– Я дал тебе слово, и пусть я – выскочка, а мой род не столь древен и славен, как род герцогов Витри, но слово своё я сдержу.

– Да, род Витри – древний и славный, – усмешка на исхудавшем от усталости лице Мейса была кривая и какая-то злобная. – Ты даже представить не можешь, как я был счастлив, когда меня приняли в Академию и избавили от общества моих братцев.

Дилль вспомнил, как после реставрации короля он увидел отца Мейса. И его братьев – точных копий герцога Витри. И как он обнаружил полное несходство Мейса со его прямыми родственниками.

– Ты прав, я не представляю, – сказал он. – А вот Тео – очень даже. В клане он считался человеком, в Академии – вампиром. Ни там, ни здесь никто не разглядел в нём того, кто он есть на самом деле. На него всё время пытались навесить какие-то ярлыки, и ты, кстати, первый. А ведь Тео ни разу не отплатил тебе той же монетой.

– О чём ты? – мрачно спросил Мейс.

– Только лишь о том, что ты – это ты. И ни происхождение, ни древность рода роли не играют.

– Такое впечатление, что говоришь ты вовсе не о моих магических талантах.

– Как раз о них. А твои отношения с герцогом Витри и его сыновьями – это не моего ума дело.

Мейс спустился с лестницы, уставился на Дилля и довольно долго молчал.

– Значит, ты тоже это заметил? – невесело улыбнулся он. – Что ж, у тебя есть ещё один повод позубоскалить надо мной.

– Я уже сказал, что ни словом не оскорблю тебя, – проговорил Дилль и тут же, опровергая сказанное, добавил: – Дурень ты, Мейс. Ты же сам рушишь то, что могло бы быть если не дружбой, то хотя бы обычными рабочими отношениями. Думаешь, Тео приятно слушать, как ты называешь его ублюдком?

– Наверное, нет.

– Вот и перестань его доставать. Нам есть с кем воевать, давай же не будем умножать количество врагов.

Услышав предложение мира, Мейс, поколебавшись, протянул руку. Они обменялись рукопожатием, Дилль повернулся, чтобы уйти, но остановился.

– Не забудь, что я говорил об Илонне.

– Ты так меня опасаешься, что готов повторяться по пять раз за ночь? – серьёзный Мейс исчез, а на его место вернулся прежний насмешник.

– Ты – более, чем достойный соперник. Да, опасаюсь, – спокойно ответил Дилль. – Я не хочу убивать тебя и потом бежать от гнева мастеров и короля. Но ради Илонны я готов на всё, в том числе и на изгнание.

Улыбка пропала с лица Мейса.

– Тогда сделай так, чтобы не дать мне шанса.

Илонна, притаившаяся неподалёку, сочла, что услышала достаточно и тихо удалилась. Вернувшись в фургон, она проверила Тео и, несмотря на голод, без аппетита съела остывший ужин. Дилля не было довольно долго, и вампирша, глядя на огонёк масляной лампы, гадала, о чём он ещё говорит с Мейсом. Наконец послышались шаги, и вошёл Дилль.

– Ну, как погулял?

– Продуктивно. Много услышала?

– Не понимаю, о чём ты, – Илонна сделала невинное лицо.

– О том, что твои глазищи в темноте светятся, как у кошки.

– Не может быть, я прижмуривалась… Ой!

Дилль усмехнулся и начал разуваться.

– Я же знал, что ты не удержишься. А где мои три корочки хлеба?

– Мышки увели. Довольствуйся котелком супа.

Он принялся за еду, Илонна сидела рядом и смотрела на него.

– Знаешь, ты очень изменился с момента нашей первой встречи.

– Надеюсь, не в худшую сторону?

– Был бы ты хотя бы полувампиром, как Тео, совет старейшин мог бы принять тебя в клан. Ты почти стал воином.

– Только не знаю, с какой стороны держаться за меч, – улыбнулся Дилль.

– Я возьмусь за твоё воспитание, – подумав, пообещала Илонна.

*****

Шатёр Ковена стоял в самом центре поля Великой Госпожи. На расстоянии двух выстрелов из лука вокруг него не было ни построений, ни людей – только море жёсткой степной травы, слабо колыхавшейся от жаркого иссушающего ветра. Гилиан шла пешком от юрт шаманов к шатру Ковена, раздумывая над символизмом такого устройства. Казалось бы, что проще: доехать до шатра верхом или в повозке? Но ведь если у Хозяйки нет сил добраться самостоятельно даже на такое короткое расстояние, значит, она бесполезна для Ковена. А бесполезные быстро уходят к Великой Госпоже.

