– Зубер. Летающая тварь. Сплошные клыки и когти. Опасна тем, что сжавшиеся челюсти можно разжать только домкратом. К счастью, неядовитая. Хотя… баяниты могут и ядовитых зуберов вывести. Если зубер вцепится в лицо, можно смело добивать товарища, чтоб не мучился. Если в руку или ногу… и при условии, что сразу не откусит… ну, тогда ещё есть шанс спасти пострадавшего. Другие летающие твари не менее опасны, но встречаются реже. Именно от атак с воздуха база прикрыта сеткой. Впрочем, как вы уже успели отметить, зуберы находят дыры, а, может, и сами их делают, так что каждую секунду нужно быть готовым к нападению сверху. Следующий экземпляр, – в телестерео появилось изображение мерзкого вида червя. – Вормер. Скрывается под землёй, определить местонахождение можно по небольшой ямке в земле с дырой в середине. Эта пакость выстреливает из-под земли, пробивая даже металлопластовую кирасу. Даже если червяк не заденет жизненно важных органов, пострадавший всё равно погибнет – вормер ядовит. Как червяк при атаке не разбивает собственную башку – непонятно, потому что выползшего на поверхность вормера можно спокойно порубить обычным ножом или прикончить пулей. В отличие от прочих зверюг, сканеры могут заметить вормера, если тот придёт в движение. Проблема в том, что находясь в засаде, вормер неподвижен, и увидите вы его только в тот момент, когда он будет пробивать вашу грудь.

Ник с всё возрастающим изумлением слушал лекцию сержанта: ни на одной из планет, на которых ему довелось побывать ранее, не было такого количества смертоносных представителей фауны. Нет, без хищников нигде не обходилось, но не настолько же, чтобы на квадратный метр приходилось по нескольку опасных существ. Получается, здесь и шагу нельзя ступить, чтобы не нарваться на смертельную ловушку или зверюгу. И это не считая кровожадных аборигенов. То ли сержант обладал паранормальными способностями, то ли знал ход рассуждений присутствующих, но только он повторил мысль Ника слово в слово.

– На Баяните и шагу нельзя сделать, чтобы не попасть в ловушку. Говорят, что вдали от наших баз и поселений ситуация не столь ужасающа, но выжить там у человека всё одно не получится. Аборигены выследят, навалятся толпой и растерзают. Хорошо, если мгновенно, а ведь могут и праздник пытки устроить. Всё, больше я распинаться перед вами не буду. Откройте файл, который я вам сейчас показывал, и изучайте ваших врагов. Экзамены устраивать не буду – это нужно в первую очередь вам. Быть может, это кому-нибудь поможет протянуть здесь не пару недель, а несколько месяцев.

И, оставив за спиной обескураженных невесёлыми перспективами новичков, сержант покинул помещение.

*****

Ник стоял внутри защитной клетки шестого поста и, несмотря на непрекращающееся томительное чувство тревоги, вместо внимательного наблюдения за окружающими зарослями любовался красотой джунглей. Базу назвали "Золотым листом" недаром: буйная растительность, окружающая базу, издали казалась залитой жидким золотом. Может, мелькнула в голове Ника странная мысль, растения действительно высасывают из земли мельчайшие частички золота? Интересно, кто-нибудь уже пытался сделать спектральный анализ местной флоры? Было бы забавно сжечь пару-тройку деревьев и получить десяток-другой граммов чистого золота.

Неплохая была бы прибавка к жалованию, которое, впрочем, и без того составляло у Соболева около тысячи ста кредиток в месяц. Во всяком случае, капитан Хиту так сказал. Жалование и впрямь огромное, другое дело, что воспользоваться заработанными кровью и потом деньгами Ник сможет только после завершения контракта, то есть, с вероятностью девяносто девять процентов – никогда. Оказывается, в договоре найма был такой пунктик – само собой, Ник его даже не заметил, подписывая контракт с Легионом. Впрочем, ему простительно – после того фарса с трибуналом мысли Ника были о чём угодно, только не о внимательном чтении множества абзацев мелким шрифтом. Понятное дело, государство себя никогда не обделит.

