. Красота дома завораживала.

Престон выключил двигатель и распахнул дверцу, его сразу поразил доносившийся из открытых окон грохот музыки, как в ночном клубе.

Походка его, скорее всего, выдавала нервное состояние, словно он шел на первое в жизни свидание. Как бы сложилась их жизнь, будь ему позволено пригласить ее тогда? Она была на первом курсе в колледже, а он выпускник, впрочем, если бы не запреты отца, его бы ничто не остановило.

Престон нажал на светящийся синий кружок звонка и был удивлен, не услышав звуков. Попробовал еще раз – эффект тот же. Стук в окно у крыльца не принес результата, и он раздраженно подергал ручку двери – та оказалась не заперта.

Как безрассудно ведет себя Тиффани! Окна открыты, музыка звучит так громко, что внутри попросту не услышать шагов.

Престон потянул на себя дверь, но передумал и пошел вдоль дома к тому окну, откуда музыка доносилась громче всего. Заглянув внутрь, в золотистом солнечном свете он увидел Тиффани Уинтерс. И она танцевала.

На ней были джинсовые шорты с необработанным краем, бедра красиво двигались в ритме мелодии. Грудь выделялась под тонкой тканью белого топа. Пряди цвета шоколада выбились из наспех сделанного пучка, щеки порозовели, над ними полукружья ресниц опущенных век.

Казалось, что Тиффани светится. От нее исходили волны чувственной энергии земной богини, и движения были не менее прекрасны.

Рука поднялась, будто держа микрофон, она подпевала, но из-за шума звуки голоса были не слышны. Он улыбнулся, мысленно поблагодарив Алишу за совет заехать. Песня закончилась, вместе с ней прошел морок, Тиффани открыла глаза и посмотрела прямо на Престона. Затем подскочила от неожиданности и вскрикнула. Престон от испуга чуть не выронил коробочку. Выключив музыку, она подошла к самому окну.

– Какого черта, Престон?! – требовательно спросила она.

Он несколько раз открыл рот, но не нашел слов.

– Ты не можешь являться сюда вот так запросто, – продолжила Тиффани, не дождавшись его реакции. – И почему ты прячешься под окном? Ты хоть понимаешь, как меня напугал?

– Я… звонил, – наконец пролепетал он. – Но…

– Подожди, где ты оставил машину?

– На улице.

– Черт! Надо срочно ее переставить, пока соседи не увидели.

Престон поспешил к главному входу, завел машину и загнал в гараж, поставив рядом с джипом. Дверь из гаража в кухню была приоткрыта, Тиффани стояла перед открытым холодильником и пила из большой стеклянной банки через соломинку что-то похожее на холодный чай. Оторвавшись, она протянула банку ему в немом предложении.

Он принял, скорее из желания сделать что-то вместе, нежели из жажды. Напиток оказался крепким и лишь слегка сладким, в отличие от той жидкости, похожей на сахарный сироп со вкусом чая, которую подают обычно в ресторанах.

– Спасибо, – произнес он, возвращая банку.

Тиффани сделала еще пару глотков и вернула ее на полку холодильника.

– В прошлый раз мне пришлось всем объяснять, что мой джип не завелся, и ты любезно одолжил мне свою машину.

Престон не сразу сообразил, что она имеет в виду день помолвки и объяснение с соседями. Они тогда ни о чем не могли думать, и меньше всего о месте, где оставить машину.

Воспоминания о той ночи нанизывались, словно бусинки на леску – подробностей становилось все больше. Едва войдя в дом, он повалил Тиффани как раз на эту гранитную столешницу острова, которая сейчас перед ним, здесь они так страстно целовались, что сползли на пол. Престон был горд собой за то, что удалось остановить то безумие, что началось еще у клуба.

– У тебя сломан звонок? – спросил он.

– Звонок?

– Да, я звонил, прислушался, но не услышал его звук внутри.

– Странно.

– А почему дверь не была заперта?

– Была, я точно помню, – прищурилась Тиффани.

– Неужели? – Он вышел в коридор и указал рукой на распахнутую стеклянную дверь.

– Последнее время я очень рассеянная, – смутилась Тиффани.

– В доме так громко играла музыка, что сюда мог кто-то войти, ты бы не заметила.

Она вскинула подбородок:

– Мне повезло, этот кто-то просто наблюдал за мной в окно.

Его бросило в жар.

– Я бы там не оказался, если бы дверной звонок работал.

Они оба были не против небольшой словесной перепалки – способа снять напряжение и неловкость. Атмосфера между ними неожиданно накалилась, и появилось желание пожалеть и защитить Тиффани, на что он не имел абсолютно никакого права.

– Видимо, он внезапно сломался. – Она достала телефон и вгляделась в экран. – Возможно, какой-то сбой в приложении.

– Хочешь, я посмотрю.

– Потому что твой мужской мозг в этом сильнее?

– Потому что ты щуришься, значит, забыла надеть линзы.

Благодаря умной и душевной маме, множественным талантам сестры Мэгги у Тиффани не развилась уверенность в мужском превосходстве.

– Спасибо. – Она передала ему телефон и, переступая босыми ногами, указала на коробочку в его руках. – Это мне?