Тут Гилиан самодовольно усмехнулась. Исполнилась её давняя мечта, к которой она шла столько времени, по пути растоптав жизни своей покровительницы и верной Тернлис. Хозяйка Гилиан! Равная среди высших, повелевающая десятками тысяч воинов, одним жестом могущая умертвить сотню человек. Власть опьяняла даже больше полученного могущества.

Гилиан вспомнила, как после долгого расследования Хозяйки вновь собрались и единогласно вынесли вердикт: Ровит виновна. И как окутанная плащом Госпожи Ровит отдала ей все свои знания и силы. А сама Гилиан была вынуждена вскрыть череп ещё живой бывшей Хозяйки и съесть её мозг, чтобы никто при помощи некромагии не смог поднять Ровит и воспользоваться её умениями и знаниями. Гилиан остановилась и поморщилась, вспомнив те ощущения и вкус во рту. Это было мерзко и неприятно, но власть того стоила. Теперь она – одна из тех, кто может перевернуть этот мир, встряхнуть его и вывернуть наизнанку. Гордость и восхищение собой захлестнули хивашку.

Обжигающая боль в ноге заставила её подпрыгнуть. Гилиан посмотрела вниз – оказывается, она встала около муравейника, и сабельщики – муравьи с длинными ядовитыми жвалами, немедленно бросились в атаку. Хивашка стряхнула с ноги насекомых и в гневе наслала на мелких негодников дыхание Великой Госпожи. Зеленоватое облачко впиталось в землю, моментально превратив муравьиную нору в обиталище смерти.

Она выругала паршивцев, осмелившихся напасть на Хозяйку Ковена и вдруг замерла, поражённая этой мыслью. Ничтожные насекомые, которых она, даже не напрягшись, уничтожила – это знак от Великой Госпожи. Ей дано понять, что теперь она обладает огромной силой, но может пасть жертвой самого незначительного врага. Нельзя витать в облаках, когда твои ноги стоят на земле.

– Спасибо Великая Госпожа за твою мудрость, – прошептала Гилиан. – Я не забуду этого урока.

Она выбросила из головы все мысли о грядущем величии и, когда вошла в шатёр Ковена, уже была спокойна и уравновешена. Девять Хозяек уже сидели вокруг костра с вечным огнём, три места пустовало, Гилиан заняла своё и закрыла глаза. Минута прошла в полном молчании, лишь с небес доносилось пение невидимого в высоте жаворонка. Наконец старейшая Хозяйка – морщинистая и худая Азра, сказала:

– Получены добрые вести от кагана. Он прошёлся по землям, которые отобрали у Ситгара мироттийцы.

– Много рабов? – поинтересовалась Хозяйка Силлит – статная красивая женщина с длинными светлыми волосами. Она когда-то сама была захвачена и попала в хивашские степи в роли наложницы. Незаурядный ум, железная воля и магические таланты позволили ей не только освободиться от рабского ярма, но и стать одной из владычиц. Гилиан относилась к Силлит с уважением и опаской.

– Достаточно, чтобы наши три Хозяйки и шаманы не скучали, – усмехнулась Азра. – Сейчас мы должны решить, куда направить воинов. Я вижу два пути: продолжать опустошать юго-запад Ситгара, или собрать все силы, и уничтожить, наконец, проклятых вампиров.

– А почему не рассматривается вариант с нападением на юг Ситгара? – спросила Хозяйка Тенна – горбатая от рождения и слабая телом, но обладающая поразительной ясностью ума. – Королевская власть сейчас беспомощна, помощь своим южным войскам послать не сумеет. Отобрав южные территории Ситгара, мы без опаски сможем раздавить и вампиров, после чего вплотную заняться Запретным пределом.

– Если наши воины продолжат набеги, у нас появится достаточное количество зомби, – последовало возражение. – В боях мы будем использовать их, а не воинов. Я считаю, надо продолжать опустошение юго-западных земель, тогда к захвату Запретного предела мы придём с могучей и непобедимой армией.

– Каган сказал, что не трогает укреплённые замки, а ведь именно там находится основное население – чернь скрывается под защитой замковых стен, когда появляются наши тысячи. Где гарантия, что войска из этих укреплений не нанесут нам удар в спину?