А даже и не было бы того пункта в договоре, тратить кредиты на "Золотом листе" попросту негде. Купить что-нибудь можно было лишь в фактории на территории посёлка около космопорта, но туда ездили только сержанты и только для того, чтобы забрать пополнение. Или на добывающих карьерах: всё-таки шахтёры – люди свободные, в отличие от легионеров, и им никто не запрещает пользоваться услугами магазинов, борделей, парикмахерских, медицинских салонов и тому подобного. Если, конечно, все эти прелести цивилизации имеются на территории карьера. Но туда добраться у Ника шансов было ещё меньше, чем в посёлок, а потому он выбросил из головы мысли о деньгах и сосредоточился на наблюдении, тем более, что в полутора сотнях метров от периметра возникло подозрительное движение в золотистых джунглях.

Заросли золотистых деревьев активно шевелились, и вскоре над ними показались три овальных туши. Ник хмыкнул и опустил автомат – это оказались всего лишь грунтеры. Неуклюжие летающие животные передвигались медленно, питались растительностью и не представляли никакой опасности для людей. И никто не видел, чтобы они нападали в составе прочих баянитских тварей, которых аборигены науськивали на захватчиков. Хотя, на Баяните ни в чём нельзя быть уверенным на сто процентов – кто знает, может, завтра баяниты натравят на людей и грунтеров?

И тут Ник понял, что недаром его мучило предчувствие неприятностей. Его параноидальные мысли обрели зримое воплощение. Три овальных туши, покружившись на границе выжженной земли, сбились в плотную группу и неожиданно резво поплыли по направлению к защитному периметру. Что сподвигло обычно медлительных грунтеров так резко помчаться в сторону "Золотого листа" было неважно: если они доберутся сюда, то перемахнут стальную решётку, словно её и нет, а сетку продавят весом. Что могут натворить такие громадины, Ник даже представить боялся, а потому не колебался ни мгновения – мимоходом хлопнув ладонью по кнопке тревожного оповещения, он тут же выпустил длинную очередь по тому грунтеру, что летел в центре.

Ровно через секунду справа и слева от Ника застучали автоматы – соседние часовые тоже не замешкались. А спустя ещё две секунды послышался щёлкающий лай пулемётов стрелковых роботов, установленных вдоль всего защитного периметра. Туши грунтеров вздрагивали от попаданий разрывных крупнокалиберных пуль, их плоть корёжилась и дымилась от лазерных лучей, но овальные гиганты продолжали движение к защитному периметру. Ник хладнокровно оценил расстояние до приближающейся группы и выпустил из подствольника две гранаты. Одна бесполезно рванула на земле, зато вторая ударилась прямо в бугристое тело грунтера. Огромный грунтер, потеряв солидную часть туши, закружился и словно сдулся, после чего рухнул на выжженную землю с громким хрустом. Два оставшихся летуна, словно компенсируя потерю в численности, ускорили движение, и спустя пару мгновений врезались в защитную решётку.

Ник, конечно, не раз видел по телестерео фильмы, в которых происходили ужасающие по своему размаху аварии, а целые города превращались в руины в результате какой-нибудь природной или рукотворной катастрофы. Он лично видел, как рушится после взрыва особняк, в котором держал оборону наркобарон со своими подручными. Несколько раз на глазах Ника происходили аварии, после которых спасатели выковыривали из искорёженных останков авто изуродованные трупы. Но лично участвовать в чём-то подобном ему не приходилось. До этого момента.