Он совсем забыл о ней и сунул под мышку, когда брал телефон. К тому же под топом не было белья, что очень отвлекало.

– Да. Для вас обоих. – Взгляд его скользнул по животу.

– Тогда лучше открыть ее в детской, – заключила она, принимая подарок.

Он прошел за Тиффани в комнату со свежевыкрашенными стенами и сделал вид, что очень увлечен ими.

– Я решила выбрать нейтральный цвет. Буду следовать этому правилу во всем.

– Не затруднит ли это выбор одежды?

– Совсем нет. Сейчас много вещей разных цветов, подходящих любому полу… Ох!

Тиффани вскрикнула, заставляя отвлечься от стен и перевести взгляд на нее. Кончики пальцев прижаты к губам, глаза широко распахнуты и сияют.

– О, Престон. Она такая красивая. – Тиффани засмеялась. – Думаю, придется попросить тебя прочитать, что на ней написано.

Он так и сделал. На глаза ее навернулись слезы и потекли по щекам.

– Сначала я помешал твоему пению, теперь еще заставил плакать.

Она махнула рукой:

– В последние дни я плачу от всего. Видел бы ты утром меня у холодильника, смотрящую на завядшую клубнику.

– Тебе было жалко ее?

– Мне было жаль, что все ее подруги стали красивыми, когда их окунули в шоколад, а она нет.

– Я знаю одного парня, который владеет ранчо, так что готов забрать у тебя все испорченные продукты. Козы, знаешь ли, не так привередливы.

Тиффани осторожно положила погремушку в коробку.

– Ты готов это сделать?

– С радостью. Как и многое другое, что убережет твои прекрасные глаза от слез.

Она улыбнулась, вытерла глаза краем топа, открыв на несколько мгновений гладкий и совершенно плоский живот.

– Ты вовсе не обязан это делать, Престон. Забудь все, что я сказала у клуба, я не хочу портить тебе жизнь.

Он подошел ближе.

– Собственно, об этом я и пришел поговорить.

– О чем?

– О том, как я глупо себя повел. В тот день у нас с отцом случилась небольшая размолвка, я был на взводе. Я старался сохранить спокойствие и, видимо, выглядел как робот.

– Я бы не сказала, как робот. Как киборг, возможно. – Тиффани наклонилась, взяла валик и принялась водить по лотку.

– Тебе не нужна помощь?

Она обернулась через плечо.

– Ты неподходяще одет. – Сказанное отвлекло, валик выскользнул из пальцев и упал в краску. – Черт! – Она принялась озираться в поисках салфетки.

– Позволь мне.

Престон увидел пачку салфеток, протянул одну Тиффани. Она вытерла руки, принялась убирать мешающую прядь волос и испачкала щеку.

Престон вытащил еще одну салфетку.

– Иди сюда, надо стереть, пока краска не высохла, иначе у тебя будет макияж в стиле «пески пустыни».

– К твоему сведению, этот цвет называется «альпака в дымке».

– Непонятно, что смешнее. Кому из маркетологов пришло в голову использовать в названии цвета жвачное животное? И почему ты, имея столько вариантов, решила купить именно его?

– Честно признаюсь, у меня была мысль использовать тему альпака.

– Что это за тема?

– Для детской и для малыша. Постельное белье, одежда, декор и прочее. Все с изображением альпака или из альпака. Алиша сказала, все это можно найти в специальном магазине в Коулмане.

– Я бы с удовольствием посмотрел на это. Как-нибудь можем сходить вместе.

– Правда?

Он кивнул.

– Коулман достаточно далеко от места, где каждое наше появление вместе вызовет поток сплетен. Может, мы даже сможем поставить машину у магазина и войти в него вместе. Как думаешь?

Тиффани насупилась.

– Когда пройдет мероприятие Миши, я, пожалуй, возьму настоящий отпуск.

Престон ощутил, как сердце сжимается от боли. То, что отец не заметит его отсутствия в течение долгого времени, равно нулю. Как было бы прекрасно провести целый день с Тиффани без посторонних глаз, не беспокоясь о том, что их увидят и что скажут!

Он бросил на пол грязную салфетку и медленно заправил за ухо упавшую на лоб прядь.

– Хороший план.

Они замерли друг напротив друга, ни один не пошевелился. Престон ощущал ее теплое дыхание в том же месте, где и в прошлый раз. Но тогда Тиффани уснула прямо на нем, а он мечтал, поглаживая ее спину и восхищаясь шелковистой кожей. Момент тот был слишком прекрасен, чтобы длиться долго.

И они создали вместе самое прекрасное, что только могли.

Теперь ему надо понять, как заботиться о своем ребенке, и не влюбиться до безумия в его мать, и не поставить под угрозу будущее, к которому шел так много лет.

Престон сделал шаг назад, чтобы сохранить хотя бы остатки здравомыслия.

– Обещай, что дашь мне знать, если нужна будет помощь.

– Обещаю, – кивнула Тиффани.

Престон направился в гараж и крикнул через плечо:

– Запри за мной дверь!

От того, как он себя поведет, зависело очень многое в его мире, потому смог заставить себя уйти.

Хотя до самого дома ощущал аромат духов Тиффани, слышал ее чарующий смех.