– Их слишком мало, чтобы причинить сколь-нибудь значимый вред.

– А если мироттийцы развернут свою армию? Мы потеряем не только захваченных рабов, но и ударный кулак.

Гилиан слушала споры и молчала. Лично она предпочла бы отправиться прямиком к Тирогису, чтобы захватить Гвинарда – лич знает и умеет много чего полезного, что пригодилось бы ей в дальнейшем. Но это несбыточные мечты – столицу Ситгара со дня на день осадят с одной стороны тилисцы, а с другой – мироттийцы. Против двух мощных объединившихся армий шансов устоять нет не только у Ситгара, но и у хиваши, даже если собрать всех воинов и созданных зомби.

Жаркие споры подошли к концу. Победили сторонники продолжения похода по юго-западу Ситгара. Когда решение было принято, Хозяйки начали расходиться. Гилиан тоже поднялась, но, заметив лёгкое движением бровями Азры, осталась.

– Я наблюдала за тобой, Гилиан, – сказала старейшая Хозяйка, когда они остались вдвоём. – Сказать честно, приятно удивлена твоей выдержкой и благоразумием. Я ожидала, что власть опьянит тебя.

– Я получила знак от Великой Госпожи, – и коротко рассказала про эпизод с муравьями.

– Занятно, – усмехнулась старуха. – Не знаю, был ли это истинный знак, но мне нравится твой настрой. Считай, что ты прошла последнее испытание, и одаривать тебя дыханием Госпожи мы не будем.

Гилиан даже вспотела, услышав эти слова. Оказывается, до сих пор она не была полноправной Хозяйкой? Видимо, Азра хорошо умела читать эмоции на лицах – старуха улыбнулась, обнажив жёлтые зубы, и сказала:

– Твоя ложь привела к смерти Ровит. Но настоящая Хозяйка никогда не допустит, чтобы младшие обошли её. Ровит стала слишком мягкой – это недопустимо, а потому она была наказана. Ты же показала не только свой ум и хитрость, но и устремлённость к цели. Такие качества нужны Ковену.

Гилиан снова бросило в пот. Оказывается, старуха знала, что она лжёт. Азра помолчала, поглядывая на неё, затем продолжила:

– Отныне ты равная среди высших. Но даже в Ковене, как ты правильно сказала в прошлый раз, нет единства. Присмотрись к тому, что делает и как себя ведёт Силлит. Будешь умной – составишь с ней неплохую пару к тому времени, когда настанет моё время попасть в объятия Великой Госпожи.

– Азра, может, это и звучит кощунственно, но есть способ избежать объятий Госпожи, – после недолгого размышления сказала Гилиан. Старуха вопросительно подняла бровь. – Гвинард, который стал личем. Я думаю, что объединив наши и его знания, можно достичь если не бессмертия, то омоложения. А ведь даже ситгарские маги не сумели достичь этого – они всего лишь продляют жизнедеятельность.

– Гвинарда нам уже не достать – Тирогис вскоре будет осаждён, – покачала головой старуха. – К тому же, прошло уже довольно много времени – его сознание больше не является сознанием человека. Но твоя мысль мне нравится. Ты же сумела взнуздать одного из лучших ситгарских магов, так займись этим направлением. Поезжай-ка к кагану Джарему и передай ему наше повеление – отловить столько живых магов, сколько сумеет. Привози их сюда, посмотрим, вдруг что и получится.

*****

Той же ночью к отступающим остаткам западной армии добрался гонец из Тирогиса. Бдительные часовые едва не прикончили его, и стрела убила ни в чём не повинного коня. Когда гонец предъявил значок курьера и письмо от маршала Брунри, недоразумение было исчерпано. Его тут же провели к генералу Куберту.

Куберт, толком не проснувшись, читал послание и с каждой строчкой лицо его становилось всё мрачнее. Дочитав, он велел адъютанту срочно найти мастера Мернаэля. Когда пришёл зевающий Мернаэль, Куберт без слов сунул ему письмо маршала. Мастер-маг пробежался глазами по тексту, затем перечёл снова, уже более внимательно. Наконец он вернул бумагу генералу и сказал:

– Мои врачеватели валятся с ног от усталости. Но, разумеется, я тотчас соберу самых лучших.