Атака пришлась на участок буквально в десяти шагах от поста Ника. Два грунтера, как оказалось, вовсе не собирались перелетать над барьером, а врезались в защитный периметр. Раздался оглушительный удар. Конструкции были созданы для сдерживания внешних врагов – и они превосходно справлялись с этой задачей, не позволяя ворваться на территорию гарнизона ни баянитам, ни быстрым лохматым паукам. Но на такую мощь человеческие инженеры явно не рассчитывали. С громким скрежетом крепления вылетели из пазов, металлопластовые балки согнулись и порвались, как тонкие проволоки, опорные столбы были выдраны из земли и повалены. Один из грунтеров – то ли потерявший силы после многочисленных ранений, то ли слишком сильно ударившийся о конструкцию периметра, с громким свистом рухнул на груду мусора, только что бывшую частью защитного сооружения, и на несколько секунд затих. А потом начал надуваться.

Ник, которого крепко приложило о защитную клетку во время атаки, с некой заторможенностью смотрел на увеличивающуюся в объёме и без того громадную тушу грунтера. И вдруг неведомо каким образом он понял – сейчас рванёт. Недаром же эта летающая цистерна надувается так, словно её подключили к огромному насосу. И это при том, что в шкуре грунтера пули и бластерные лучи понаделали сотни дыр.

Он пинком вышиб дверь постовой клетки – к счастью, её не заклинило, метнулся в сторону и рухнул на бурую землю, обработанную тоннами дезраствора. Вовремя. Надувшийся грунтер с оглушающим хлопком взорвался, разметав себя по округе. Лежащего Ника с ног до головы залило какой-то зелёно-бурой вонючей дрянью, но от самого взрыва он не пострадал – ударная волна прошла выше. А вот находившемуся в соседней постовой клетке Фицшеру не повезло – бедолагу буквально вплющило в защитный кокон, и теперь его изуродованное тело висело на стене клетки, словно бабочка, приколотая небрежным энтомологом.

На вой тревожной сирены из казарм уже выбегали легионеры, открывая ураганный огонь по последнему грунтеру. Огромный травоядный, исполосованный бластерами и изрешечённый пулями, нашёл в себе достаточно сил, чтобы добраться до ближайшего строения, которым оказался бокс боевых машин, и разметать его, после чего мирно сдох. Во всяком случае, надуться и взорваться он не успел.

Выстрелы прекратились, боевые роботы перестали извергать ливень металлической смерти, и над истерзанным участком периметра воцарилась растерянная тишина. Но длилась она всего лишь пару секунд – вскоре послышался чей-то истошный вопль "Баяниты атакуют!", тут же взвыла сирена тревожного оповещения, и люди пришли в движение.

Ник, всё ещё плохо соображающий после взрыва туши грунтера – всё-таки ему досталось больше, чем показалось сначала, развернулся к периметру. Вернее, к тому, что от него осталось после атаки гигантов. Из зарослей к образовавшемуся пролому мчалась толпа аборигенов – кто уродливо, но быстро ковылял на своих двоих, а кто и верхом на мохнатых пауках. В лапах баяниты держали разнообразное колюще-режущее оружие, которое представляло опасность для штурмовика только на близкой дистанции. Никто из людей, и Николай в том числе, не собирался давать баянитам шанса добраться до цели, а потому навстречу аборигенам понёсся шквал металла и высокоинтенсивные световые лучи.

Одни баяниты падали, как подкошенные, других отбрасывало назад после попадания пуль, словно щуплые аборигены получали удар здоровенной дубиной. Очереди из скорострельных охранных установок перерезали баянитов пополам сотнями. Пауки нелепо взмахивали лапами и кувыркались на чёрной земле. Не прошло и десяти секунд, как выжженный периметр безопасности устилал ковёр из бурых тел. Около сотни баянитов сбежали с поля боя обратно в джунгли и опасности более не представляли. Николай почувствовал, как внутри него исчезает туго натянутая нить – та, что предсказывала грядущие неприятности. Выходит, на сей раз обошлось.

– Никому не наступать на зелёную пакость! – послышался приказ капитана. – Эшенк, выведи пару дезинфекторов, пусть проверят, чем нас пытался угостить этот летающий кошмар. Судя по тому, что Соболев цел и не расплавился, это не кислота. Но кишки монстра могут быть отравлены.