– Жизнь короля важнее, – кивнул Куберт. – Я выделю им в сопровождение две сотни дизанцев – этого должно хватить, чтобы отбить нападение летучих отрядов тилисцев.

Виной тому, что гонцы не добирались до них, были так называемые летучие отряды. Команды по пятьдесят клинков рыскали со всех сторон отступающей ситгарской армии, днём и ночью тревожили быстрыми нападениями и всячески пытались задержать и без того медленно движущихся ситгарцев, обременёнными обозами с ранеными. Кроме этого летучие отряды выреза́ли на пути западной армии целые деревни, травили воду в колодцах и даже устроили несколько лесных пожаров. А попутно они убили одного за другим гонцов из Тирогиса, оборвав единственную возможность связи со столицей.

Мастер Мернаэль удалился, и вскоре два десятка врачевателей уже выехали в сторону Тирогиса в сопровождении двухсот дизанских всадников. Лагерь ненадолго умолк, но ещё до рассвета послышались горны и команды вечно орущих сержантов. Солдаты поднимались, быстро перекусывали и строились в походные колонны. Возчики запрягали лошадей в фургоны и телеги, всадники вскакивали на коней, разбивались на небольшие отряды и занимали места между пехотными подразделениями, чтобы в случае атаки быстро среагировать на нападение.

Две сотни боевых клириков, среди которых оказались Илонна, Дилль и Тео, двигались в середине длинной колонны. Причём монахи сидели по двадцать человек в одном фургоне – как селёдки в бочке, и Дилль искренне недоумевал, почему им троим предоставили отдельный экипаж. Илонна только сказала, что так распорядился лично архиепископ Одборгский.

– Он нам свой фургон отдал, представляешь, – хмыкнула вампирша. – Наверное, чувствовал свою вину за то, что приказал связать меня цепями.

– Цепями? – изумился Дилль. – Тебя? Но за что?

– Ну, вообще-то не он, а твой любимый гроссмейстер. Но архиепископ тоже в этом участвовал.

– Чем ты не угодила Адельядо? Хотела покрошить его на много маленьких гроссмейстеров?

– Не его, а тилисцев, когда вы с Тео исчезли в ледяном смерче вместе со всей передовой частью армии. Адельядо сказал, что вы погибли… вот я и отправилась убивать. А этот мерзкий старикашка сделал так, что я не смогла даже шагу ступить. У меня будто отняли тело – ни рукой, ни ногой шевельнуть не могла. А когда очнулась, эти два старых му… мудреца уже меня связали. Я почти освободилась от верёвок, Адельядо снова меня обездвижил, и на сей раз сковали железными цепями.

– Просил же тебя не лезть в схватку, – укоризненно покачал головой Дилль. – Я обещал тебе вернуться, и сделал это. А ты слово не сдержала.

– Я же не знала, что ты такой неубиваемый.

– То есть, ты, женщина, не веришь словам величайшего в истории мага?

Дилль грозно нахмурился, что вызвало у Илонны приступ смеха. Дилль тоже посмеялся и снова нахмурился.

– Всё-таки странно это. С чего бы гроссмейстер на тебя взъелся? Жаль, нельзя у него спросить.

Он уже знал, что высшие маги отплатили тилисцам той же монетой. Враг был остановлен, ситгарцы получили время собрать часть разбежавшихся войск, а мастера во главе с Адельядо обессилели настолько, что до сих пор не пришли в сознание.

– Не знаю, – Илонна зябко передёрнула плечами. – До этого я как-то не задумывалась, насколько опасно связываться с высшими магами. Всегда думала, что меч легко одолеет любую магию. А теперь, когда ваш гроссмейстер победил меня, даже не шевельнув пальцем, я уже ни в чём не уверена.

– Даже не шевельнув пальцем? – переспросил Дилль. – В смысле, не делал никаких пассов и ничего не говорил?

– Вообще ничего, – кивнула Илонна. – Представь себе, ты идёшь, и вдруг тебя словно закутывают в толстое одеяло. И ты не можешь пошевелиться, потому что у тебя нет тела. Страшное ощущение. Я не понимаю, как при таких умениях маги до сих пор не захватили власть над всем миром. Ведь даже мастер клинка окажется бессильным…

– Погоди, – прервал её Дилль. – Это похоже кое на что, но с тобой такого не могло случиться, потому что Адельядо – не василиск, а человеческая астральная магия не действует на тех, у кого нет магического дара.