Один из сержантов метнулся в сторону санчасти. Капитан Хиту посмотрел на тушу грунтера, лежащую посреди обломков бокса, и сказал:

– Каритон, возьми десяток и займись этим уродом. Порезать на куски и затолкать в конвертер. Хен Ли, за тобой зачистка периметра. Бери двадцать бойцов – трупы баянитов перенести к конвертеру.

– Может, просто их сжечь на месте, сэр? – спросил кто-то из стоящих рядом рядовых.

– Можно, – кивнул Хиту, – но зачем впустую сжигать то, из чего конвертер сделает сотню литров топлива для бронетраков? Хен Ли, ты понял приказ?

– Так точно, сэр! – рявкнул сержант и скомандовал: – Второй взвод, ко мне! Вы будете таскать дохлых гадёнышей к конвертеру. Третий взвод – вы в оцепление. Если выпустите хоть одну тварь из джунглей, лучше самостоятельно застрелитесь, потому что я вам устрою такую казнь…

Чем конкретно сержант продолжил угрожать третьему взводу Николай уже не слышал. Мягкой волной на него опустилось беспамятство, и он сполз на землю, так и не выпустив из рук автомата.

– Пусть дезинфекторы в первую очередь расчистят дорожку к Соболеву, – распорядился капитан, когда сержант привёл с собой пару специализированных роботов. – Достаньте его и сразу же в санчасть. Может, наш коновал сумеет вернуть его в строй.

Капитан удручённо покачал головой. На "Золотой лист" так и не прислали нового командира, и ему приходилось заниматься не только вопросами внутренней безопасности, но и вообще всем: от состояния пищевых рационов до подготовки боевых операций. Командиров взводов на базе не было никогда – во всяком случае Хиту с момента начала службы здесь их не видел, и роль взводных всегда исполняли сержанты. Так что, помочь ему было попросту некому. А ведь теперь надо не только починить защитный периметр, но и расширить зону отчуждения. Слишком уж легко баяниты порушили часть защиты базы при помощи летающих гигантов, кто поручится, что завтра они не притащат из глубин джунглей новых монстров, ещё похлеще грунтеров? Это наводило на невесёлые размышления о не таком уж тотальном превосходстве военной машины человечества над дикими аборигенами.

– А пополнения всё нет, – пробормотал капитан. – Кем, спрашивается, я должен совершать рейды в джунгли, роботами что ли? Воздушной поддержки не допросишься, а требуют, чтобы "Золотой лист" закрыл весь фланг.

Хиту ещё некоторое время стоял, наблюдая, как дезинфекторы добрались до бесчувственного тела рядового Соболева, облили его какой-то вонючей жидкостью, упаковали в серый мешок и утащили по направлению к санчасти. Капитан испытывал сильнейшее желание запереться в кубрике и напиться. Вдрызг. До полнейшего свинского состояния. Но нельзя. Стоит хоть на минуту расслабиться, и ему наступит конец – если не от орд баянитов или их разнообразных зверушек, то от собственных солдат точно, потому что каждый второй из них спит и видит, как бы пустить ему пулю в затылок.

*****

Ник пришёл в сознание одним рывком, словно его выдернули на поверхность из какой-то мутной, вязкой жижи. Невнятный кошмар остался позади, но его липкие лапы всё ещё продолжали цепляться за человека. Он открыл глаза – вокруг всё кружилось и плыло, голова была тяжёлой, а тело – словно чужим. Во всяком случае, пошевелить руками или ногами Николай не мог. Пришла паническая мысль, что "коновал" – как именовали робота-хирурга на "Золотом листе", ампутировал ему всё. Ник задёргался, пошевелил пальцами и с облегчением понял, что руки и ноги на месте, просто двигать ими не получалось – похоже, он связан. Что за чёрт?