– Я не понимаю.

– Я тоже.

Дилль перенёс свой разум в астрал. Владей он в астрале телом, он бы остолбенел, а челюсть его отпала бы до земли. А так он просто застыл в ступоре – рядом с ним находились ауры двух магов. Одна – голубая, принадлежала Тео, а вторая – насыщенного красного цвета с мелькающими зелёными прожилками. Получается, это Илонна, ведь его астральный горизонт слишком мал, чтобы увидеть какого-нибудь другого мага. И, вообще, какой к демонам горизонт? Вот же она, рядом!

Вернувшись в реальный мир, он выполнил то, что не сумел сделать в астрале – остолбенел с раскрытым ртом. Илонна удивлённо посмотрела на него и сказала:

– Рот-то закрой, не то всех мошек соберёшь. Что случилось?

– Э-м-м… ты это… с ума сойти… представляешь? – Дилль от изумления все слова растерял.

– Ты отлично объясняешь, – подбодрила его Илонна. – Только слов добавь.

– Я увидел тебя.

– Неужели только сейчас? Бедненький.

– Зря смеёшься, – Дилль пришёл в себя. – Я увидел твою ауру в астрале.

– И? – вампирша явно не понимала.

– Не обладающие магическим даром в астрале не видны. Сделай усилие, напряги мозги.

Илонна сделала требуемое, и Дилль с удовольствием увидел на её лице выражение растерянности.

– Я – маг? Ха-ха, – Илонна немного нервно изобразила веселье.

– Я тебе больше скажу. Моя аура – багрово-красная с зелёными прожилками. По словам мастера Иггера, да и Оквальда тоже, ни у кого больше такой они не видели. Так мой драконий дар, смешанный с биомагией, отражается в астрале. А теперь я смог увидеть, как моя аура выглядит со стороны, потому что у тебя точно такая же.

– А-а, я поняла, – Илонна погрозила ему пальцем. – Разыгрываешь. На какое-то мгновение я тебе даже поверила.

– Я понял, почему гроссмейстер обездвижил тебя. Он увидел твою ауру и, конечно, не разрешил тебе погибнуть. Ручаюсь, он изумился до крайности, увидев у тебя драконий дар.

– Вообще-то, вид у него был странный, – Илонна стала серьёзной. – Значит, ты уверен? У меня действительно имеется магический драконий дар? Но откуда бы он взялся? Я же драконов видела только высоко-высоко в небе. Это ведь ты у нас драконоборец в тридцать третьем колене…

– Мне кажется, я догадываюсь, откуда у тебя это взялось, – Дилль придвинулся поближе к девушке и игриво пошевелил бровями.

– Клятые демоны, ты заразил меня своим даром! – Илонна картинно схватилась за сердце и ту же хитро прищурилась. – Теперь-то ты не отвертишься – помнится, кто-то пытался сослать меня на кухню вместо занятий магией.

– Кстати, давай проверим, что ты можешь, – Дилль начал вспоминать, с чего начинал он сам. – Первым делом нужно почувствовать энергию. Она у тебя…

Он потянулся к животу Илонну, получил шлепок и тут же отдёрнул руку.

– Не отвлекайся.

– Энергия у тебя там, куда мне нельзя. Теперь представь, что эта энергия понемногу перемещается от низа живота вверх, перетекает в твою правую руку, наполняет её горячей мощью и ждёт только команды, чтобы вырваться. Вытяни указательный палец… – тут Дилль вспомнил свой первый успех, который едва не стоил жизни ему и мастеру Китану. – Нет, подними его кверху – в случае чего, пусть лучше крышу у фургона сорвёт. Так ты дашь направление энергии. Готова?

– Да.

– Чувствуешь в пальце странный зуд?

– Да.

– Значит, надо чаще мыть палец, – широко ухмыльнулся Дилль.

– Ах ты… – Илонна даже задохнулась от возмущения.

– Цыц, адепт! Ты зачем мне врёшь?

– И вовсе я не врала.

– Я не поленился понаблюдать за тобой через астрал – твоя энергия никуда не переместилась.

– То есть, ты можешь следить за мной, а я об этом ничего не знаю?

– Не отвлекайся, – теперь настал его черёд сказать эту фразу. – Нет у тебя энергии ни в пальце, ни в руке. Давай ещё раз. Думай о том, как энергия закипает в тебе и рвётся наружу. Ты указываешь ей путь…