Тут же где-то рядом загудели неведомые приборы, раздалось слабое попискивание, и он почувствовал, как стягивающие его верёвки ослабли, а затем и вовсе исчезли. Прозрачная крышка, ранее отрезавшая Ника от внешнего мира, плавно двинулась вверх и застыла в вертикальном положении. Ник потряс головой и принял сидячее положение. Он находился внутри индивидуального медбокса и был абсолютно обнажён, если не считать ошмётков какой-то сероватой материи, исчезавшей прямо на глазах. А, всё ясно. Серые ошмётки – это остатки медицинской фикс-пасты, которую "коновал" начал растворять, едва его датчики зарегистрировали, что пациент пришёл в сознание.

– Я, что, весь переломан был? – задал сам себе вопрос Ник.

Вопрос был резонным – медики (что люди, что их роботизированные коллеги) обычно пользовались фикс-пастой для обездвиживания переломанной части пациента. Руки, к примеру, или ноги. А Ник, судя по всему, был укутан в фикс-пасту с ног до шеи.

– Не, – послышался чей-то голос, – "коновал" тебя зафиксировал, чтобы не дёргался и не вредил сам себе. Ты ж минуты спокойно не лежал. Достал меня за эти три дня – то бормочешь что-то, то куда-то бежать собираешься. И всё время орёшь, что вот-вот баяниты нападут.

Ник посмотрел на говорившего. Им оказался Мангу из третьего взвода – чернокожий выходец с шахтёрского мирка, расположенного по словам самого Мангу где-то в глубине задницы вселенной. Крышка медбокса Мангу была поднята, а потому Ник отчётливо увидел, что одна нога негра полностью покрыта толстым слоем фикс-пасты. Вторая нога у него отсутствовала выше колена.

– Я уже три дня здесь валяюсь? – вычленил он главное из короткой речи соседа.

– Не, это я тут три дня отдыхаю. А с момента нападения грунтеров уже дней десять прошло, – сообщил Мангу. – Но тебе повезло, что сразу в железные лапы "коновала" попал. Оказывается, когда летающий дерьмоносец взорвался, он рассеял вокруг какие-то жутко живучие споры – их потом замучались выжигать. Ты, поскольку был рядом с взорвавшимся ублюдком, наглотался спор под завязку, и через недельку должен был буйно прорасти всякими местными растениями. Хорошо, что у "коновала" нашлась соответствующая программка, которая нашла заразу и способ её лечения.

Ник даже вздрогнул, представив, как жадные корни рвут его тело и, пронзая мышцы и кожу прорываются наружу.

– А вот Фолосу – не повезло, – продолжил негр. – Его притащили сюда только дня через три после нападения, когда споры уже начали оживать. "Коновал", конечно, удалил всю заразу из тела, но, похоже, что-то задел в его башке. С тех пор Фолос лежит, как бревно, таращится в потолок и, кажется, даже дышит через раз. Зато в отличие от тебя не орёт и не дёргается.

Ник повернулся в другую сторону. Справа в закрытом медбоксе лежал солдат, который в день нападения грунтеров тоже стоял на посту – через одну клетку от Ника. Мангу был прав – Фолос больше походил на мертвеца, чем на живого человека. Восковая кожа лица была пронизана бордовыми звёздочками – видимо именно в этих местах пытались прорасти споры грунтеров. Ника опять передёрнуло от отвращения.

– Надеюсь, теперь ты заткнёшься и дашь мне ночью спокойно выспаться, – проворчал Мангу.

– Что, сильно шумел? – осведомился Ник.

– Не, ну я понимаю, что тебя конкретно контузило, – тут негр скорчил рожу и с придыханием заговорил, явно пародируя Ника: – Они следят за нами! Лесные ублюдки смотрят на нас прямо сейчас и обсуждают, как будут резать наши тела. Ждите нападения! Они придут, придут.

– Ну, извини, – хмыкнул Ник. – Был не в себе, вот и нёс всякую чушь.

– Ну, это как посмотреть, – вдруг посерьезнел сосед по палате. – Вчера ты разорался так, что "коновалу" пришлось тебя успокоить порцией снотворного. А через полчаса из джунглей опять попёрли баяниты. Их, конечно, быстро покрошили, обратно уползли едва ли пара десятков. Может, конечно, это было простое совпадение…